Я справлюсь один - Ксения Крутская

– Так. – Чистяков сел прямо. – Погоди. А ты его внешность можешь описать?

– Очень приблизительно. Ростом он примерно как Роман Алексеевич. Так… Не толстый, не худой. Одет был в штаны и рубашку навыпуск. Вы же следы собирали, на стенке всякие там волокна должны были остаться, где он сидел…

– Кое-что есть. – Чистяков сдержанно кивнул. – Но на анализ время нужно.

– Что ещё… Внешность не опишу. Это же след эмоций, а не картинка. Только самые общие черты человека видны.

– А куда он потом делся, не можешь подсказать?

– М-м-м… – Илья машинально потянулся почесать голову и недовольно фыркнул. – Он побежал через сад, а дальше… Не знаю, мне кажется, он где-то возле воды должен быть. Обычно от Страха к воде всегда тянет.

– Минуту. – Чистяков выбрался из машины, с чувством захлопнул дверцу, достал телефон и принялся расхаживать вокруг машины, набирая номер за номером и давая какие-то распоряжения. Наконец он раздражённо сунул телефон в карман и снова сел в машину.

– Ориентировку дал, – сказал он, заводя двигатель и выруливая на дорогу. – Начнём искать… Кого-то не в себе. Мне надо в отделение ехать. Куда тебя отвезти?

– А? – Задумавшийся Илья встрепенулся. – Слушайте, а вот даже не знаю. Как я буду из дому в больницу на перевязки добираться? – Он с досадой глянул на забинтованные кисти.

– Так попроси своего начальника, пусть за тобой машину присылают.

– Ну да… В такую глушь. Знаете, сколько бензина уйдёт? Надо что-то другое придумать… – Илья снова по привычке попытался почесать голову и зашипел. – Может, мне пока в Мохово пожить? Дом мой вроде бы никто не занял. Оттуда-то поближе. В Перово, в фельдшерском пункте перевяжут. Так, давайте-ка я в больницу вернусь ненадолго. Попрошу выписку с назначениями. И к Роману Алексеевичу загляну, вдруг проснулся. Надо ему рассказать… А потом в Мохово меня отвезите. Если вам не сложно. – Он виновато покосился на полицейского.

– Не сложно, – усмехнулся Чистяков. – В конце концов, ты получил травму, оказывая помощь следствию. Так что как минимум доставку до дома точно заслужил. Да уж, вот чёрт… – Полицейский смущённо покосился на Илью. – Даже не предложишь тебе: «Оставайся тут у нас». Какие ж вы сложные и неудобные в обращении люди, страхоборцы…

– Это точно. – Илья невесело хмыкнул.

Забежав в больницу, Илья разыскал врача, который делал ему перевязку. Выслушав просьбу пациента, доктор недовольно поморщился, но выписку дал.

– Не вздумайте форсировать события! – строго сказал он на прощание. – Перестанете носить повязки раньше времени – занесёте инфекцию, а тогда уж… – Он многозначительно покачал головой.

Илья сбивчиво поблагодарил и спросил разрешения заглянуть к Винскому.

– Загляните, если он не спит, – разрешил врач. – Только халат и бахилы не забудьте.

Командир не спал. Увидев забинтованные кисти Ильи, он округлил глаза и попытался сесть на кровати, но со стоном-рычанием упал на подушку.

– Это ещё что?.. – спросил он хрипло, зажмурившись и скривившись от боли.

Илья быстро рассказал ему о своём первом опыте по считыванию следов и о затруднительной ситуации, в которой он в результате оказался.

– Д-да, парень, везучий ты – в кавычках, – проговорил сквозь стиснутые зубы Винский. – В очень больших толстых кавычках. Ну что, ты выбыл из строя минимум на пару недель… Я – на все три, а то и больше. На две сельских территории ни одного страхоборца. Пр-рекрасно… – Он открыл глаза, обведённые синеватыми кругами, и строго посмотрел на подчинённого. – Только смотри мне! Без геройства! Без попыток работать с незажившими руками! А то знаю я тебя…

– Да понимаю я всё… – Илья смутился, отвёл взгляд.

– Ты всегда всё понимаешь, – проворчал Винский, – только вот действуешь почему-то иногда вразрез с этим пониманием… Ладно. Езжай в Мохово, зайди к Серафимовне, тебе по бытовой части помощь понадобится. Пусть едой тебя обеспечит и прочим. Я сейчас позвоню и Петрову, и твоему председателю. Пусть машину организует. В деревне будь осторожен. Баба Оля, конечно, мощная Храбрая, но и ты у нас, оказывается… «От пяти до пятидесяти килотонн», – вспомнил он старый анекдот. – Чёрт знает, чем тебя ещё накроет. Да, не позавидуешь тебе, парень… Ладно, езжай, и спасибо за телефон. Деньги потом отдам. И с меня кило хорошего кофе…

Моховский дом Ильи оказался заперт на большой висячий замок. Озадаченный бывший жилец только пожал плечами – «Там же вообще ничего нет, зачем заперли?» – и пошёл к Ольге Серафимовне.

Та обнаружилась в огороде, где энергично окучивала капусту и заодно учила уму-разуму внука, который со страдальческой миной сидел рядом и полол грядку. Заметив подошедшего Илью, Ольга Серафимовна выпрямилась и басом произнесла:

– От-та-та, два кота! Ты откуда тут… нарисовался?

– Здравствуйте, – улыбнулся Илья. – Можно вас на минутку? – Он остановился за заборчиком, оплетённым шуршащим на ветерке хмелём, чтобы до поры до времени не показывать свои забинтованные руки.

– Виктóр! – грозно сказала Ольга Серафимовна, обернувшись к внуку. – Я удаляюсь на полчаса. Не покидайте пост! – И она неторопливо прошла между грядок к калитке.

– Ольга Серафимовна, в общем, такое дело. – Илья смущённо спрятал руки за спину. – Мне помощь нужна. Неудобно вас просить, но иначе никак… – И он показал собеседнице раскрытые ладони.

– Ёхтить-мохтить, – изящно выругалась Серафимовна. – Эт-то ещё что такое? Ну-ка пойдём в дом, расскажешь. Ожоги?

– Так точно, – сокрушённо выдохнул Илья. – У нас тут вообще… ЧеПе на ЧеПе и ЧеПе погоняет. Началось всё с того, что я девушку на болоте спас… – И он по возможности кратко и без эмоций рассказал обо всех недавних происшествиях.

Ольга Серафимовна слушала, пожёвывая губами и время от времени что-то неразборчиво бормоча.

– Так, – сказала она наконец. – Фигу тебе, а не ключ от дома. Поживёшь у меня. И цыть! – прикрикнула она, заметив, что Илья дёрнулся, намереваясь запротестовать. – Ты пойми, лыцарь недожаренный, что мне, старой, проще будет за тобой ухаживать… И присматривать, если уж на то пошло, если ты будешь у меня тут, под боком. Поэтому цыть, и точка. Постелю тебе на Витюхиной койке, а он со мной переночует. Или пусть к Андрюхе топает, ему же лучше. Пусть привидениев из пододеяльников наделают да идут девчонок пугать. А то скучно у нас тут…

– Хорошо, когда скучно, – тихо сказал Илья, покосившись на неуклюжие, обмотанные толстым слоем бинтов руки.

– Это да, – вздохнула баба Оля. – Но ты, парень, не переживай. Я тут поигрываю со Страхом помаленьку, такие штуки его отпугивают на самом деле. Когда человек сначала пугается, а потом сам над собой смеётся. Запомни, пригодится.

– Хорошо, – растерянно отозвался Илья. – Я такого не знал.

– А никто пока не знает. –Ольга Серафимовна прищурилась. – Я ж пока проверяю. Как это по-вашему, по-городскому… О! Тестирую! – Она подняла палец. – Ставлю експрекменты! Верно сказала?