Особняк - Ольга Панова

Над головой закружило белое облачко. Голос призрака зловеще прогремел в ушах:

– Что ты делаешь в моем саду?

Елена была безучастна. Она облокотилась о посох и шагнула к камню. Место, которое она выбрала, было сразу же за ним.

– Что ты делаешь?

Елена оглядела землю и траву. Под ногами чувствовались легкие вибрации земли. Это было место, на котором живому человеку никак нельзя было находиться. Черная воронка.

Прежде чем начать обряд, Елена посмотрела в зеленые глаза призрака:

– Я избавлю этот дом и землю от тебя. Тебе придется уйти отсюда.

– Ты не посмеешь!

Вместо ответа Елена приподняла посох и одним движением воткнула в рыхлую землю, загнав его на двадцать сантиметров вглубь.

Она закрыла глаза и четко произнесла на весь сад:

– И свет и тьма соединись вместе. Пройди через этот посох. Анна, иди сюда. Откуда пришла, туда и уйдешь.

Призрак Анны был невероятно зол. Она какое-то время пыталась приблизиться к посоху, но что-то не пускало ее.

Елена отошла назад к дорожке. Подняла с земли канделябр и осветила место. Призрак все еще летал вокруг, цепляясь за мир живых. Ее злобный голос, шепчущий проклятья, иногда долетал до девушки.

– Я здесь хозяйка. Никто не смеет мне приказывать.

Как только посох коснулся земли и были сказаны слова заклятья, все изменилось. Для призрака начался обратный отсчет.

Елена направилась к воротам, однако путь ей преградил молчаливый дворецкий. За его спиной показалась кухарка Мария. Женщина была насмерть перепугана:

– Неужели это правда, и призрак покинет нас?

– У нее нет иного выхода, – Елена смахнула с волос сухой листик. – Я видела вас там, в подвале. Объяснитесь.

Слуги переглянулись. Михаил заговорил первым:

– Мария видела призрака в самый первый день, как только появилась в этом доме.

– Да, это правда, – кухарка виновато кивнула. – Вечером того же дня ко мне пришла она. Призрак женщины. Я очень испугалась, думала, настал мой черед, но призрак заговорил со мной.

– О чем?

– Сказала, что если мы с дворецким хотим сохранить свои жалкие жизни, то должны каждую полночь накрывать стол в подвале. Обязательно сложить ее любимое платье на стул, вроде как ей необходимо ощущать себя живой среди живых.

Елена понимала их всем сердцем. Люди были напуганы и хотели жить. Уступка духу Анны была гарантией, что с ними ничего страшного не произойдет.

– Если вы позволите, я покину этот дом. Мне бы не хотелось быть замеченной.

– Разрешите, я найму вам экипаж.

Дворецкий учтиво склонился и направился за ворота. Мария пригласила девушку в дом переждать.

На кухне было очень тепло. В камине весело трещал огонь. В воздухе пахло грибным супом и овощами.

Елена поставила канделябр на стол, а сама села на скамью. Ее клонило в сон. Подавив зевок, девушка откинулась на спинку и прикрыла глаза.

– Даже не верится, что всем напастям этого дома наконец-то придет конец, – Мария подогрела на плите молоко и наполнила кружку до краев. Вместе с тарелочкой гречишного меда поставила перед Еленой.

– Это пойдет вам на пользу.

– Благодарю.

С улицы послышался грохот. Через мгновение в дом вбежал запыхавшийся дворецкий.

– У нас пожар! Особняк горит!

Кухарка громко запричитала, хватаясь за полотенце и ковш с водой. С перепугу она не знала, что нужно делать.

– Вызови пожарных, а я пока сам попробую потушить, – дворецкий схватил ведро с водой и вбежал в коридор.

Наверное, другая девушка осталась бы безучастной на скамье, попивая теплое молоко, но только не Елена. Она молниеносно поднялась с места и кинулась следом за дворецким.

Горела одна из комнат второго этажа. Едкий дым постепенно заполнял коридор.

Преодолев лестничный пролет, дворецкий и Елена кинулись к комнате молодого графа. Пожар был именно у него. Горели шторы, пламя медленно перебиралось по ковру к деревянной кровати, на которой спал Андрей. Медлить было нельзя.

Дворецкий окатил водой ковер и кинулся к окнам:

– Елена, помогите мне!

Девушка кинулась к шторам. Вместе они сорвали тяжелую горящую ткань и бросили на мокрый ковер. Сапожками Елена тушила огонь. Дворецкий тем временем срывал шторы со второго окна. Когда с основным пламенем было покончено, мужчина снял ливрею и тушил огонь ею.

Все это время Андрей ни разу не шевельнулся. Елена бросилась к нему. Он лежал на животе. Она повернула его на спину. Пульс нащупывался, Андрей дышал.

Как ни старалась девушка его разбудить – все было напрасно. Он спал крепким сном. Дворецкий потушил огонь и распахнул настежь все окна. Стало легче дышать. Страх постепенно угасал.

Внезапно в спальне стало холодно. В комнату вошел призрак и застыл у камина. Первой в себя пришла Елена:

– Этот пожар – твоих рук дело?

– Да, – лицо призрака закрывали волосы. – Не знаю, что за магию ты применила, но зажечь огонь мне стоило немалых усилий.

– Ты лишишься последних сил уже этим утром. – Елена осторожно сползла с кровати и стала приближаться.

– Уже к вечеру ты поймешь, что потеряла силу навсегда. Страшное проклятье, так долго мучившее жителей особняка, вскоре исчезнет. Так не лучше ли тебе покинуть мир живых с гордо поднятой головой?

Дворецкий был ни жив, ни мертв. Мужчина просто стоял и смотрел на Елену. В отличие от нее, он призрака не видел, хотя ощущал его присутствие всей душой. Он боялся, и страх парализовал его тело.

Призрак молчал. Елена медленно приближалась:

– Оставь этот мир, уходи. Ты здесь не нужна. Тебя никто не ждет.

Дворецкий вдруг против своей воли прошептал:

– Призрак должен уйти.

Елена остановилась. Призрак Анны исчез. Затем появился за спиной ведьмы. Невидимые костлявые пальцы приближались к ее телу:

– Так ли хорошо в том мире?

– Ты себе не представляешь, – Елена медленно вынула цепочку с нательным крестиком и резко повернулась. – Я служу свету.

Призрак замерцал и медленно растаял. Ее голос загремел в стенах особняка:

– Я оставлю этот дом по истечении пяти месяцев.

Елена не могла поверить в это. Призрак злой колдуньи был повержен. Она смогла это сделать.

Дворецкий закрутил глазами, изучая стены спальни:

– Она еще здесь?

– Нет, ушла. Должна сказать вам, что березовый посох в саду ни в коем случае трогать нельзя. Если упадет, пусть так и лежит. Призрак исчезнет через пять месяцев.