Помощник вампира - Даррен Шэн

Жизнь в лагере забила ключом. Люди бегали туда-сюда, как муравьи. Несколько человек устанавливали купол. Я его раньше не видел. Он оказался очень красивым: большим, круглым, красным, с картинками, на которых были изображены артисты.

Нам с Эврой тоже нашлась работа — мы вбивали колышки, которые держали купол, расставляли стулья, помогали установить сцену, доставали реквизит для артистов — например, жестяные банки, болты и орехи для Голодного Рамуса. А еще нам велено было вкатить клетку с Человеком-Волком под купол.

Предстояло сделать очень многое, но все работали с удивительной скоростью. Каждый знал свои обязанности, и не было никакой суматохи. Все трудились не покладая рук, и очень скоро все было готово к представлению.

Сэм пришел в обед. Я хотел было попросить его помочь нам, но Эвра сказал, что он будет путаться у всех под ногами, и отослал его домой. Сэм ужасно расстроился и мрачно побрел прочь, пиная перед собой пустую банку. Мне стало его жалко, и я вдруг понял, как можно его утешить.

— Сэм! Погоди минутку! — закричал я. — Я сейчас вернусь!

Я сообщил о своей идее Эвре и побежал к мистеру Длинноуту.

Я постучал в дверь его фургона, и мне тут же открыли. Мистер Длинноут стоял на пороге. Не успел я и рта раскрыть, как он протянул мне два билета на представление.

Я посмотрел на билеты, а потом на мистера Длинноута.

— Как вы догадались?…

— Есть у меня один способ, — ответил он улыбнувшись.

— У меня нет денег, — предупредил я.

— Я вычту из твоей зарплаты, — сказал он.

Я нахмурился:

— Но вы же мне ничего не платите.

Он улыбнулся еще шире:

— И правильно делаю.

Сказав это, мистер Длинноут вручил мне билеты и закрыл дверь у меня перед носом, я даже не успел поблагодарить его.

Вернувшись, я отдал билеты Сэму.

— Что это? — спросил он.

— Билеты на сегодняшнее представление, — сообщил я. — Один для тебя, другой для Р. В.

— Ух, ты! — Сэм быстро запихал билеты себе в карман, как будто боялся, что они исчезнут. — Спасибо, Даррен.

— Не за что, — сказал я. — Только наше представление начнется поздно. В одиннадцать. А закончится где-то в час ночи. Ты сможешь прийти?

— Конечно, — заверил меня Сэм. — Я сумею выбраться из дома. Мама с папой ложатся в половине десятого. Они жаворонки.

— Если тебя все-таки поймают, — предупредил я, — не говори, куда собирался идти.

— Ни за что не скажу, — пообещал он и побежал за Р. В.

Представление началось сразу же после ужина. Эвра пошел привести в порядок свою змею, а я зажег свечи и расставил их в зрительном зале. Надо было еще повесить пять огромных канделябров — четыре в зале и один над сценой. Этим занялся Малый Народец.

Мэгс — красивая дама, которая продает игрушки и сладости во время антракта, — попросила меня подготовить ей подносы, и я целый час нагружал подносы сладкой паутиной, съедобными «стеклянными» статуэтками и клочками шерсти Человека-Волка. Среди сувениров оказались и такие, каких я раньше не видел, — маленькие фигурки Неуязвимого Кормака. Если отрезать у них ручку или ножку, они вырастут снова. Я спросил Мэгс, как это происходит, но она не знала.

— Это сделал мистер Длинноут, — сказала она. — Он делает много всяких сладостей и сувениров.

Я отрезал голову фигурки и заглянул внутрь, но новая голова отросла так быстро, что я ничего не успел разглядеть.

— Они рассчитаны всего на месяц, — сообщила мне Мэгс. — Потом фигурки начинают разлагаться.

— А вы рассказываете об этом тем, кто их покупает? — спросил я.

— Конечно, — ответила она. — Мистер Длинноут считает, что зрители всегда должны знать, что они покупают. Он не терпит обмана.

За полчаса до начала представления меня вызвал к себе мистер Джутинг. Когда я вошел, он был уже в костюме, в котором обычно выступал.

— Почисти клетку мадам Окты, — приказал он мне, — а потом свой костюм. И приведи себя в порядок.

— Зачем? — спросил я.

— Пойдешь со мной, — ответил он.

Я страшно удивился.

— Вы хотите сказать, что я буду выступать с вами? — спросил я.

— Выступать — сильно сказано, — сказал мистер Джутинг. — Ты вынесешь клетку и сыграешь на флейте, когда мадам Окта будет плести паутину у меня на губах.

— Но ведь обычно в это время на флейте играет мистер Длинноут, разве нет?

— Да, обычно играет он, — согласился вампир, — но сегодня вечером у нас не хватает артистов, так что он сам будет выступать с отдельным номером. К тому же ты больше подходишь.

— Как это? — не понял я.

— Ты лучше сумеешь испугать публику, — объяснил он. — С таким бледным лицом и в этом ужасном костюме ты похож на героя фильмов ужасов.

Я опять удивился. Я никогда не думал о том, что могу кого-то испугать! Однако, посмотревшись в зеркало, понял, что мой вид действительно напугает кого угодно. Я стал еще бледнее, чем обычно, из-за того, что не пил человеческую кровь. А грязный костюм делал меня похожим на привидение. Я твердо решил завтра же раздобыть себе новую одежду.

Представление началось ровно в одиннадцать вечера. Я не ожидал, что придет много народа — мы ведь расположились не в городе, а посреди леса, к тому же у нас почти не было времени, чтобы раздать флаеры и продать билеты, — но оказалось, что все места заняты.

— Откуда они приехали? — спросил я шепотом Эвру, когда мы смотрели, как мистер Длинноут объявляет номер с Человеком-Волком.

— Отовсюду, — тихо ответил он. — Люди всегда знают, когда мы даем очередное представление. Да и мистер Длинноут, хоть и сообщил нам об этом сегодня утром, наверняка знал о нынешнем представлении еще тогда, когда мы разбили здесь лагерь.