Выбор Проклятого - Юрий Соломин

и Кайе — трех уделов мага, пришло больше двух сотен хорошо обученных бойцов. Кроме них в группе были три дочери, и пять сыновей чародея, которые уже были неплохими и самостоятельными волшебниками. Вместе с солдатами и магами, для исследования обнаруженной Проклятым аномалии, вызвали также несколько нюхачей и шахтеров, умеющих работать со скальной породой. Магрес, доверявший не человеческому чутью Проклятого, был уверен, что под слоем камня, составляющего площадку перед отверстием, есть что-то интересное.

Наверх поднялись несколько бойцов, «нюхач» и «копатели». Но только лишь в скалу вбили первые штыри, с помощью которых должны были взломать верхний слой, как раздался жуткий рев, а затем из пещеры вылетели полчища шершней. Они были похожи на тех, на которых иногда натыкались при поиске лускана, но гораздо крупнее.

Те, кто был наверху, умерли мгновенно. Нет, и бойцы, и рабочие были должным образом защищены, но волна тварей просто сбросила их вниз. Остальные вступили в бой. С шершнями тут умели разбираться и меньшими силами, и очень скоро вся территория около скалы была засыпана их мерзкими телами. Но на этот раз люди потревожили нечто более серьезное....

Кроме шершней наружу уже лезли создания и покрупнее. Они бросались на бойцов, и если им удавалось увернуться от мечей, налетали на шлемы и разбиваясь. Сам удар выходил чувствительный, но кроме того тела монстров сочились мерзкой, ядовитой слизью. Там где она соприкасалась с доспехами, прочный металл начинал темнеть. Если же слизь тварей попадала на одежду, то проедала ее почти полностью, как серная кислота на Земле, буквально за несколько секунд. Тут и там раздались первые людские стоны и крики боли, когда яд начал жечь кожу.

В дело вступили лучники, наконечники их стрел были заговорены. Если бы когда-то схлестнулись армии магического и технологического миров, в каком-то месте, где в равной степени возможны магия и технология, это, наверняка, было бы захватывающее зрелище. Стрелы, заговоренные одной из дочерей Магреса, при попадании в цель взрывались огненным облаком, сжигая десятки тварей вокруг. Магические технологии не стояли на месте, и со временем, точь-в-точь как и на Земле, появлялось все более совершенное оружие. Правда даже и при таком процессе создания, в производстве любых предметов связанных с магией, должны были участвовать только владеющие магией. Но зато использовать его могли обычные бойцы.

Благодаря огненным стрелам, удалось немного отбросить летящую и пикирующую массу тварей, а затем на сцене битвы появились артефакты помощнее, и с их помощью, моментально выкосили всех шершней. Сработал тот же принцип, который использовался при обнаружении гнезд во время поиска лускана.

Магрес, с парочкой своих учеников держался в стороне. После использования «шарснита» уничтожившего летающих насекомых, стало чуть проще. Но тут чародей увидел новую опасность. Из дыры в скале полезли огромные пауки и костяные зубастые твари. Подобно камикадзе, они прыгали сверху на бойцов, разбивались о камни, протыкались клинками, сжигались заклятиями Магреса и его учеников, но их было очень много. Вот один из пауков, повис на шлеме бойца. Его лапы буквально вмяли металл внутрь, проникли через прорези для глаз и вонзились в глазницы воина. И новые полчища тварей продолжали пребывать.

Возможно то, что было целью чародея, охранялось сонмами этих монстров, а может твари были недовольны близким присутствием людей, в любом случае они явно не собирались вступать в переговоры.

Конечно, Магрес мог бы вступить в бой и помочь своим бойцам, но опытный чародей был уверен, что основная для них опасность еще впереди. Он не хотел впадать в азарт боя и не собирался распыляться по пустякам. С тварями его люди справятся, пусть и с некими потерями. Но иногда, вот их таких мест, лезет нечто более страшное, и часто только высшие маги способны как-то этому противостоять.

И он оказался прав. Наружу полилась черная густая жидкость, и произошло это одновременно с появлением новых монстров — змееподобных, длинных уродцев, которые вылезая из дыры, раздувались в размерах вдвое. Прыгая вниз, эти твари приземлялись на короткие толстые лапы. Падение не причиняло им вреда, и монстры сразу же атаковали первые ряды бойцов. Твари были тверды как камень, но медлительны. Заговоренные клинки, пусть и с трудом, но пробивали твердую чешую, но даже после этого монстры не хотели умирать, и атаковали до последнего.

Кроме Магреса никто не обратил на жидкость внимания, а она начала бурлить, словно закипела и на ее поверхности стали возникать пузыри, лопающиеся через небольшое время. К этому моменту отряд этанийцев уже потерял десяток бойцов и пару лучников, но и поток монстров, несмотря на появление новых мутантов, постепенно слабел. Казалось что победа приближается. Но черная жидкость уже потекла по стенам, ее поверхность все больше напоминала кипящую кастрюлю с «густой смолой», и Магрес, подав сигнал ученикам, приготовился.

В какой-то момент из самых крупных пузырей «смолы» начали выползать странные, больше похожие на тени существа, и плавно пикировать на бойцов. При подлете на расстояние метра, они взрывались с громким хлопком, а черные капли, попадающие на доспехи, прожигали их словно бумагу. Сталь, пусть и заговоренная, оказалась бесполезна, и в один миг, расстановка сил изменилась. Вот тут свое слово сказал чародей.

Но, как оказалось, и для него эта новая напасть была незнакома. Его ученики, уже построились, образовав октограмму, а сам маг стал в центре. Это было необходимо для усиления магических воздействий. Восьмерка, действуя сообща, была значительно больше, чем восемь одиночек. Удар огнем — это был конек чародея, и его ученики владели огненными заклинаниями значительно лучше, чем остальными.

От совместного удара, жидкость окончательно закипела, вверх повалил густой черный пар, а затем обрушился вниз ядовитым дождем. Казалось, что эта нечисть была наоборот, усилена огненным шквалом, и дела бойцов стали совсем плохи.

Магрес отдал еще одно короткое приказание, и октограмма рассыпалась, а над головами сражающихся воинов, появился защитный купол. Он был образован совместными усилиями сыновей и дочерей чародея, и задерживал черную дрянь, не давая ей попадать на людей.

Сам же маг принялся плести сложное заклятие, основанное на иной стихийной школе. Холод и лед. Раз нельзя сжечь, то возможно получится заморозить, замедлить процессы, происходящие внутри этой темной «водички». К сожалению черная жижа была ему незнакома, приходилось импровизировать на ходу.

Воздействие холода возымело гораздо больший успех. Черная масса начала густеть, процессы создания каплеобразных теней замедлились. Оставшиеся в живых бойцы и лучники замерли в ожидании дальнейших приказов. Щит, защищающий их от смерти, так же не давал атаковать остальных тварей, которые казалось, воодушевились после появления этой напасти.