Сумеречная диковинка - Персефона Лассвара

Лаура почувствовала, как тревога постепенно сходит на «нет», а вместе с тем ее покинули последние силы. Шаркая обувью по блестящей от росы траве, она упала на землю и посмотрела на небо.

Луна казалась в тот момент белее, ярче. Лаура словно никогда прежде не видела небесные светила. Ею всегда управляли тревога и желание стать самой лучшей, несмотря на ежедневное моральное и физическое насилие. И вот, наконец, ей выпал шанс остановиться и задуматься о чем-то, выходящим за рамки литературы, в которую она зарывалась, подобно книжному червю, благодаря чему, пусть на краткий миг, закрывалась от внешнего мира и его трудностей, сбегая в фантазии. Задуматься о чем-то невероятном, обратить внимание на мелочи, кажущиеся столь незначительными, но до безумия важными.

Созерцание мира вокруг себя прервал тихий смех на другом конце поляны. Вздрогнув, Лаура что есть силы подняла голову и вгляделась в лесную чащу. Оттуда, скрючившись, к ней приближалась фигура с темными, как смоль, волосами… а дальше вы и сами знаете.

Страх вгрызался в легкие Лауры.

Загадочная фигура медленно проплывала по густому туману, поднимая ветер. Сухие листья поднимались с земли и кружились, издавая жуткий хруст, словно кричали голоса умерших, зовущие на помощь из глубины леса.

Сердце Лауры заколотилось от страха при взгляде на существо, в чьих безжизненных глазах нет добра, а губы искажены в безумной улыбке. Куски ткани, покрывавшие израненное тело, свисали клочьями. Заметив изумленный взгляд девушки, существо ускорилось и в секунду оказалось у ее тела. Установив зрительный контакт, оно издало ухающий звук.

Его глаза бегали по телу девушки, оценивая ущерб. Зрачки расширились, рот открылся в изумлении. Не теряя времени, существо подняло Лауру в воздух и унесло в покосившуюся хижину, в которой, на полпути, загорелся свет.

3

Проснувшись в холодном поту, Лаура вскрикнула и дернулась с места. Невероятный прилив сил позволил ей, услышав шорохи внизу, скатиться по перилам и лицезреть сову, сидевшую на диване. Заметив ее, птица склонила голову набок и моргнула, а после взмахнула крыльями, подлетела к ней и уперлась в девушку злобным взглядом. В мгновение ока сова обернулась вампиром.

Окончательно проснувшись, Лаура снизошла до восторженного писка.

— Ну наконец-то! — еще немного — и она запрыгала на ступеньке от восторга. — Я уж думала, состарюсь и не дождусь!

— Впервые вижу, чтобы мирная девушка радовалась кровососу. — в ответ прохрипело создание. — Как ни крути, я могу закончить дело, начатое твоими дружками. Кстати о них, — он отодвинул кресло от круглого столика, жестом приглашая девушку присесть, после чего занял соседнее кресло. — Нужно отдать должное — лезвия заточены виртуозно.

— Вовсе не обязательно расхваливать насильников.

— Что ж. — легко хлопнув по столу, произнес он. — Пожалуй, ты права.

— Зачем ты спас меня? — в лоб спросила Лаура, когда разговор зашел в тупик. — Почему не съел? Тебе ведь было бы достаточно вытащить ножи — и вот я уже умираю, а твоей кровожадной натуре остается только добить. Считай, как на блюдечке поднесли.

— Предпочитаю охотиться, а не питаться падалью. Я вампир, а не шакал.

Лаура прикусила внутреннюю сторону щеки.

— Но у тебя определенно есть на меня какие-то планы, раз мы все еще находимся в одной комнате, да и вообще ты как-то странно посматриваешь на меня. — девушка вопросительно выгнула бровь.

— Вдруг мне просто тоскливо, и чтобы сгладить свою печаль мне хочется холить и лелеять жертву насилия? — с ехидным прищуром задал риторический вопрос парень. — Или же хочу поиграться с тобой, м? Как тебе такая идея? Будешь моей зверушкой?

Вампир вышел изо стола и медленно приблизился к жертве человеческого слабоумия, излучая мрачную ауру. Он заговорил тихим, но пронзительным голосом:

— Знаешь, ты очень близка к моему прошлому. Я старался выбросить его из головы и сломать свою добрую половину. Однако, — парень обвел рукой ее плечи. — Ты сильнее меня, ведь не потеряла надежду. У тебя есть все шансы начать жизнь с нуля. Думаю, твоя кровь в разы вкуснее той, что я пробовал до твоего прихода. Такая чистая и наивная… наивная и сладкая.

Перед глазами Лауры пронеслись все эпизоды насилия за последние несколько лет. Она вздохнула — и вот уже ее голова зажата между сиденьем и крышкой унитаза, моргнула — шея оказалась исполосована порезами, будто из в ее глотку пытался пробраться голодный медведь. Она потрясла головой, сбрасывая с себя воспоминания, когда рука кровососа уже блуждала по ее розоватым щекам.

Заглянув в глаза вампира, ответила с напряжением:

— Ты не испытывал и половины того, с чем я сталкивалась огромную часть жизни. — она говорила осторожно, без вызова, опасаясь вновь оказаться на грани смерти. — Ни один твой укус не сравниться с тем Адом, что мне пришлось пережить.

Ухмыльнувшись, вампир облизнул бледные сухие губы и возразил:

— Ошибаешься, зверушка.

— И в чем же? Жизнь детей средневековья была столь тяжелой, что пришлось питаться кровью?

Взгляд вампира охладел.

— Пожалуй, я был подвержен и боли, и унижениям, но обрел невероятную силу. Могу предложить власть и тебе, зверушка. Ты вернешь то, что потеряла. Я подарю тебе свободу.

С сомнением и — одновременно — надеждой в голосе:

— Ты можешь прекратить мои страдания? И мне даже не придется расставаться с жизнью?

— Ну… как сказать «не придется»… За все нужно платить, за свободу — в том числе. — Не торопись с решением. У тебя еще есть шанс уйти отсюда без изменений, но без этой силы ты слаба и уязвима. Приняв же ее, сможешь защитить себя и стать тем, кто принесет справедливость в этот мир.

Лаура, взвешивая все «за» и «против», ответила с сомнением:

— Я могу быть уверены, что ты не поступишь со мной, как и все до тебя?

— Ты можешь верить мне или нет. — он всплеснул руками и двинулся к стеклянной двери, ведущей на выход из хижины. — Понимаю, годы, проведенные в одиночестве, могут подвести меня к границе безумия, ведь сохранить разум ясным после всего произошедшего слишком трудно. Я искал кого-то,