Возвращение Проклятого - Юрий Соломин

— Итак, — начал он вой монолог, на изнанке Проклятый часто говорил сам с собой, тут уж его точно никто не мог подслушать, — что у нас есть? Враг, о котором мы ничего не знаем, и которого опасается даже Магрес, это раз. Информация о том, что мы были под колпаком все это время и с нами, получается, играли в кошки-мышки — это два. Поиск сына и на Земле и в Солимбэ не привел ни к чему — это три. На меня действует сила Ани, а значит, что и эти новые враги могут владеть чем-то этаким — это четыре. Что из этого следует?

Он улыбнулся и тихонько пробормотал:

— А ничего такого не следует, если проиграем, то так и будет.

Ему стало немного легче. Он сделал ход, распечатал артефакт угрожающий безумием всему человечеству, а значит, кто бы ни был этот враг, им придется считаться с этим, значит рано или поздно начнутся переговоры.

— Все! Хватит рефлектировать! — Миша встал, чувствуя, что тело наполняется энергией, и он готов действовать. Дела есть, встреча с кошкой, изучение договора который нельзя нарушить, скорее всего, текст ему передадут уже сегодня, подготовка к переговорам, подготовка к походу, встречи с индейцем, отношения с Виарой — ему есть чем заняться и некогда переживать о том, над чем он не властен!

***

Помня, что Таус славиться плохой погодой, Миша для начала заглянул в дом на острове, взял теплый непромокаемый плащ с капюшоном и высокие сапоги.

Таус — встретил Проклятого мелким, холодным дождем и пронизывающим ветром. Так что Миша лишь порадовался тому, что предварительно утеплился. Вышел он сразу в лесу, недалеко от того места, где они договаривались встретиться с Ши-эйрой. Но Проклятого ждало разочарование, кошки не было, как не было и ни одного свидетельства того, что она приходила, но не дождалась его. Они предусмотрели этот вариант, что приходят в разное время, но он не нашел ни одного признака того, что она тут была.

Он немного подождал, потом оставил знак и вышел на изнанку. Проклятый решил вернуться туда на следующий день, но внутри уже понимал — она не придет. Братство взяло от него то, что им было надо и, по всей видимости, не заинтересовано в сотрудничестве, во всяком случае, на данный момент.

Следующей остановкой бал Тамарис — окрестности леса, где жила Ктана. Миша и сам не знал, чего он ожидал от их разговора, у него не было вопросов, но он планировал предложить ведьме кровь, и если Ктана нуждается в ней, то сама найдет, что предложить Проклятому.

Тут уже было жарковато, он накинул плащ на руку и, подойдя к границе леса, вонзил нож в дерево. Выждал нужное время, но ничего так и не дождался. Это было уже странно, Ктана никогда не отказывалась от разговора. Проклятый мог и сам поискать ее жилье, магия леса была не властна над ним, но смысла в этом не было. Если она не заинтересована во встрече, то и разговор с ней не имеет смысла.

— Интересно, — пробормотал он, — ты не хочешь меня видеть, или я такой везучий и пришел, когда никого нет дома? — ответа у него не было, но внутренний голос говорил о том, что его сливают, что где-то что-то провернулось и он становится не нужным. Не нужным всем, кроме Магреса.

— Хрен с вами всеми! — рявкнул он и в иррациональной ярости резанул себя по вене, собираясь плеснуть кровью на дерево, в которое до этого всаживал нож.

Смысла в этом не было, но ему надо было хоть как-то сбросить накопившуюся злость, и дерево было лучшим выбором, чем подвернувшийся под руку слуга.

— Надеюсь, — раздался знакомый голос, — ты не хотел убить неповинное растение, а просто готовился поделиться кровью в обмен на информацию?

— Честно говоря собирался, — Проклятый, как того требовал этикет, вежливо поклонился Ктане, и та склонила голову в ответном жесте.

— Тяжелый день? — спросила ведьма, внимательно смотря на Мишу.

— Я бы сказал дект, — ответил он, — вот пришел, даже не знаю точно зачем, — он помялся, — ситуация сложная, долго рассказывать, мы можем поговорить внутри?

— Дай слово странника, что не причинишь мне вреда, — ответила она после небольшой паузы, и Проклятый с трудом сдержал удивленное восклицание.

— Даю слово странника, что не причиню тебе вреда, и пусть мне не будет пути, если нарушу обещание — произнес он ритуальную фразу и выжидательно посмотрел на ведьму.

— Идем, — вздохнула она, и он последовал за Ктаной в лесную чащу.

Когда они уже расположились в уютной беседке, и ведьма разлила свой травяной чай по чашкам, он все-таки спросил:

— Что изменилось? Почему вы подумали, что я могу быть опасен?

— Ты изменился, — ответила она спокойно, — ситуация в Этании, тоже изменилась. Магрес, на которого ты работаешь, уже не такой, как раньше, да и много еще чего, — она усмехнулась, — долго перечислять.

— А можно чуть подробнее? — спросил он, — давайте я дам кровь, — предложил он, — а вы сами решите, что мне рассказать.

Она ответила не сразу, сделала глоток, подержала чашку в руках, поставила на стол, вздохнула и все-таки сказала тихо:

— Хорошо, — и когда он выполнил обещанное, — спросила, — с чего начать?

— С Магреса, — не задумываясь, попросил он, потому как понимал, никто другой ничего не расскажет о мастере, ни Виара, ни Агрок, а о слугах и говорить незачем.

— Магрес, — с улыбкой сказал ведьма, — ты наверно не знаешь, но с недавнего времени, он подмял под себя чародейский совет, разобрался с основными конкурентами, и можно сказать является главной силой во всей Этании.

— Не могу сказать, что меня это огорчает, — задумчиво ответил Проклятый, — он чародей не только сильный, но как я понял и очень умный, и — Миша хмыкнул, — как бы сказали у нас — довольно гибкий.

— Для тебя-то это может и хорошо, — ответила ведьма, — но вот иногда, когда человек поднимается так высоко, он начинает избавляться от неугодных людей. У меня были с ним, — она подумала, то ли решая говорить или нет, то ли собираясь с мыслями, — не разногласия, нет, но и не