Пожар - Роберт Лоуренс Стайн

Он уже знал, что она потеряла мать совсем рано. Она была единственным ребенком в семье. И все дни проводила на работе. А жили они с отцом в небольшой комнате позади лавки.

— Больше всего я мечтаю в один прекрасный день вырваться отсюда, — сказала девушка Даниелю. — Уехать в город с широкими мощеными улицами и домами высокими, словно деревья. В город, заполненный незнакомыми людьми.

Когда солнце уже почти закатилось, Даниэль собрал всю свою храбрость, притянул Нору к себе и поцеловал.

Он ожидал, что та будет сопротивляться. Но она ответила ему так страстно, что парень понял — она влюблена в него не меньше, чем он в нее.

«Я должен признаться ей, что я Фиар, — подумал Даниель, обнимая ее покрепче и вновь целуя. — Но вдруг она испугается? Что, если она верит всем этим слухам о моей семье? Но оттолкнет ли ее это признание?»

И парень решил повременить с признанием. Он очень боялся потерять Нору.

Даниель провожал девушку домой, держа за руку, и думал о том, что она все-таки должна узнать правду. Но прежде чем он выложит подруге все, нужно выяснить, действительно ли на его семье лежит проклятие и насколько правдивы ходящие по деревне сплетни.

«И если я узнаю, что все это вранье, если узнаю, что все это — дурацкие байки, я с чистым сердцем скажу Норе, что я Фиар», — решил Даниель.

Они попрощались на окраине деревни. Парию так не хотелось отпускать теплую девичью ладонь. Глаза спутницы светились счастьем. Попрощавшись, она повернулась и побежала к своему дому, а темные шелковистые волосы развевались у нее за спиной.

Нора вошла в темную лавку, мысленно напевая, Ее сердце колотилось, а на губах все еще оставался вкус поцелуя. С радостными мыслями о Даниеле девушка стала подниматься по узкой лестнице в каморку, где она жила вместе с отцом.

Вдруг Нора вскрикнула от неожиданности — отец поджидал ее на верхних ступенях, и лицо его не выражало ничего хорошего.

Джеймс Гуди был невысоким жилистым человеком с длинными блестящими волосами, коротким носом и густыми угольными усами. Обычно он вел себя спокойно и уравновешенно. Но стоило ему рассердиться» он взрывался от ярости и терял над собой всякий контроль. Нора очень боялась его в такие минуты.

Она остановилась на середине лестницы, глядя в сердитое отцовское лицо.

— Где тебя носило? — спросил Джеймс, с трудом сохраняя спокойные интонации.

—. Просто гуляла, — ответила девушка спокойно. Отец сверкнул глазами и заскрипел зубами. Он спустился по лестнице и встал за спиной у дочери, подталкивая ее к комнате.

— Просто гуляла с кем? — спросил отец, сложив руки на груди.

— С другом, — ответила Нора, поеживаясь.

— Он не друг? — процедил Джеймс Гуди сквозь зубы. — Этот парень, с которым ты повадилась ходить, никакой не друг. Это Фиар!

Девушка вскрикнула и опустилась на черный стул, стоявший возле очага.

— Он не говорил мне об этом, папа.

— Ну еще бы! — произнес мистер Гуди. — Он знает, что ни одна нормальная девушка из этой деревни не станет встречаться с Фиаром!

— Но папа? — ее душу терзали сомнения. «Почему Даниель не был с ней честен? Может быть, боялся?»

— Он Фиар, — прервал отец, скрежеща зубами. Он стоял перед дочерью, уперев руки в бока. — Не смей больше встречаться с Фиаром! Ты же знаешь историю этой проклятой семьи. И все в Шейдисайде знают.

— Меня это не волнует! — воскликнула Нора. — Все это чушь собачья!

— Чушь собачья? — переспросил Джеймс Гуди. — Чушь собачья? То, что Саймон Фиар убил своих дочерей, которым было столько же, сколько тебе? Слышишь, убил!

— Папа, но ведь это было так давно! — возразила Нора. — И никто не знает, что произошло на самом деле.

— Тела двух девушек нашли в лесу без костей! — воскликнул отец. — Нашли только кожу, а кости пропали! Пропали!

— Ты же знаешь, что это просто сплетни, — ответила девушка. — Даже малые дети им уже не верят.

— Может быть и так. Но жена Саймона Анжелика — безумная. Она занималась черной магией. В окрестностях усадьбы Фиаров пропадали люди. Это Анжелика приносила человеческие жертвы. Они…

— Папа, перестань! Это все старые сплетни и слухи! Как ты можешь верить в такие невероятные россказни?

Джеймс глухо заворчал, зачесал свои гладкие черные волосы назад обеими руками и грозно посмотрел на дочь.

— Да, я им верю, — сказал он дрожащим голосом. — Я верю во все это. Вот почему я не могу позволить тебе дальше встречаться с внуком Фиаров, Нора.

— Нет! — воскликнула девушка с диким взглядом, вскакивая на ноги. — Я люблю Даниеля, папа! Я люблю его! И ты не сможешь запретить мне видеться с ним!

— Послушай меня, Нора, — прервал ее отец Его черные усы заходили от злости, а гладкое лицо побагровело. — Слушай меня! Ради твоего же блага ты не должна с ним больше видеться! Я запрещаю!

— Нет! — вскрикнула Нора. Злость отца передалась и ей. — Нет! Нет! Нет!

Глаза Джеймса Гуди недобро сузились. Он выговаривал слова медленно, сквозь сжатые зубы:

— Значит, Нора, у меня не остается выбора…