Камень ангела - Ливи Майкл

— Взгляни внимательно в это зеркало, — сказал настоятель, или доктор Ди. — Что ты видишь?

— Я вижу себя, — ответил Кит. — А что я должен видеть?

На лице настоятеля появилось нетерпеливое выражение, затем, словно заметив, что мальчик изучает его в зеркале, он отступил в сторону. Кит продолжал внимательно всматриваться в зеркальную поверхность, раздумывая, к чему все это. Он едва ли видел свое отражение раньше. В доме директора было единственное зеркало, и отражение в нем было мутным и искаженным. А у настоятеля оно было таким чистым и ясным, словно смотришься в озеро. Интересно, откуда оно у него? Такое зеркало стоит целое состояние. Он отвел от глаз свои светлые волосы и пригляделся повнимательнее. Это лицо его матери? — подумалось ему. Няня однажды сказала Киту, что он — вылитая мать.

У него за спиной настоятель пересек комнату и подошел к самому высокому зеркалу, задрапированному красной тканью.

— А как насчет этого? — спросил он, и Кит неохотно приблизился.

Доктор Ди сдернул покрывало жестом фокусника в бродячем цирке.

— Что ты видишь теперь? — осведомился он.

— Снова себя.

— Приглядись повнимательнее, — сказал настоятель.

Кит посмотрел и покачал головой.

— Обнажи свою шпагу.

Кит вытащил шпагу и невольно издал изумленный вздох, потому что фигура в зеркале вытащила шпагу другой рукой; настоятель пристально наблюдал, как Кит делает выпад и парирует удар. Казалось, он вступил в поединок с противником в зеркале. Кит знал, что от него ждут каких-то слов, но лишь молча вложил шпагу в ножны.

— А теперь вот это, — настоятель сдернул покрывало с третьего зеркала. Там, в глубинах потемневшего зеркала, фигура Кита висела вверх тормашками.

— Ты видишь? — спросил настоятель.

Кит прикрыл глаза, вспомнив, что Дьявол использует много уловок, чтобы завладеть душами. Затем он открыл глаза и взглянул на настоятеля.

— Что это такое? — спросил он, и тот снова набросил на зеркало покрывало.

— Наука оптика, мой милый мальчик, — объяснил он, — которая открывает аспекты известного мира, дотоле невидимые. И аспекты потайного мира. Смотри.

Настоятель подошел к столу и снял с него еще одно покрывало, открыв большой камень, черный и отполированный. Кит осторожно приблизился.

— Всмотрись как следует в глубь камня, — сказал настоятель.

Как Кит ни вглядывался, он не видел ничего, кроме своего отражения и отражения настоятеля — на этот раз не перевернутых.

— Сколько у вас зеркал? — спросил он.

— Ты увидел их все, — ответил настоятель. — А сейчас помолчи и сосредоточься.

Кит вгляделся. Настоятель стоит слишком близко, подумал он. Он чувствовал запах благовонного масла, исходивший от его бороды. И тогда, словно прочитав мысли Кита, настоятель отошел и занялся своими бумагами.

Кит не знал, что он должен делать. Он перевел взгляд на другие предметы на письменном столе настоятеля: глобус, окруженный звездными сферами, компас и квадрант, и набор математических таблиц.

О настоятеле ходили ужасные слухи: будто бы он держит у себя в комнате головы трупов и пьет из них кровь. Кит видел комнату, отражавшуюся в камне, но не заметил ничего. Полки были уставлены томами Боэция,[2]Коперника и Парацельса.[3]Malleus Maleficarum[4]стоял рядом с De Revolutionibus Orbium Coelestium[5]Коперника. Кит никогда прежде не видел столько книг. «Сколько же все это стоит?» — подумал он.

Настоятель по-прежнему молчал. Затылок Кита начал ныть, и он хотел было отойти от стола, но тут настоятель заговорил:

— «И в небе, и в земле сокрыто больше, — цитировал он, стоя за спиной у Кита, — чем снится вашей мудрости».[6]Невиданные миры, другие плоскости, измерения, виды реальности, о которых никогда прежде не слыхивал человек. Есть более высокий уровень знаний, Кит, нежели тот, что мы получаем из книг. Наконец-то, с помощью науки, человек готов получать их напрямую.

Кит почувствовал, как закаменели его плечи.

— Погоня за знаниями — дорога к вечным мукам в аду, — смело произнес он.

— Кто тебе это сказал — мастер Грингольд? — спросил настоятель с нескрываемым презрением. — Да, именно это он бы и сказал. Вот чему они учат мальчиков.

Кит осторожно наблюдал за ним. Настоятель обращался к нему по имени, тогда как другие учителя называли его мастер Морли. Кит не знал, что и подумать. Казалось, он намекает на какие-то неофициальные отношения между ними.

— Так говорится в Библии, — настаивал Кит.

— Ах, в Библии, — повторил настоятель с непроницаемым выражением лица. — Древо познания, которое явилось причиной грехопадения. А что, если существуют и другие книги, Кит, — книги столь же священные, как и Книга Бытия, — которые преподают другой урок? Книги, которые никогда не были включены в Библию?