Медиум - Николай Дронт

– И что мне им отвечать?

– Чего хочешь! Мне какая разница? Я всего лишь посредник.

– Даже если речь пойдёт об очень больших деньгах?

– Особенно, если речь пойдёт об очень больших деньгах. Я тебе говорил, что влезать в неприятности не желаю. Лишние деньги не стоят лишних забот. Для меня так уж точно.

– Понятно. А за то, чтобы меня здесь оставить, ты сколько возьмёшь?

– Сказал же, подумаю. Изгнать почти любого я легко смогу, а вот задержать кого-то, хоть на пару минут, не так просто. Требуется передать тебе силу. А от кого её взять?

– Я тебе могу открыть, где похоронены алмазы.

– И я что буду с ними делать? Почему ты их сам не продал? Ты хотел бы, чтобы индийский раджа подарил тебе белого слона? Почётно! В газетах про тебя напишут. Представляешь такую махину у себя около дома? Лужайка вся вытоптана, везде валяются кучи дерьма, размером тебе по колено. Жрёт эта тварь только определённый корм. Вроде просто ветки, а пойди их найди в нужном количестве. Да и дорогие они. Словом, на пустом месте ты поимел массу сложностей. Тебе оно было бы надо? Так и алмазы – зачем мне нужна ещё одна головная боль?

– Ну, всё-таки!

– Думаешь? Просто знать, что они твои? Продать их не продашь. Даже хранить опасно. Пусть себе лежат, где лежали. Будут нужны, призову тебя и спрошу. А пока погоди, вон уже твои собеседники идут.

Разговор прервался, заказчики действительно уже почти подошли. Причём каждого сопровождала пара крепких телохранителей, бросающих на противников косые оценивающие взгляды.

– Итак, вы здесь, – медиум констатировал очевидное, – Не желаете в последний раз подумать, стоит ли начинать разговор с призраком?

– Стоит, иначе, зачем бы мы пришли?

– Тогда попросите своих мальчиков прогуляться по здешним аллеям. Они ведь не участники сеанса? И хорошо бы им разойтись в разные стороны, а лучше бы вообще уйти за пределы кладбища. Так сказать, от греха подальше. Я, конечно, не настаиваю, но в случае каких-либо эксцессов никаких претензий не приму.

Клиенты переглянулись.

– Какие такие эксцессы?

– Это вас надо спросить. Сами мне скажите – зачем вам нужна охрана? Например, мой человек сидит в машине, ждёт, когда я освобожусь.

– Эксцессов не будет. И раз мы на месте, пора, в конце концов, начинать. Витторио, как договорились, задавайте первый вопрос.

– Вилли, как твоё настоящее имя?

Призрак обиженно ответил:

– С каких это пор мы ты? Если я умер, так и уважать меня больше не нужно? Опять же, мне сосед объяснил, что своё имя нужно скрывать.

– Мистер Витторио, вы задали очень деликатный вопрос. Истинное имя лучше не раскрывать, особенно на кладбище. Я считаю, что мистеру Брассу достаточно будет назвать свои инициалы.

– Пусть хотя бы их назовёт.

– Ладно, скажи «А» и «Г». Сам не понимаю, почему я такой добрый и разговариваю с Джордани.

– Мистер Витторио, мистер Брасс недоволен вашей фамильярностью, однако ответил, что его инициалы «А» и «Г».

– Инициалы правильные. А своё недовольство Ловчила может запихнуть, куда сам захочет. Он же покойник, чего он мне может сделать?

– Сволочь! Рогоносец! Я ему…

– На ваш второй вопрос мистер Брасс ответил, что он может больше не отвечать на ваши вопросы. Какой третий вопрос?

Резко помрачневший Витторио вдруг опомнился:

– Я не задавал вопрос! Это было эмоциональное восклицание. Вопрос совсем другой!..

– Стоп! – страховщик резко остановил тираду. – Теперь моя очередь. Мистер Нельсон, я хочу со всей возможной вежливостью задать вопрос мистеру Брассу. В свою очередь, моя компания готова выполнить любые, разумные условия, поставленные им. Мистер Нельсон, этот вопрос к вам: Он… мистер Брасс сейчас меня слышит?

– Конечно. Мистер Брасс сейчас находится рядом с нами.

– Тогда, Витторио, вы не могли бы оставить нас на пять минут?

– Вот уж нет! Такого уговора не было!

– Очень жаль! Придётся рискнуть. Мистер Нельсон, где находятся алмазы, четырнадцать лет назад украденные с почтового пакетбота?

– Джек, скажи ему, что они спрятаны так, что никакая полицейская ищейка их не найдёт. Чего ради мне нужно отдавать их? Что он может предложить покойнику?

– Мистер Брасс отвечает, что помнит ту давнюю историю с ограблением пакетбота. Ему крайне лестно ваше мнение о его таланте. Однако он не в курсе, кто бы мог провести такую ловкую операцию.

– Джек! Ты чего несёшь?! Я же сказал совершенно другое!

– То есть мистер Брасс не причастен? Он не мог соврать?

– Позвольте напомнить – я не знаю ваших дел, потому правдивость ответа мне не удастся опровергнуть или подтвердить.

– Ну и наглый же ты тип, Джек! Врёшь в глаза и не краснеешь!

– Мистер Брасс интересуется вопросом о компенсации за ответы.

– Кстати, да! Надо с них хоть что-то стрясти.

– Моей компании его ответ бесполезен. А значит, о компенсации не может идти речи. Не хочу угрожать, но если Ловчила по своему обыкновению соврал, могут пострадать его близкие.

– Не, ну разве он не гад? Когда задавал вопрос, величал меня «мистером Брассом», стоило получить ответ, так я сразу стал «Ловчилой»! Да ещё жене угрожает!

– Мистер Брасс хочет вам заметить, что это было грубо.

– И глупо! – вмешался в разговор Витторио. – Если до меня дошли правдивые слухи, то после смерти Вилли относится к Лукреции не так хорошо, как раньше. Не задаю свой вопрос, в присутствии легавого не хочу слышать ответ.

Предложение

Главный следователь страховой компании и крупный авторитет преступного мира шли рядом к воротам кладбища. Казалось бы, что эти антагонисты делают вместе? Они враги и находятся на противоположных полюсах! Но если хорошенько подумать, то такие как первый, не могут жить без таких как второй. Они две стороны одной монеты и между собой им легче договориться, чем каждому из них с людьми иного круга.

– Пустой номер! Хорошо ещё, что Нельсон не требует денег за сеанс.

– Чего вы хотите, Витторио? Богатый человек! Ваша тысяча нужна ему лишь для самообмана, что он работает. Скажу по секрету – мои люди именно в этот момент его проверяют. Тот ли, за кого себя выдаёт? Откуда у него изначально появились деньги? И всё такое. Очень не уверен, что найдут что-то полезное, но проверить хочется.

– Отвечу взаимностью. Я поспрашивал среди наших, его никто не знает и никому он не интересен. Барыги торгуют горячим товаром с коллекционерами, но Нельсон ничего не собирает. Плохо, что на него надавить нельзя.

– Да, я в курсе. Деньги хранит в банке, обнести дом можно, но заботы не оправдают результата. Его подчинённые уважают шефа, однако не в курсе дел, выходящих за пределы конторы. Родственников нет, знакомых мало, девочками не сильно увлекается. Хотя всё же иногда вспоминает молодость. Пожалуй, это единственная сторона, откуда можно к нему подступиться.