Хрусталь - Антон Щегулин

Ника поморщилась, Олеся посмотрела на меня так, будто я сказал нечто настолько мерзкое, что её вечер после этого уже бесцеремонно испорчен. Но мне было плевать, я бы даже хотел её позлить.

- Как говорится, люблю я мух копчёных… И жареных глистов. – Я это произнёс, наблюдая за реакцией девушки, совершенно не рассчитывая, что это услышит весь коллектив, потому что Макс, даже не дослушав мой ответ принялся общаться с Лиллией, а Володя и вовсе отвернулся, глядя куда-то в стену. – Отрыжку поросячью и суп из мертвецов…

Олеся в этот момент пришла в ярость, Ника ткнула меня локтём в бок, но по выражению её лица, я понял, что гнев Олеси ей тоже доставляет хоть и скрытое, но удовольствие. Схема оказалась рабочая… Ника отвлеклась от своих дел и даже прикоснулась ко мне. По крайней мере хотелось так думать.

Внезапно с другого конца стола послышалось протяжное «фу-у» из уст Вани Попова, который всё это время оказывается глядел на Олесю. Звучало двусмысленно, ибо «фукал» он на мою тираду, а глядел на рыжеволосую.

- То есть я «фу», а то, что Теплинин тут устраивает – это норма?

Виноградова чуть ли не визжала от недоумения.

- Ах какая благодать кожу с черепа сдирать, а потом жевать, жевать… Тёплым гноем запивать…

Ника прикрыла рот ладошкой, но глаза были радостные. Она не хотела демонстрировать окружающим, что подобное поведение с моей стороны её веселит.

- Леся! – Начал оправдываться Попов. – Конечно же я про его стишки дурацкие, а не про тебя… С тебя-то как можно «фукать», ты будто с другой планеты прилетела…

Так он хотел сделать ей комплимент, называя её красоту неземной, но слова он выбрал неверные. Агата косилась на недоделанного Кьеркегора, который переключался в своих «делах любви» с одного объекта на другой.

- Попов, не продолжай, ты мне только вечер портишь… Господи, только пришла, хочется уже уйти. – Леся оглядела стол. – У кого можно выпить? Не могу ждать официанта… Ни день, а просто недоразумение какое-то.

Я подтолкнул к ней почти полную кружку своего пива, и она с упоением вылакала всё до дна, не обращая внимания на мой культурный шок и стекающую струйку пенного по шее.

- Лесь, у тебя…

Впрочем, она уже заметила.

- О, господи… Кто-нибудь дайте салфетку!

Суета – её вторая фамилия.

Макс протянул ей сразу же «белого бумажного спасителя от подтёков», но Леся не обратила на это внимания, встала резко из-за стола и удалилась в уборную. Через минуту сидела снова напротив меня уже опрятная и кажется, вылившая на себя ещё миллилитров сто духов с запахом смеси розы, лаванды и кажется клубники… Какая же приторная мерзость. Клянусь, ещё миллилитров десять, и я бы просто потерял сознание от «яркости» её парфюма.

- Кстати, а Ростислав придёт? – я уже сменил тему. – Всё никак не могу обсудить с ним одну книгу…

- Какую книгу? – Резко очнулся Шаров, который обожал читать и старался посвящать этому всё свободное время.

- Нет, не придёт. – Небрежно бросил Макс. – А он разве когда-либо сюда приходил вообще?

- А разве нет?

- Ты что-то путаешь… Алерионовцы все живут в соседнем посёлке. По крайней мере большинство…

- Нет, это ты что-то путаешь. – Перебил его я. – Он в штабе.

Макс пожал плечами.

- Чем вообще занимается Алерион? Как будто ведомство ради ведомства…

- Вот за такие словечки тебя и загребут под белы рученьки.

- Нет, правда, - Витя недоумевал. – Чем занимается? Кому подчиняется.

- Алерион – это подконтрольное военной прокуратуре ведомство, основная задача которого – поддержание порядка на объектах подчинения. Однако, есть и другие функции, которые не афишируются. – Объяснила Агата.

- Ого, а почему-же никого в курсе дела не держат? Я вот не знал!

- Ты вообще не знаешь ничего за пределами своей работы.

- Это неправда!

- Алерион занимается не только поддержанием порядка. Они забирают все дела, с которыми не справились остальные. Курируют всё подряд, но делают это максимально скрытно, тихо и без огласки. Именно поэтому ты о них ничего не слышал, Вить. – Олеся, как будто знала всю подноготную, и сейчас на неё уставились все, кто сидел за столом.

- Тебе то откуда знать?

- Не хотите, не верьте…

Со временем градус интереса к Алериону снижался.

- Да что за книга, Гриша! Расскажи, что за книга?

Раздался гогот Макса, который общался с Володей и Лиллией, затем гогот стих, послышался мощный удар кулаком по столу, посуда задребезжала, пара вилок свалились на пол, уплетающий свои макароны по-флотски Попов недоумённо уставился на Макса, который уже стоял с рюмкой в руке, и под овации Агаты, вставшей рядом со своей порцией, заговорил.

- Друзья… Сейчас пьём за наше будущее и за благополучие нашей страны. Многие наши ребята сейчас на передовой, мы конечно находимся недалеко от них, но им в разы тяжелее. Выпьем за то, чтобы матери не теряли своих сыновей, пусть каждый из них вернётся целым… Да что уж там целым, хотя бы пусть возвращается, а пластичный органоид – это уже не проблема. – Он сделал паузу. – Проблема в толковых руках, которые могут его пришить. Верно говорю, Вить?

Шаров кивнул, в его взгляде сконцентрировалась вся боль профессии, требующей не только специальных знаний, навыков, но и точности, самоотдачи, постоянного развития, самообучения. Я не понаслышке знал, каково это – пришивать пластичные органоиды.

Довелось лет пять назад присутствовать на операции в качестве операционного медбрата, подающего инструменты. Напряжение в палате колоссальное, хоть ножом воздух режь. Хирургу приходится потеть около шести часов, чтобы соединить все нервы, все мышечные волокна и даже венки.

Наши пластичные органоиды со ступенчатой системой приживления на несколько порядков лучше зарубежных механико-импульсных протезов, однако и приращение оных задача не тривиальная. Если механико-импульсный можно грубо прикрутить к костям буквально шурупами и скобами, после чего он вполне себе спокойно начнёт работать, то вот пластичный органоид со ступенчатой системой приживить – это целая история. Результат правда всегда великолепный. Пластичный органоид можно успешно маскировать под обычную руку, он мягкий и тёплый. Уровень чувствительности высочайший, более того, можно этот уровень регулировать, делать выше