Станция похищенных душ - Наталья Калинина

– Кого?

– Пономаря.

– Но он же…

– Никто не знает, что с ним случилось, Ева. Погиб ли или нет. Его тела не нашли, значит, он не может считаться мертвым. И посмотри на первую записку, подписанную его именем!

– Но это тоже под вопросом, Иван!

– А намеки на станцию, где он пропал?

– Хорошо, хорошо, – Ева потерла пальцами виски, будто у нее начиналась мигрень, и отмахнулась, перехватив встревоженный взгляд мужчины:

– Я в порядке, в порядке. Просто не знаю, что со всем этим делать.

Она обвела взглядом разбросанные по столу записки.

– Пожалуй, лучше их и в самом деле отнести в полицию.

– Только сделай копии. На всякий случай, – посоветовал Иван.

– Сейчас и сделаю. У меня есть скан. Пойдем со мной, – пригласила его в гостиную Ева.

Иван вошел следом за ней в комнату и с любопытством осмотрелся. Его взгляд скользнул по покрытому новым пледом старому дивану, старомодной «горке», за стеклянными дверками которой прятался бабушкин сервиз, задержался на неновом музыкальном центре и остановился заинтересованно на книжной этажерке, верхнюю полку которой занимали диски, а другие – потертые переплеты перечитанных не единожды книг. Ева в это время включила стоявший на столике у окна компьютер и разложила на сканирующей поверхности аппарата записки. Сканер попросила купить Тина после того, как потеряла под конец года тетрадь по истории и от руки переписывала целиком конспект подруги.

– Не знал, что тебе нравится эта группа! – воскликнул вдруг Иван. Ева быстро обернулась и увидела, что гость с улыбкой рассматривает взятый самовольно с полки диск. – Я в юности очень увлекался ею. Кстати, этот альбом у меня был самым любимым. Оказывается, у нас и музыкальные вкусы схожи!

– Это диски Тины, – поспешно проговорила Ева и отвернулась, чтобы Иван не заметил ее порозовевших щек. – Мне нравится совсем другая музыка.

– Какая?

Она вздохнула и напела одну простенькую, но прилипчивую, как разогретая на солнце жвачка мелодию, которая в то лето не звучала разве что из утюгов. Иван же поморщился так, будто ему больно наступили на ногу.

– Ева, не разочаровывай меня! Я такого с женой наслушался. Ей нравится подобное.

От неожиданно кольнувшей ее досады Ева захлопнула крышку сканера излишне сильно. И только потом спохватилась, что ей нет никакого дела до музыкальных пристрастий Эльзы Селиной. И уж совсем до лампочки, разочарует ли она Ивана или нет. Мужчина удивленно оглянулся на громкий стук. Но Ева уже, как ни в чем не бывало, собирала разлетевшиеся по столу оригиналы записок.

– Слушай, а может, сходим на концерт? Я слышал, что в декабре эта группа приезжает в Москву с единственным выступлением. Я могу купить билеты!

Иван продолжал вертеть в руках диск, не желая расставаться с ним, как с сокровищем, и это почему-то начало раздражать Еву.

– Я же сказала, что группа нравится не мне, а Тине, – отрезала она и забрала у него диск, на обложке которого было то самое изображение, которое когда-то красовалось на футболке шестнадцатилетнего Ивана. А потом – на постере в ее комнате. – И мне сейчас совсем не до концертов, забыл?

– Ладно, ладно, прости, – сдаваясь, поднял мужчина руки, не понимая, чем мог обидеть ее.

После того, как диск оказался на месте, Ева испытала одновременно и облегчение, и стыд.

– Это ты прости. Это… вещи моей сестры. И я не хочу ничего трогать из них.

– Да, понимаю, – вздохнул Иван. – Мне надо было спросить разрешения. Но я так обрадовался, что тебе тоже нравится эта группа! Как мальчишка. Будто ветром из юности повеяло, понимаешь?

– Иван, из юности сейчас не ветерками дует, а ураганами, – горько усмехнулась Ева и с намеком кивнула на бумажки, все еще лежавшие на столе.

– Да, ты права.

– Не очень у нас получается разгадать авторство записок и зачем их нам подбрасывают. И есть ли тут связь с пропажей Тины. Что-то, как и ты, я чувствую, а уловить суть не могу.

– Потому что мы не знаем мотивов.

– Слишком много недостает информации, Иван.

– Так давай восполним пробелы! – пожал он плечами, будто предложение было само собой разумеющимся.

– Как? Дело в полиции, полностью информацией они со мной не делятся: что там происходит, какие версии отрабатывают, кого подозревают. Да это и понятно.

– Но ты же сама можешь что-то узнавать? Ведь начала же, только остановилась. Нужно поговорить с друзьями Тины, наверняка они знают куда больше, чем рассказывают взрослым. Что-то могут и скрывать.

– Но как они могут скрывать! Ведь пропала же их подруга!

– Ты себя в том возрасте забыла? Разве ты не хранила секретов от взрослых? – спросил Иван. Еве стало не по себе от пронизывающего взгляда темных с янтарными искорками глаз. Ей вдруг подумалось, что сейчас Иван прочитает в ее душе главный секрет, который она тогда скрывала от всего мира, и который был известен только проницательному Борису. Она опять почувствовала себя тринадцати-четырнадцатилетней девочкой, только уже не перед лицом недогадливого и ослепленного красотой другой девочки Ивана-подростка, а под взглядом взрослого и опытного Ивана-мужчины. И хоть ей уже не должна быть важна та подростковая влюбленность, Еве все равно стало неловко от мысли, что Иван может узнать о ее былых чувствах к нему.

– Собирайся! – скомандовал вдруг он.

– Куда?

– Поедем разговаривать с друзьями твоей сестры.

– Прямо сейчас?

– А когда же? Не ты ли в первую очередь заинтересована в том, чтобы твою сестру нашли? К тому же откладывать на завтра не можем: я сегодня вечером возвращаюсь в Москву. Работа, Ева.

Понятно. Конечно. Как она могла забыть. Просто за эти два дня она вдруг настолько привыкла к нему, что совершенно упустила из виду, что на самом-то деле его дом – в столице, что приехал Иван на выходные к родителям и вовсе не обязан решать ее проблемы. К тому же не стоит забывать, что его ожидает красавица-жена, которая по каким-то причинам не сопроводила мужа в поездке.

– Хорошо. Надо предупредить подругу Тины о нашем приходе.

Но позвонить Наде она не успела, потому что в этот момент в дверь раздались две резких трели.

– Ой, – подскочила от неожиданности Ева и испуганно оглянулась на Ивана:

– А вдруг это из полиции? Так рано с хорошими новостями не являются.

– Не накручивай себя заранее, Ева, – тихо ответил мужчина и легонько коснулся ладонью ее плеча. Она вздрогнула – то ли от его прикосновения, то ли от нового звонка, и беспомощно посмотрела на дверь.

– Открой. По-крайней мере ты сейчас не одна.

– Не могу, – простонала Ева. – А вдруг это…