Истории дядюшки Беса - Бес Лов

Спи, спи, спи, баю бай…

Японская колыбельная.

Мерзость №3. Мизанабим

Уровень первый

Тишина в зале.

Гаснет свет и приглушается музыка.

– Дамы и Господа! – мощный луч прожектора ударяет в бардового цвета занавес, и в середине островка света посреди огромной сцены стоит малыш лет девяти в смешном маскарадном костюме и ловко вертит в одной руке металлическую, черно-желтую трость с набалдашником в виде головы разъяренного дракона. – Прошу немного вашего внимания!

Щелкают выключатели, и вся сцена озаряется светом. Из колонок, развешанных по всему залу приглушенно играет театральная музыка.

– Добро пожаловать на наш детский спектакль, – звонкий голос малыша, казалось, заполнил все пространство вокруг сладостным туманом, лаская уши зрителей. – Сегодня вы увидите сценку под названием «Клетка из костей» и да, – ослепительно-белые перчатки деликатно поправили пестрый галстук, что оранжево-желтыми красками красовался поверх отутюженной белоснежной рубашки, что совсем скоро будет забрызгана кровью. – Это замечательное название придумал я!

По залу раздался одобрительный смех.

– Спасибо, – малыш поклонился залу, сняв на пару секунд с головы картонный цилиндр. – Однако! Перед началом мне нужен доброволец! Кто хочет? Ну же, смелее! Кто хочет принять участие в этом детском спектакле? Делать вам ничего не придется, не бойтесь!

Маленький ведущий увидел поднятую женскую ручку, что робко вынырнула из пучины голов смотрящих.

– О! Замечательно! Девушка в… в прекрасном платье, попрошу вас выйти на сцену!

Девушка-доброволец представилась Америкой и после, под звуки аплодисментов, малыш увел ее под ручку за кулисы.

Свет вновь погас.

Музыка нарастала, барабанный ритм становился все громче и громче. Наконец, когда к бешеному ритму прибавились звонкие залпы труб, сцену вновь окатил свет и бардовые кулисы медленно разошлись в стороны. Торжественная музыка утихла и ее сменили мотивы Дикого Запада и грохот копыт. Аплодисменты взорвали зал и зрителям предстала картина: одинокие кактусы из картона, перекати-поле из соломинок, декорации банка девятнадцатого века и около шести детишек на сцене, облаченные в полицейские костюмы. Все они восседали на лошадях, которые представляли собой деревянные конские головы на деревянных палках.

Когда аплодисменты утихли, один из малышей откашлялся и спросил:

– Что здесь происходит, шериф?

– Эти сукины дети из банды Золотых Жнецов вновь взялись за старое!

На фразе «сукины дети» в зале послышался удивленный вздох, на что малыши еле заметно улыбнулись.

– Так давайте схватим их за яйца и запихаем эти маленькие орешки их мамашам в их тугие задницы! – выкрикнул третий мальчуган.

– Не сейчас, Бенсон, – грозно хмыкнул «шериф». Это был мальчишка, лет десяти с накладными усами и невероятно огромной шляпой с полями, что так и норовила свалиться на глаза. – Там моя дочь Америка. И их главный головорез – Хэд Хантер, прекрасно знает, как выглядит дочка шерифа. Мне такие риски нахрен не нужны, все усекли?

Из-за картонного «банка» послышались выстрелы. Малыши-полицейские от неожиданности пригнулись и с ужасом посмотрели на своего босса.

– Что будем делать, шериф Макс?

– Я же просил, Флойд, звать меня просто Ивон. Давайте спрячемся, парни. Как только Жнецы выйдут из банка, мы оценим ситуацию, и я вам дам знак. Изрешетим этих поганых ублюдков, что тени от них видно не будет.

«Полицейские» дружно развернулись в зал и, спрыгнув со сцены, попрятались во тьме среди толпы зрителей, прислонив пальцы к губам, приказывая всем молчать.

В следующее мгновение «двери» картонного банка отворились и оттуда вывалилась целая гурьба малышей. На их лицах, кроме одного – главаря, были платки, закрывающие нижнюю часть их лиц. В руках каждого «бандита» сверкали револьверы. Сейчас на сцене можно было насчитать семь малышей-разбойников – двое из них усердно тужили свои лица, вытаскивая огромный «сейф».

– Отлично, Хэд, – девчонка с леопардовым платком на лице хлопнула другого мальчонку по плечу. – Бабки у нас. Где чертов Билл на своей сраной повозке? Кто нас повезет? Сейчас сюда нагрянут копы!

– А я по чем знаю, идиотка? – Хэду было на вид лет девять, но его нарисованная черным фломастером борода прибавляла ему еще лет пять сверху. – Позвони ему!

– Точно. – Идиотка достала из кармана дырявых брюк новенький айфон, вызвав в зале очередную порцию смеха. – Сири. Позвони Чертову Биллу На Сраной Повозке.

«Секунду», – ответила «Сири» и через мгновение в зале раздался телефонный звонок.

Шериф с удивлением увидел, как Флойд с улыбкой держит перед собой телефон и нажимает «сброс». После чего его вторая рука с зажатым в ней револьвером выскакивает из темноты и целится шерифу прямо в лоб.

– Надо было раньше давать знак, шериф.

Раздается выстрел, что с грохотом накрывает весь зал, но пуля не достигает цели. Один из других полицейских – «настоящих», наскочил на Флойда со спины и выстрел был произведен в потолок.

– Какого хрена, Флойд? – шериф не понимал, как его верный друг смог оказаться одним из Золотых Жнецов. – Как… как ты мог?

– Пошел в задницу, старый козел… – левое колено полицейского надавливала на шею Флойда, прижимая того к земле и не давая тому шансов вырваться.

– Я не могу дышать! – кричал Флойд. – Не могу дышать!

– А ну отпусти его! – выкрикнула со сцены Идиотка и направила свой револьвер на шерифа. Он, в свою очередь, направил оружие в грудь их главаря Хэда, а сам Хэд лишь ехидно улыбнулся.

– Приведите ее, – еле слышно выговорил он, но, тем не менее, шериф его прекрасно услышал и взвел курок своего 45-го.

К ногам Хэда швырнули, словно тряпку, «дочку шерифа». Америка была вся растрепанная, в порванной одежде и тушь черно рекой стекала по ее щекам.

– Убери колено с шеи Флойда, – процедил сквозь зубы Хэд. – Или я убью твою дочь.

– Парни, – вместо ответа сказал шериф. – Приготовиться. Этот сукин сын блефует.

Остальные полицейские направили свои пистолеты в толпу бандитов, а те, в свою очередь, нацелились в копов.

Ожидался перекрестный огонь.

– Последний раз повторяю, – Хэд грубо схватил за волосы дочь шерифа, что безжизненной куклой сидела на коленях лицом к залу и рыдала в голос, затем резко дернул так, чтобы шериф видел какой страх и ужас бешено отплясывает в глазах его дочери. – Пусть он уберет свою поганую ногу, и никто не пострадает.

– Пошел ты. – Шериф сплюнул.

– Раз.

Шериф медленно улыбнулся, покачивая головой.

– Два. – Хэд взвел курок. Америка всхлипнула от испуга. Черные капли с ее лица медленно разбились об пол. – Последний шанс, старик.

Желваки на лице шерифа зашевелились. Он понял, что головорез не шутит.

– ТРИ!!!

– Хорошо- хорошо! – шериф вытянул вперед ладони, выпустив из рук пистолет и кинул нервный взгляд