Прах (сборник) - Михаил Киоса

– Ты думаешь?

– Уверен. Вот увидишь, пока я еду, мимо тебя целая толпа пройдет.

– …тридцать один… тридцать четыре…

– …ну да, наверное, – Алиса помолчала, а затем ее голос зазвучал заметно бодрее. – Но ты все равно не задерживайся. Я соску-училась.

– Вот это – очень уважительная причина. Целую, спешу!

– И я тебя целую и жду.

Кирилл, который весь разговор не отрывал взгляда от старушонки, увидел, как та переворачивает ладонь над тарелочкой для мелочи и высыпает туда монеты.

– Вот! Ровным счетом сорок четыре. Можете пересчитать!

Кассирша только покачала головой, сгребла деньги и нажала кнопку на клавиатуре. Дождавшись чека, оторвала его и протянула бабуле:

– Спасибо за покупку.

Кирилл подспудно ожидал, что старушонка выдаст в ответ еще что-нибудь, желая оставить за собой последнее слово, но та схватила чек и заковыляла к выходу.

Алиса убрала телефон в сумочку, огляделась по сторонам. После разговора с Кириллом на душе стало спокойнее. В самом деле, ну с чего она взяла, что в этой части лесопарка, кроме нее, никого не должно быть? Конечно, люди хотят отдохнуть после рабочей недели, побыть на природе – а далеко ли можно успеть уехать вечером? Вот и идут кто в лесопарк, кто хотя бы в сквер. А тут, в Покровском-Стрешневе, сам бог велел в пятницу вечером гулять.

«Велел, да вот только что-то не видно никого. Сколько ты здесь уже, а хоть бы кто мимо прошел».

Ну и что, ответила она самой себе. Это просто здесь никого – не хотят далеко забираться. А вот возле прудов народу тьма-тьмущая! И сюда тоже дойдут.

«…и все-таки…»

«Что – все-таки? – озлилась она на тихий голос, звучавший в сознании. – Что все-таки?»

Тишина.

Голос наконец-то смолк. Алиса кивнула – знай наших! – и полезла в пакет за яблоком. Сев на расстеленный на бревне коврик, с хрустом откусила первый кусок и замерла.

Метрах в тридцати впереди из-за дерева вышел человек. Даже не взглянув в ее сторону, медленно пошел прочь – по направлению к крутому подъему, за которым, отгороженная забором, начиналась территория коттеджного поселка каких-то крутых шишек.

В руке мужчина держал палку. Каждый шаг он предварял тем, что втыкал ее в землю перед собой.

Воткнул – вынул – шагнул… воткнул – вынул – шагнул… воткнул –…

Алису пробрала дрожь: мерная поступь незнакомца показалась ей донельзя неестественной. Люди не шагают, не должны так шагать, особенно…

Особенно – что?

Алиса не знала. Родившееся в душе ощущение неправильности никак не получалось осознать. Она провожала мужчину взглядом, пока тот не скрылся за деревьями,

(Воткнул – вынул – шагнул… воткнул – вынул – шагнул… воткнул –…)

и тут, наконец, поняла.

Как можно шагать, словно под стук метронома, если под ногами то кочка, то яма?

– Здравствуйте, пакет нужен?

Кирилл молча кивнул, в последний момент передумав отпускать шутку в адрес старушки. Попробуй доживи до ее лет, сказал ему внутренний голос, а там посмотрим, на что ты сгодишься.

Повернув голову налево, к застекленному фасаду универсама, он увидел, как один семидесятый отъезжает от остановки, а второй, встав на его место, открывает двери. Кириллу представилось, как он садится на свободное место в первом троллейбусе и включает музыку.

Так оно и было бы, если бы эта мумия не пролезла к кассе вперед него. А теперь – сколько следующего троллейбуса ждать? Два подряд проехали, а третий, наверное, только что из Братцево отправился.

Расплатившись, Кирилл вышел из универсама и пошел к остановке.

19:13

«Мне кажется… я тут не одна».

Кирилл хмыкнул на ходу. Фантазерка она, конечно. Нет там никого. А если и есть, так это такие же, как они, желающие провести вечер на природе.

И все же… зачем Алиса пришла так рано? Что за сюрприз, который надо целый час готовить?

«Это если она тебе сразу позвонила, – прорезался внутренний голос. – А если нет?»

Он пожал плечами: что толку гадать, вот придет и увидит. Может, там вообще ничего особенного нет, зря только размечтался.

– Твою мать! – Кирилл резко остановился. Вот Алиса позаботилась о сюрпризе, а он? Ведь это у него сегодня выходной, первый из двух, а не у нее – ему бы и карты в руки.

«Не подумал, рыцарь хренов! – снова ожил внутренний собеседник. – Конечно, и так сойдет: вино, сыр да фрукты – это все, о чем мечтает девушка. Зато по парку нашатался вдоволь».

Кирилл обернулся через плечо. Может, пойти поискать в универсаме что-нибудь еще?

«Хотя бы цветы, что ли?..»

Он попытался вспомнить, продаются ли в магазине хорошие цветы, но не смог. Потоптавшись на месте еще несколько секунд, Кирилл махнул рукой: не стоит возвращаться. Даже если и есть там цветы, то пока он их покупать будет, следующий троллейбус тоже уйдет – так и опоздать недолго.

Дойдя до остановки, Кирилл вынул телефон и открыл приложение, чтобы посмотреть, где там тащится этот семидесятый. Тот оказался не так уж и далеко – уже отъезжал от «Аэродромной улицы». Вызвав на экран список остановок, Кирилл выяснил, что через четыре минуты троллейбус должен доехать до него.

«Хорошо».

Алиса встала и медленно повернулась вокруг себя. Никого не увидела – только деревья да кусты, никого не услышала – только птицы орут да под ветром листва наверху шелестит.

Закончив круг, резко обернулась. Пусто.

«Метроном» не показывался, но спокойнее на душе не стало. Алиса помнила, как неожиданно он вышел из-за деревьев в первый раз.

Первый, да не последний. Чем дальше, тем больше она убеждалась в том, что видела его еще не единожды – на самом краю доступного для обзора участка лесопарка. Фигура была едва различима среди яркой молодой листвы да и не показывалась целиком, но это мог быть только «метроном», больше некому.

– При… привет! Заходите на огонек, гостем будете!

Опыт подсказывал, что до лесопарка семидесятый доберется быстро, минут за пятнадцать – вечером в пятницу народ рвется из города или на его окраины, а не в центр. А значит, как раз останется время на цветы. Кириллу тут же показалось, что он видел нужную вывеску на Волоколамке – как раз возле «Больницы МПС», где он собирался выходить.

Он уже видел, как улыбается Алиса букету в его руке, и на душе становилось все теплее. Когда троллейбус подъехал, недавнее недовольство самим собой уже оказалось похоронено и забыто. Кирилл прошел в салон, уселся к окну, положил пакет с покупками рядом с собой и, постукивая пальцами по бедрам в такт музыке, принялся наблюдать за жизнью на другой стороне улицы.