Апокалипсис в подъезде - Николай Воронов

дежурствами, я решительно не понимал. Другие бойцы отряда вовсю занимались различными задачами, выдаваемыми им руководством. Сопровождение бригад собирателей на крышу, помощь рабочим бригадам в местах повышенной опасности, рейды в пристройку, помощь ученым из отряда «Б» в тестировании новых теорий и изобретений. Я хотел войти в этот ритм, участвовать в чем-то большем, чем то, что я делал сейчас. Все что угодно, лишь бы не возвращаться на этот проклятый порванный матрас и не наблюдать часами проклятый, осточертевший до нервных колик, потолок.

- Семён, брат. Проснись и пой! – Раздался до омерзения жизнерадостный голос. – Такой прекрасный день на дворе. Погнали в футбол - на стадионе сыграем? Чё лежишь как неприкаянный?

- Пончик? Ты что тут делаешь? – Я вскочил с матраса.

- Ахаха! Не мог же я дать своему другу со скуки помереть?! И не Пончик, а Филипп Иванович. Попрошу обращаться ко мне уважительно!

Я не смог сдержать улыбки, пожимая руку своему другу. Пончик был высоким, русоволосым, восемнадцатилетним парнем. Его необъятное брюхо, двойной подбородок и толстые хомячьи щеки не раз становились предметом шуток среди наших сверстников. Несмотря на свой вес, и определенные комплексы по этому поводу, парень обладал отличным чувством юмора, веселым и беззаботным характером. Там, где появлялся Пончик, исчезала скука, и словно обдавало освежающим морским бризом, что придавало настроению позитивный лад.

- Щас, ага! Прям вот Иванович. Зазнался ты, толстяк! С тех пор как попал в «Б» отряд, ходишь важный, словно надутый индюк. Того и гляди, старых друзей забывать начнешь.

- Тебя забудешь, как же! Самой обсуждаемой сплетней среди моих коллег, новость о том, что в самый опасный и безбашенный отряд вступил некий молодой парень, только выпустившийся из школьного класса. Да и не кто-нибудь, а сын бывшего офицера этажа, а ныне старшего офицера штаба отряда «В»! И это вместо того, чтобы заслужено почивать на лаврах родственника столь значимой шишки и переехать на четырнадцатый этаж.

- Нафиг четырнадцатый. Мне и тут хорошо. А насчет отряда, это ты зря. Парни там собрались, что надо.

- Ага-ага. То надо. Все с отбитой напрочь кукухой. Я бы вот ни за какие коврижки на свете не стал патрулировать первый этаж, и уж тем более, уходить в рейды в долбанную пристройку. – Махнул рукой Пончик. – Ай, нафиг это все! Ты мне лучше расскажи, с какого рожна ты не переехал на верхний этаж вместе с родителями?! Я только сегодня видел там твою мать и отца. Думал, с тобой парой слов перекинуться, в конце концов, мы бы соседями стали. А мне тут говорят, мол остался мой друг жить в одиночку на восьмом.

- Не в одиночку. У меня соседи есть.

- Ты понял, о чем я, друг.

Сбить толстяка с темы было практически невозможно. Он как клещ вцеплялся в интересующие его факты, вытягивая из тебя информацию постепенно, словно грязную тряпицу из бензобака.

- Что мне там делать? С родителями я в лютых контрах, после того как присоединился к отряду. Отец ведь тогда связи поднял, чтобы впихнуть меня в охранители.

- А ты вместо этого решил идти своим путем. Похвально. Но глупо. Твой отец теперь действительно важная шишка в «В» отряде. Твой карьерный взлет был бы подобен двухступенчатой ракете, выходящей на околоземную орбиту. Стоило вместо этой сахарной жизни губить свою судьбу, роясь в магазинных помоях, да рискуя своей жизнью на постоянной основе?

- Стоило! – Твердо ответил я.

Глядя мне в глаза, Пончик вздохнул, махнув на меня рукой. Не смотря на разницу в два года, мы с ним считались действительно хорошими друзьями. Три года назад, когда парни из класса прижали толстяка к стене и решили проучить за слишком длинный язык, я был единственным, кто вмешался и встал на его защиту. Досталось мне тогда конечно крепко, но с тех пор я обрел верного друга. Даже сейчас, когда сам толстяк стал важной и влиятельной шишкой, он не забыл о нашей дружбе, всеми силами, стараясь оказать мне любую посильную помощь. Недавно я с удивлением узнал, что Пончик лоббировал перед своим начальством мое вступление в отряд «Б». Мол, не захочешь идти по стопам отца, я тут тебе тепленькое местечко выбил. Когда же он узнал, к какому отряду я присоединился, то лишь покрутил пальцем у виска. Дебилизм, мол, не лечится.

- Фигушки с тобой, друг. Поступай, как знаешь. Я ведь не за этим сюда пришел. Боробов мне поручил проверить электрическую проводку на шестом этаже и спуститься в караулку вашего отряда, отнести оборудование.

- Класс, что за оборудование и при чем тут я?

- Оборудование простое и древнее как задница мамонта. Обычная подъездная видеокамера для слежения за периметром.

- Да ладно? – Не поверил я. – Вы ее сами собрали?

- Держи карман шире. Лежала на складе уже пару лет. Таких, кстати, там еще штучек пять есть.

- Погоди, так почему же ее раньше не использовали?

- Нуу, во-первых, использовали. Во-вторых, где брать электричество на ее постоянную работу? А в-третьих, мы планировали приспособить камеры под другие нужды. Хотели сконструировать нечто вроде радиоуправляемой машины, которую можно будет выпустить за пределы дома и, наконец, нормально оценить внешнюю обстановку.

- Что-то типа марсохода?

- Ага, отдаленно напоминающее. – Заржал толстяк. – Еще кое для чего камеры были нужны. Ну, в общем одна лишняя осталась. Так Боробов идею выдвинул - закрепить ее на шестом этаже, чтобы на главный вход смотрела, а ноутбук с изображением в караулке установить. Даже один из аккумуляторов под это дело выделили. Но только провода сети дома нужны. А фиг его знает, в каком они состоянии.