Идущие - Бентли Литтл

Джеб посмотрел на полуденное солнце, потом встал с кресла, потянулся и пошел через пыльную улицу к бару, где заказал себе виски.

– Как дела, Джеб? – поинтересовался бармен, наливая порцию.

– Как обычно, только больше. – Джеб звякнул по стойке монетой.

– Сдачу давать?

– Нет, оставь на потом.

Один из прибывших в прошлом году, старый лозоходец, известный под именем Герман, обследовал район со своим прутиком и заявил, что обнаружил значительные запасы серебряной руды. Они вырыли шахту, нашли людей, которые согласились у них работать, и таким образом впервые в общине появились деньги. Руду они продавали государству, и теперь, вместо того, чтобы заниматься бартером для приобретения товаров и услуг, у них были банкноты, были монеты, они получили возможность пользоваться валютой, как весь цивилизованный мир.

Джеб улыбнулся. Того и гляди, скоро у них появится и оперный театр.

Скрипнули навесные петли двери, и через несколько секунд на соседний стул опустился Симон.

– Мне то же, что и Джебу! – заявил он.

Бармен подал ему стакан, Джеб приподнял руку со своим, приветствуя друга, и они одним махом осушили свои порции.

Теперь у него было много друзей.

Симон. Мартин и Оливия. Клетус. Джордж и Джимми. Хейзл, Джун и Мэри. Мэдсен. Поначалу их сблизила общая судьба, общий опыт угнетения и преследований, и эта связь помогла им пережить первые непростые дни, дала возможность сформироваться чувству общности.

Но теперь они уже узналидруг друга. И, что более важно, полюбили друг друга.

Уильям по-прежнему оставался его лучшим другом, и хотя никакой официальной иерархии не существовало, все ответственные решения де-факто принимали они вдвоем – в силу того, что появились здесь первыми. Уильям был главным – в конце концов, благодаря его идее и его инициативе все сдвинулось с мертвой точки, а Джеб – вторым после него. Они обсуждали идею проведения выборов, но реального смысла в этом не было, и в итоге от нее отказались, решив, что лучше все оставить как есть – по крайней мере пока.

Сначала он задумывался, каково будет жить среди таких, как он сам. Не возникнут ли враждебность, ссоры? Не станут ли люди читать мысли друг друга, пытаться колдовством убрать с дороги соперников, разжигать мелочную ревность, которая всегда возникает среди людей, живущих столь тесным сообществом?

К счастью, этого не произошло. И даже если случайный путник забредал в каньон и останавливался у них на несколько дней, он даже не мог догадаться, что находится среди колдунов. Они не прятали свои силы, но и не эксплуатировали их. И он, и другие жили той жизнью, какой всегда хотели жить – как самые обыкновенные люди. Магией пользовались при необходимости, но она была лишь одним из инструментов и применялась только в подходящих условиях.

На улице послышались женские голоса и смех, звук шагов по деревянному тротуару. Группа женщин направлялась в парк, разбитый на окраине города.

Сегодня был День независимости, Четвертое июля, и хотя раньше праздники не имели для Джеба никакого значения, здесь, в Волчьем Каньоне, все оказалось иначе. Наконец-то они обрели свою собственную независимость, наконец-то они получили свободу быть теми, кто они есть. Он первым предложил прервать работы в этот день и отметить праздник, направить все свои таланты на создание самого великолепного торжества, какого еще никому не доводилось видеть.

В прошлом году они отмечали его впервые. Они устроили магические фейерверки, каких не видели даже в Китае, а также шоу духов и впечатляющее зрелище земного свечения, которое они создали совместными усилиями, сосредоточившись на едином эффекте.

В этом году все должно было быть еще лучше. Джеб не знал, что придумал Уильям – его друг хранил это в тайне от всех,но разговоры об этом всегда вызывали на его лице улыбку.

– Симон, – обратился он к соседу, – что тебе нравится больше всего на свете?

Симон на мгновение задумался.

– Немытые интимные места взрослой женщины.

Ответ оказался столь неожиданным, что Джеб просто несколько мгновений молча смотрел на него и лишь потом захохотал во все горло. Вскоре смеялись оба, хлопая друг друга по спине, и решили по этому поводу заказать еще по рюмочке.

Потом Джеб вышел на улицу и неторопливо двинулся по городу, чтобы проветрить мозги. Парк был полон народу, Женщины пришли с едой, мужчины – с аппетитом. Из кухни Джун доносился теплый ароматный запах свежего хлеба. Одно из преимуществ колдовства – умение готовить без топлива или огня. Он прошел мимо дома Марты и, увидев ее в окне, помахал рукой. Та как раз выкладывала пирог на подоконник, и он предложил помочь донести его в парк, но она сказала, что пирогу надо немного отлежаться.

Настроение было прекрасным. Мимо прошла пара, держась за руки, и он некоторое время смотрел им вслед. Единственное, что его не совсем устраивало в этой жизни, – то, что до сих пор не нашел себе женщину. Многие мужчины нашли. Многие колдуны обоих полов встретились здесь, образовали семейные пары, и хотя он неизменно радовался за них, не мог не испытывать некоторой жалости по отношению к себе.

Конечно, никто из встреченных особо не интересовал его.

Потому что он до сих пор любил Бекки.

Даже спустя столько времени он часто думал о ней. Ему снилось, что она приходит в Волчий Каньон. Иногда она оказывалась колдуньей, которая лишь сейчас обнаружила в себе силы. Иногда – нет, но проделала мучительный путь через половину континента, потому что соскучилась и хотела быть с ним. Но всегда сны заканчивались тем, что они оставались вместе, и хотя он отдавал себе отчет, что все это не более чем глупые фантазии, это мешало ему начать думать о ком-нибудь другом.

– Джеб!

Он обернулся на звук знакомого голоса и увидел Уильяма, который спешил к нему через пыльную улицу, улыбаясь от уха до уха.

– Я тебя ищу.

– Зачем? – остановился Джеб.

– Нужна твоя помощь.

– В чем?

– Ну, в том, над чем я сейчас работаю, – с улыбкой уклончиво ответил Уильям.

– К вечеру?

– Предпочел бы не говорить об этом здесь. – Положив руку на плечо друга, Уильям продолжил: – Пойдем пока на пикник сходим. Поговорим потом, дома.

Джеб усмехнулся, кивнул, и они двинулись по улице в сторону парка.