Ген бессмертия - Оксана Алексеева

Я бы двинула ему сковородкой, но он же, несомненно, увернется. И омлет погибнет напрасно.

Они рассаживались вокруг стола, Олег и Маша даже решили присоединиться к трапезе. Остальные, выпив по пробирке с кровью, просто составляли нам компанию. Все было почти также, как раньше… как с Кэти и Марком… Ник, ощутив, как мое настроение портится, поднял на меня глаза, но промолчал.

Вдруг на холодильнике затрещал мой сотовый, который в последние дни валялся там, всеми покинутый. С тех пор, как я стала безработной, я про него и не вспоминала, даже и не знаю, когда в последний раз заряжала.

Увидев незнакомый номер, я решила выйти, чтобы ответить на звонок. Но Ник меня остановил:

– Говори тут. Это могут быть… да кто угодно.

Я пожала плечами, мне скрывать нечего. Села на свое место и нажала на кнопку приема.

– Да?

– Аах, ты сучка крашенная! – я дернулась от звукового удара. Но мое лицо уже безудержно расплывалось в улыбке.

– Юлька! Ты?

– Нет, Папа Римский! – ответила моя старинная подруга.

– Я так рада тебя слышать, – это было совершенно искренне.

– Да что вы говорите! Ты куда пропала? Я звонила тебе домой, а ты все не подходила, а сотовый-то ты сменила, я ж тогда так и не записала… Потом я дозвонилась тете Свете. И знаете, дорогуша, что она мне сказала? А Анюта, подруженция моя, замуж, оказывается, выходит! А сейчас находится не где-нибудь, а в Москве! И совершенно случайно, в той же самой Москве, что и я!

Я оглядела сидящую вокруг стола компанию. Конечно, они слышат весь разговор полностью. С их-то слухом! И с Юлькиным-то криком. Я решила, что обойдусь и без свидетелей, раз это не Змеи, Бабочки и прочая потусторонняя фауна, но Ник вытянул ногу в сторону моего единственного пути наружу, давая понять, что пройти не даст.

Пусть. Мне ж скрывать нечего. Я ж могу и тут.

– Эй, Ань, ты там чего молчишь? – орала трубка.

– Юль, ты прости меня, я с этим всем так закрутилась, что забыла тебе позвонить. Я как раз собиралась! – убеждала я. – Прости меня, прости, пожалуйста.

– Ань, да ладно. Я не понимаю, что ли? Любовь – она такая. И про старых друзей забудешь, если хахаль такой, как теть Света напела.

– Ну… – я глядела на «хахаля», улыбка которого уже выходила за рамки приличия.

– Так вы в Москве? – не унималась подруга. – Может, вылезете на часок из постельки, повидаете меня?

От Москвы мы далековато.

– Юль, мы не в Москве. Мы… в Италии. Решили провести тут предмедовый месяц. А как приедем, то обязательно увидимся! – врала я, продолжая смотреть на своего учителя в этом нелегком деле.

– Крутотенюшка, – протянула она. – Но ты мне хоть немного расскажи, мне ж интересно. Колян твой красавчик, да?

Колян беззвучно ржал. К нему присоединялись и остальные. Нет, я этому гаду отомщу!

– Знаешь, Юль, так себе. Но, как говорят, с лица воду не пьют. Зато человек хороший!

– Да ладно… – удивилась подруга. – А теть Света расписывала… Я уж подумала, ты себе Мистера Вселенную отхватила. Но ты, в общем-то, права. Если со всеми остальными пунктами все отлично, то это, действительно, не самое главное! Как у вас там с остальными пунктами-то? Да не молчи ты!

Я собиралась с мыслями. Всем слушателям было понятно, про какие пункты интересуется моя холеричная подстава.

– Понимаешь, он в детстве много болел… Не могу сказать, что совсем все плохо, но… Но ведь и это не самое главное! Зато человек хороший!

Андрей упал лбом на столешницу. Ну хоть ему настроение подняла!

А Юлька оторопела:

– Ань, ты чего? Ты зачем тогда? Неужели так влюбилась в этого калечного?

– Ага, – добила я своих зрителей. – Жить без него не могу. Хожу за ним, как привязанная.

– Ты знаешь, люби его, конечно, люби. Но Гришке позвони, он вроде со своей разбежался, – искала она варианты моего спасения.

– Я позвоню ему. Юль, очень хочу с тобой еще поболтать, но мне бежать надо, – я все же решилась свернуть разговор, пока Бет не разорвало от сдерживаемых рыданий.

– Да-да, конечно, позвони!

Отключившись, я осмотрела уже вслух хохочущую компанию и заявила, не сумев сдержать и собственный смех:

– Я ни с кем из вас не разговариваю!

И, секунду поразмыслив, добавила:

– Вы можете внушать по телефону?

По нечленораздельным звукам я поняла, что нет. Я осматривала этих ржущих монстров и думала о том, что надо будет обязательно навестить Юльку. Сразу, как появится такая возможность.

Телефон прямо в моей руке снова зазвонил. И опять незнакомый номер.

– Да? – ответила я, ожидая, что это снова подруга.

Но мне ответил знакомый бархатный голос, при первом же звуке которого Ник сосредоточился, а остальные тут же притихли:

– Анна, здравствуй. Это Теодор.

Веселье как рукой сняло.

– Чем обязана?

– Дитя, не будь со мной такой холодной. Это разбивает мне сердце.

Я промолчала. Тогда он продолжил:

– Мы можем провести Ритуал в любое время, когда ты будешь готова.

Готова – это значит, хотеть обращения. Иначе что-нибудь может пойти не так.

Слишком скоро! Я думала, что у меня есть месяц или около того. Я колебалась:

– Мне нужно еще время. А разве останки моей прабабки Марии Как-там-ее уже нашли?

– Нет. Но в свете последних событий это уже необязательно. Хорошо, Дитя, я подожду. Но не тяни слишком долго, только после Ритуала ты будешь в безопасности. Ник, – продолжил он, ничуть не повышая тона, – ты там как? Справляешься?

Ник ответил таким же спокойным голосом:

– Да, Мастер. Не волнуйся.

– Я в тебе и не сомневался. Она хорошая девочка? – спросил он обо мне, как будто это сейчас не к моему уху была прижата трубка!

А у Ника появился шанс отомстить мне за то, что я плела Юльке. Но он почему-то ответил, глядя мне в глаза:

– Самая лучшая.

– Я рад за тебя. Ты это заслужил. Позвони мне потом.

– Конечно, – и сразу после его ответа Теодор отключился.

Я смотрела на Ника. «Самая лучшая» – это было для меня или для Мастера? И упрекает ли он меня за то, что я тяну время? Но он ответил на незаданный вопрос:

– Все правильно. Ты должна быть полностью готова, чтобы все прошло гладко. А я чувствую твое сомнение.