Девушка из кошмаров - Кендари Блейк

– Может, нам стоит подождать и позвонить ей позже, – говорю я, не знаю почему. Несмотря на статус школьной королевы, Кармель в первую очередь наш друг. Или, по крайней мере, была им.

– Чего ради? – отзывается Томас. – Ей же захочется узнать о нашей идее.

Пока он втискивается на ближайшее свободное место и паркует машину, я помалкиваю. Может, он и прав. В конце концов, раньше ей всегда хотелось знать.

Когда мы вылезаем, Кармель стоит к нам спиной. Она в кругу людей, но как-то ухитряется по-прежнему выглядеть его центром. Все остальные хотя бы чуточку повернуты в ее сторону, даже если разговаривают не с ней. Что-то здесь не так, и мне внезапно хочется сграбастать Томаса за плечи и развернуть его. «Нам здесь не место!» – вопит что-то в моей крови, не знаю почему. Окружающих Кармель людей я видел и прежде. Это те, с кем я перекидывался парой фраз на ходу и кто всегда был достаточно приветлив. Натали и обе Кэти здесь. А также Сара Салливан и Хейди Трико. Парни в этой группе представляют собой остатки Троянской Армии: Джордан Дрисколл, Нэт Бергстром и Дерек Пиммс. Они знают, что мы приближаемся, но никто никак на это не реагирует. И улыбки у них словно застывшие. И вид триумфальный. Будто у кошек, сожравших целую стаю канареек.

– Кармель, – окликает Томас и пробегает несколько последних разделяющих их шагов.

– Привет, Томас, – говорит она и улыбается.

Мне она ничего не говорит, и все прочие тоже не обращают на меня внимания. Лица у всех хищные, и смотрят все на Томаса, а тот ничего не замечает.

– Привет, – говорит он, а когда она ничего не отвечает и просто стоит, выжидательно глядя на него, начинает запинаться. – Э, ты на телефон не отвечала.

– Ага, я просто тусовалась, – пожимает она плечами.

– Я думал, у тебя мононуклеоз или что-то такое, – с ухмылкой встревает Дерек. – Но я понятия не имею, как ты его подцепил.

Томас становится на несколько дюймов меньше. Мне хочется что-нибудь сказать, но разговор должна вести Кармель. Это ее друзья, и в любой нормальный день они бы поостереглись говорить Томасу гадости. В любой нормальный день Кармель порвала бы их за один только «не такой» взгляд в его сторону.

– Ну… это… можно нам тебя на минутку, поговорить? – Руки Томас засунул глубоко в карманы, осталось только начать ковырять землю ножкой. А Кармель просто стоит, словно ее это не касается.

– Конечно, – бросает она с очередной полу улыбкой. – Я позвоню вам. Попозже.

Томас не знает, что делать. На кончике языка у него так и вертится вопрос, что происходит, а я могу только держать собственный язык за зубами, лишь бы не сказать ему промолчать и самому им больше ничего не сказать. Они не заслужили удовольствия видеть у него такое лицо.

– Или, может, завтра, – говорит Дерек, становясь ближе к Кармель. Смотрит он на нее так, что Томас меняется в лице. – Сегодня мы гуляем, да? – Он прикасается к ней, рука его змеей обвивает ее талию, и Томас бледнеет.

– Наверное, я позвоню вам завтра, – говорит Кармель.

Она не делает движения, чтобы высвободиться из Дерековой хватки, и едва заметно морщится, когда Томас съеживается.

– Пойдем, – говорю я наконец и беру его за плечо.

Стоит мне коснуться его, он поворачивается и направляется обратно к машине, почти бегом, униженный и сломленный, я даже думать не хочу насколько.

– А вот это уже настоящее скотство, Кармель, – говорю я, а она скрещивает руки на груди.

На миг мне кажется, она сейчас заплачет. Но в итоге она не делает ничего, просто смотрит в землю.

По дороге от школы до моего дома в машине стоит звенящая тишина. В голову не лезут никакие подходящие слова, и я чувствую себя совершенно бесполезным. Сказывается недостаток опыта дружбы. Томас кажется хрупким, словно осенний лист. У кого-нибудь другого нашлись бы слова, анекдот какой или байка. Кто-нибудь другой знал бы, что делать, а не сидел бы тупо на пассажирском сиденье, маясь от неловкости.

Не знаю, был ли у Томаса с Кармель настоящий роман. Она могла бы отвертеться от обвинений в неверности, сославшись на его формальное отсутствие. Но в том-то и дело. В формальности. Потому что и она, и я, и все остальные знают, что Томас в нее влюблен. И последние полгода она вела себя так, словно тоже его любит.

– Мне… м-м-м, просто надо побыть некоторое время одному, ладно, Кас? – говорит он, не глядя на меня. – Я не собираюсь бросаться на машине в водопад или еще чего, – добавляет он, силясь улыбнуться. – Мне просто надо побыть одному.

– Томас. – Кладу ему руку на плечо, но он мягко убирает ее. – Ладно, чувак, – говорю я и открываю свою дверь. – Просто свистни, если что понадобится. – И выхожу.

Должны быть еще какие-то слова, лучшие, чем находятся у меня. Но максимум, что я могу, это смотреть прямо перед собой и не оглядываться.