Готика Белого Отребья - Эдвард Ли

Писатель неуверенно последовал её инструкциям.

— А теперь, — прошептала она, — поверни ключ зажигания.

Вот где кончается фантазия, — был уверен он, — и сейчас реальность ударит меня по лицу. До сих пор всё это было галлюцинацией, — и он медленно повернул ключ. Двигатель взревел.

— Давай я прослежу, чтобы ты не сшиб какого-нибудь деревенщину, — сказала Дон, оглядываясь.

Все отошли от них подальше. От адского рёва двигателя у Писателя разболелась голова.

— Что теперь? — крикнул он.

— Надо включить первую передачу! Очень медленно отпускай сцепление и переведи ручку коробки влево, когда машина начнёт движение.

— Дон, я чувствую себя не в своей тарелке! — в отчаянии воскликнул он.

— Не будь пиздой! Просто сделай это!

Он так и сделал, только машина дернулась назад. Ну конечно, люди засмеялись!

— Ты врубил заднюю! Ставь на нейтралку, и давай сначала! — приказала Дон.

Он повиновался.

— Теперь поверни руль вправо и веди машину! — крикнула она, перекрикивая какофонию двигателя.

— Куда ехать?

— На ебаную заправку! У нас нет ни шин, ни бензина!

Отличная идея…

Маневрировать чудовищной машиной менее чем в ста футах от станции заправки было нелегко. Но в конечном итоге ему удалось припарковаться, хоть и криво.

К ним подошёл высокий блондин с перепачканным лицом, вытирая нос масляной тряпкой. Бирка на его грязном комбинезоне гласила: «Дэйв». У другого рабочего при их виде отвисла челюсть.

— Вы издеваетесь надо мной. Эта развалюха простояла на одном месте больше двадцати лет.

Писатель со стоном выбрался из салона автомобиля.

— Я бы хотел воспользоваться вашими услугами, парни. Мне нужно, чтобы вы полностью восстановили эту машину, до идеального рабочего состояния.

Механик Дэйв усмехнулся.

— Это большие деньги, мистер.

Писатель молча смотрел на него.

— Я имею в виду, тридцать, может, сорок штук.

— И я бы хотел, чтобы это произошло как можно скорее, если вы будете так любезны, — cказал Писатель. — Как скоро вы сможете привести её в порядок?

Дэйв пнул голые диски и рассмеялся.

— Зависит от того, сколько человек вы сможете нанять. Здесь нужен капитальный ремонт. И мы говорим о полтиннике в час на человека.

— Я заплачу сотню, — Писатель выписал чек на капоте. — И я бы хотел, чтобы она была выкрашена в белый цвет.

— Сделать десять слоёв реактивного лака? — cпросил второй мужчина. — Столько раз покрыл её Дикки Кодилл, когда выкрасил в чёрный цвет.

— Десять сгодится.

Дэйв покачал головой.

— А если ей понадобится новый двигатель?

— Значит, ставьте его.

— Какие шины вам нужны?

— Лучшие.

— Но, сэр, самые лучшие шины для такой машины стоят больше $500 за штуку!

— Хорошо, — Писатель дал ему чек. — Вот вам аванс в $40 000. Позвоните мне, если понадобится больше.

Дэйв уронил тряпку.

— Сорок штук?

— Сорок штук. Остальные детали, такие, как обивка и так далее, оставляю на ваше профессиональное усмотрение, — сказал Писатель. — А теперь, спасибо, сэр, но я вынужден откланяться.

Он схватил Дон за руку и повёл её прочь, оставив Дэйва безмолвно смотреть на чек в руках.

— Ух ты, — прошептала Дон. — Что за мужик! Ты действительно такой, как говоришь?

— Не совсем, — признался он. — Но с тех пор, как я завёл эту машину, у меня появилось новое чувство уверенности.

— Выеби меня. С меня течёт, как из лопнувшего шланга стиральной машины.

— Сказано с похвальным красноречием, и, если ты не возражаешь, — сказал он, — мы можем ускорить шаг? После всего, что произошло за день, мне очень нужно пиво.

* * *

Как бы сильно Писатель ни нуждался в пиве, эта потребность не найдет его платежеспособности в “Перекрестке”, только не сегодня. Грязная парковка была забита машинами, а некоторые из них стояли даже в лесу.

— Эта дыра никогда не была такой полной, — сказала Дон.

— Интересно, по какому случаю? — предположил Писатель, чьи надежды на несколько "Collier’s Civil War Lagers" рухнули так же верно, как и "Mонитор" ВМС[49].

— Я знаю! — cказала Дон, словно ее осенило прозрение. — Из-за тебя!

— Меня?

— Конечно. Ты положил конец проклятию города! Бьюсь об заклад, что каждый находящийся там человек выиграл или получил деньги каким-то образом, и сейчас они там празднуют. И они, вероятно, очень надеются, что ты появишься там, и они поблагодарят тебя!

Писатель не придавал большое значение ее предположению, но он не хотел рисковать. Он ненавидел быть в центре внимания.

— Где ещё мы можем выпить? — cпросил он довольно раздраженно. — Мне нужно выпить.

— Стриптиз-клуб “У Салли”, наверно, будет таким же забитым, как и другие бары, — oна сделала паузу для размышлений. — Думаю, мы могли бы купить пару упаковок пива и пойти выпить в похоронное бюро.

Душа Писателя вспыхнула, как спичка.

— О, давай так и сделаем!

Покупка пенного напитка в ближайшем магазине заняла всего несколько минут. Каждый из них тащил по две упаковки заветного пива, но что-то сразу привлекло внимание Писателя. Граффити, на которые он имел обыкновение обращать внимание, легко было различить на монетном ящике давно заброшенного телефона-автомата.

— Дон, посмотри на это!

То, что было написано там маркером, было чем-то знакомым:

ТОЛСТОЛОБ ПОЙМАЕТ ТЕБЯ.

ЕСЛИ ТЫ НЕ БУДЕШЬ ОСТОРОЖЕН!

— Довольно зловеще, тебе не кажется?

Дон закатила глаза.

— Это дерьмо здесь повсюду написано.

— А, понятно, — он опустил глаза. — А это что за каракули?

Он указал на другую надпись:

Я СДЕЛАЛ САРЕ ДЖИН ГОЛОВАЧ!

— Что это значит?

Казалось, она задрожала.

— Тебе лучше не знать. А теперь пошли.

* * *

Не тратя много времени (но и не тратя лишних слов), пара вскоре оказалась в офисе Дон в похоронном бюро "Bинтер-Дэймон", три бутылки пива размером с кеглю были открыты, а остальные сложены в холодильник. Три бутылки были открыты, потому что в самый короткий промежуток времени к ним присоединилась Сноуи.

— Ты знаешь, что ты герой города, не так ли? — cпросила она и небрежно поцеловала его в губы.

Что-то у меня сегодня слишком много языков, — подумал он.

— Я это уже понял.

— После того, как ты сказал мне, что завёл машину Дикки Кодилла, я была уверена, что мне повезет, как, черт возьми, почти всем, с кем я сегодня разговаривала…

— Тебе ещё не повезло? — cпросила Дон с некоторым удивлением.

— Нет, — oна, казалось, колебалась, затем завизжала от восторга. — Пока я не ушла с работы, а Тобиас не сказал, что повысил мне зарплату на пять долларов в час!

— Чудесные новости, — сказал Писатель.

— Ты уверена, что это было не за все бесплатные минеты, которые ты ему делала? —