Медиум - Николай Дронт

– Нет, конечно. Зачем мне это?

– А послание передадите?

– Смотря какое и кому. Но я обязательно должен за это что-то получить. Извините, профессиональный кодекс запрещает бесплатно вмешиваться в дела мёртвых.

– Дел всего-то ничего! Послать весточку Тому из «Джаз-бистро», что Жиля убил акула Джордани Витторио, и он просит отомстить. Вам это легче лёгкого! За что тут платить?! Можно просто написать записку без подписи и послать обычной городской почтой!

– Наверное, вы правы. Действительно дело нехитрое. Походите тут по аллейкам, поспрашивайте прохожих, может, кто бесплатно согласится отправить ваше письмо. А я, извините, занят. И так с вами заболтался. Забыл, что у меня здесь дела. Клиент, понимаете ли, ждёт.

С этими словами медиум двинулся дальше, но дух рванул за ним:

– Стойте! Я согласен заплатить! Только у меня ничего нет. Ни тайников с деньгами, ни банковских счетов. Я грешен! Я всё прогуливал!

– Не начинайте! Я уже сказал, что не священник и исповедоваться мне бесполезно. Если у вас ничего нет, то как вы мне заплатите?

– Вам заплатит Том! Он…

– Нет. За вашу просьбу заплатить должны вы сами.

– Я отдам всё, что угодно, только пошлите записку!

– Всё, что угодно? Это много. Действительно так сильно хотите передать весточку?

– Да! Хочу!

– Что ж, вы сами это предложили. Пожалуй, у меня есть возможность передать сообщение о вашей смерти. Плата меня тоже устраивает. Пойдёмте со мной.

К могиле Брасса Нельсон и дух подошли одновременно.

– Это кто? – удивлённо спросил Ловчила.

– Новый постоялец этого кладбища. Он попросил меня передать весть о его смерти своему знакомому. Как понимаешь, Вилли, за плату. Ты как? Всё ещё хочешь задержаться на этом свете?

– Конечно!

Дух Жиля обиженно заявил:

– Вы разговариваете, как будто меня здесь нет!

– Ведь вас и так здесь уже почти нет, – спокойно пояснил медиум и начал декламировать бывшему альфонсу что-то звучное на древней латыни.

Эти слова слышали только духи, стоящие около могилы, живых поблизости не было. Но если Вилли Ловчила просто ёжился, как будто его хлестали ледяные струи, то Жиль стремительно менялся.

Призрачная фигура под действием слов комкалась, сминалась и плющилась, как тёплый пластилин в руках ребёнка. К концу фразы от духа человека остался лишь клочок плотного тумана.

– Это что сейчас было? – содрогаясь от ужаса, спросил клиент.

– А ты сам-то как думаешь? На что, по-твоему, такое похоже? Я взял плату за передачу сообщения. Он ведь предложил «что угодно», но ничего другого, кроме него самого, этот дух не имел, пришлось брать, что ещё осталось. Ушёл бы за кромку, и этим не смог бы расплатиться.

– Ты взял его душу?!

– Мы могли бы с тобой долго спорить, что такое душа, но мне жаль бесполезно тратить время, потому скажу: Я взял у него энергию, которая нужна тебе, чтобы задержаться в нашем мире.

– Джек! Ты самый настоящий монстр! Если не сказать хуже!

– Говори. Я давно уже всё про себя знаю. Больше того, напомню тебе один термин: «каннибал». Это существо, пожирающее себе подобных. То есть, я выступил в роли забойщика на скотобойне. Или, немного правильней, шохета в еврейской общине. Ты же станешь именно каннибалом, если поглотишь то, что осталось от такого же духа, как ты. Всю жизнь ты питался плотью убитых животных и птиц. Мало того, ты пожирал и безобидные растения, растущие лишь на энергии солнца. Тебе не стыдно перед коровками и капустой? Нет? Тогда сам решай, будешь ли употреблять то, что осталось от этого… Жиля? Или предпочтёшь уйти за грань? Это только твой выбор. Я не могу и не хочу на него влиять.

– Ты как-то так представил дело…

– Не стал тебя обманывать? Увы! Я монстр! Кто ты?

– Мда… Умеешь задавать вопросы. Наверное, я всё-таки каннибал, настолько не хочу отсюда уходить. Но это не отменяет того, что ты самый гадский гад! Не мог объяснить как-то мягче… деликатнее что ли.

– Я же, по твоим словам, настоящий монстр. Впрочем, и ты не невинный агнец. Поглощай, чего тянуть?

Клочок тумана, оставшийся от Жиля, без следа растворился в призраке Вилли.

– Теперь попробуй пересечь границу вокруг могилы, – посоветовал медиум.

Ловчила легко дошёл до аллеи и поинтересовался:

– Я так могу и в город выйти? Да?

– Совсем не уверен. Граница вокруг освящённых земель крепкая. Сейчас ты уже израсходовал сколько-то полученных сил, на побег с кладбища потратишь значительно больше. Когда сил совсем не останется, то сразу уйдёшь. Так что умеряй свои порывы – слабые призраки не так часто бродят по городским кладбищам.

– А… Если чисто теоретически… Словом, тут же есть ещё один дух?

– Хочешь и его развоплотить? Пробуй. Но без моей помощи. Он меня ни о чём не просил и ничего мне не должен. Кстати, Вилли. Мы, конечно, приятели, но подумай, чем ты рассчитаешься со мной за сегодняшнее. Я не тороплю, однако сам понимаешь, кодекс запрещает работать бесплатно.

– Хм… Понимаю. Джек. Я дам номерок телефона одного местечка. Там тусуются парни из моей команды… Ну… Из прошлой моей команды. Когда был живым, подо мной ходили трое.

– Вилли, я случайно слышал, что все они погибли.

– Идиоты! Говорил им: нарвётесь! Ничего без меня делать не могут. Ничего! Но для нас с тобой так даже лучше – не придётся у них выпрашивать крохи. Запиши адресок небольшого гаража. Там моя штаб-квартира с архивом.

Телефон

У мистера Нельсона были довольно прохладные отношения с телефоном. Конечно, при острой необходимости он им пользовался, но не любил этого. Вроде не столь старый человек, но была у него мания – Джек считал, что разговор могут подслушать! Нет! Не из соседней комнаты, а аж на самой телефонной станции! Кто и как он не уточнял, да и сам не знал. Кому вообще нужны его оккультные секреты? Телефонисткам? Или этим электрическим штучкам с забавным названием «реле»? Смешно!

Из-за столь нелепого предубеждения переговоры обычно вела секретарша. Она рассказывала о времени работы, тарифах и прочих делах конторы. Согласовывала время прихода посетителей, назначала даты сеансов. Словом, вела всю текучку, то чем в любой другой конторе занимался бы специальный менеджер, рангом уж точно повыше секретаря.

Правда, жалование Шоны было слегка приятней менеджерского. И действовала она не по жёсткой инструкции, а по своему разумению, ведь даже контроля над ней практически не было. Если медиум и делал исключения, то лишь для своих старых клиентов. Он брал трубку только для того, чтобы уточнить время и место встречи, но без конкретики будущих обсуждаемых тем.

Шона считала себя вторым человеком в конторе, правда, других сотрудников было маловато. Зато тот смотрел на неё влюблёнными глазами и не оспаривал принятых решений.