Подарок убийцы - Гапарон Гарсаров

– Ну я так и думала всегда, что Аида всё выдумала, – уточнила Лавра.

– А чего ещё стоило ожидать от такой шизанутой, как она?..

Брилова не обратила никакого внимания на подоспевшего возлюбленного, будто его и не было. Она сидела на диване в гордом одиночестве, исподлобья поглядывая на разговаривающих у лестницы мужчин, которые бросили её ради господина Холодова. На ступеньках как раз показалась Марина, облачённая в то откровенное голубенькое платьице. Теперь Лавра поняла, что так задержало её наверху. За время отсутствия она сотворила на голове гнездообразную причёску, перевязав волосы тоненькой синей лентой, и наложила на лицо добротный слой косметики. Холодова внимательно осмотрела обстановку и медленно спустилась к ребятам.

– Женька, хеллоу, – пропела она, приближаясь к нему и Лавре. – Очень рада тебя видеть целым и невредимым…

– Спасибо, и мне приятно, – ответил Фанелин, тоже нисколько не реагируя на свою ненаглядную Анжелу, к которой наконец-то вернулись Данила и Кирилл.

– Ой, Рýдольф! – воскликнула Марина, и её лицо стало словно блаженным.

Даже Лавре это резкое изменение голоса показалось странным. Впрочем, подруга сама говорила, что положила глаз на симпатичного приятеля Глеба Валентиновича, и сейчас вплотную занялась его обольщением.

Рудольф склонил голову на бок, что означало, видимо, его приветствие, но продолжать общение с Мариной он не стал. Его больше привлекала компания её родителей и Алексея. Холодова заметно погрустнела и осталась стоять на своём месте, похожая на брошенного котёнка.

– Что это с ней? – удивился Женя.

– Лавра, я что, совсем-совсем несексуальна? – обиженно спросила она и надула переливающиеся губки.

– Веди себя непринуждённо, я тебя, честное слово, не узнаю, – посоветовала Гербер.

Екатерина Львовна ненадолго отлучилась из зала и вернулась через пять минут с широким блюдом, на котором расположился здоровенный запечённый осётр. Гости с одобрением загудели. По приглашению хозяев они направились к столу занимать свои места, оставив разговоры на потом. Лавра и сама обрадовалась ужину. Как-никак, с утра у неё маковой росинки во рту не было. Марина усадила её рядом с собой и, как следовало ожидать, напротив обворожительного Рудольфа. Фанелин хотел присоединиться к ним, но соседнее с Гербер место спешно заняла Анжела. Глеб Валентинович сел во главе стола, а госпожа Холодова расположилась аккурат на противоположном конце.

Горничная откупорила бутылки с вином и принялась разливать напитки по бокалам. Мужчины, сидевшие по правую сторону от Марининого отца, очень живо изучали троицу прелестных девушек, но главным объектом для них почему-то оставалась Лавра. Один лишь Алексей тихо беседовал с Глебом Валентиновичем. Особенно именинницу поразило то, как на неё смотрит Рудольф, совсем не обращая внимания на эпатажную рыжую подругу, которая нервно дышала и каждый раз поправляла сползающие с плеч бретельки.

– Глеб, ты позволишь начать сегодняшнюю трапезу с поздравления нашей дорогой Лавры? – вдруг прервала мужа Екатерина Львовна, взяв в руки бокал с вином.

Рядом с её стулом возникла коробка, на которой чернела крупная надпись «Paris». Господин Холодов тоже поднялся, последовав примеру своей супруги.

– Несомненно, дорогая, – ответил он и тут же обратился к отличнице. – Лавра, мы очень рады знакомству с тобой. После ужасных летних недоразумений прошло не более полугода, но за это время ты расцвела как самый настоящий цветок! Не бери в голову все те неприятности, это пустое и рано или поздно разрешится само собой, потому что ты смелая, красивая и находчивая девушка!

– Мне очень приятно, – засмущалась она от таких комплиментов.

– Думаю, все поддержат меня? – обратился мужчина к гостям. – Выпьем за Лавру и за её дальнейшее процветание!

Остальные мигом вскочили со своих мест, чтобы протянуть фужеры к имениннице.

– Ну, раз уж решили поздравлять, то и я хочу озвучить свои пожелания, – вызвалась Анжела, тоже достав откуда-то из-под стола коробку, запакованную в яркую подарочную бумагу. – Лавра, я познакомилась с тобой относительно недавно, но знаю тебя человеком умным, добрым, отважным, а теперь и чертовски красивым. Поэтому желаю тебе успеха во всех начинаниях…

Брилова вручила подарок ей в руки и по-свойски чмокнула в белую щёчку.

– Правильно, мы полностью присоединяемся к этим словам! – в один голос сказали Кирилл и Данила и вновь приподняли над собой бокалы. – Главное, это успех!..

– За Лавру! – крикнул Данила.

– За Лавру! – подхватил его тост Кирилл.

– За красоту, – присоединился к ним Алексей, и все принялись звенеть хрусталём по новому кругу.

Далее вечер потёк заметно быстрее. Глеб Валентинович лично разделал осетра, и все смогли насладиться этим нежным блюдом. К нему подали печёный картофель и грибы, не забыв заново наполнить бокалы вином. Так что настроение у гостей заметно приподнялось, и теперь никто никого не стеснялся. Женя запросто увлёкся беседой с Данилой, поскольку им поручили растопить камин. Анжела подсела к Екатерине Львовне.

Господин Холодов недолго пробыл в этой компании и через полчаса удалился вместе с Рудольфом в неизвестном направлении. Марина лишь с сожалением в глазах проводила его взглядом и поморщилась. Лавре показалось, что та переборщила с косметикой и нарядом, иначе её тайный воздыхатель непременно обратил бы внимание на ярко-рыжую нимфу. Впрочем, у неё самой не было никакого желания скучать на пару с Холодовой. Гербер заинтересовал Алексей. Мужчина сначала расспрашивал об её увлечениях, об учёбе, затем разговор плавно перешёл на обсуждение последних книжных новинок. Оказалось, что им нравился один и тот же автор, произведения которого в последнее время стали появляться на прилавках городских магазинов.

– Мне он сразу пришёлся по духу, – поделилась впечатлениями Лавра, держа в руках коробку с польскими шоколадными конфетами, которых в доме Холодовых имелось в огромном количестве. – И дело тут не в мистике и политических взглядах писателя. Мне интересны описания исторических эпох, в которых происходит действие.

– А ты заметила, сколько романтики в его сюжете? – спрашивал Алексей, то и дело подливая всем окружающим вина. – И в каждой книге такая трогательная любовь, столько чувств, искренности.

– Да, да, да, – закивала Лавра. – И неизменный финал, волнующий и жертвенный.

– Мне вообще нравится всё, что имеет счастливую концовку. И хотя в действительности не всегда происходит именно так, счастливая развязка меня вдохновляет, придаёт оптимизма, надежд.

– А на что Вы… извини, ты надеешься?

– Каждый на что-то надеется, у каждого есть цели. Вот взять тебя: ты учишься, наверняка хочешь найти приличную и, самое главное, интересную работу, верно?

– Честно говоря, работа как-то до сих пор не волновала меня, – с усмешкой заметила Лавра, облокотившись на спинку дивана. – Сначала я окончу аспирантуру, напишу диссертацию, проведу собственное научное исследование…