Танец смерти - Дуглас Престон

Сделав усилие, отогнал от себя тревожные мысли и обратился к соседу по столу:

– И что же вы... думаете об этом месте? – спросил он немного неуклюже.

– Местечко неплохое, ничего не скажешь.

В глазах его промелькнули иронические искорки, и Смитбек подумал, что, возможно, нашел единомышленника.

– Вы не устали от всего этого? Из-за того, что некуда пойти?

– Осенью здесь гораздо приятнее. Окрестности впечатляющие. Снег немного ограничивает передвижение, согласен, но как бы то ни было, куда отсюда уйдешь?

Смитбек обдумал его слова.

– А чем вы занимаетесь, Эдвард? – спросил Фрокмортон. – Чем зарабатываете на жизнь?

Смитбек вспомнил инструкцию Пендергаста.

– Мой отец – банкир с Уолл-стрит. Я работаю у него.

– Моя семья тоже с Уолл-стрит.

В голове Смитбека вспыхнула лампочка.

– Вы случайно не тот Фрокмортон?

Молодой человек улыбнулся.

– Боюсь, что да. По крайней мере, один из них. Семья у нас довольно большая.

Официант вернулся с их заказами – речной форелью для Фрокмортона и двумя блюдами – камбалой и ягненком – для Смитбека. Фрокмортон взглянул на большие порции Билла.

– Терпеть не могу людей с плохим аппетитом.

Смитбек рассмеялся. Да этот человек совершенно нормален.

– Никогда не упускаю бесплатную еду.

Взяв нож и вилку, принялся за камбалу. Теперь он чувствовал себя чуть лучше. Еда превосходна. И Роджер Фрокмортон вроде бы приятный парень. Возможно, переживет в Ривер Оукс денек-другой, раз есть с кем поговорить. Конечно, следует быть осторожным, не проговориться, кто он на самом деле.

– А чем здесь целый день занимаются? – спросил он, набив рот рыбой.

– Прошу прощения?

Смитбек проглотил пищу.

– Как вы проводите время?

Фрокмортон рассмеялся.

– Я веду дневник, пишу стихи. Пытаюсь время от времени следить за рынком. В хорошую погоду гуляю по окрестностям.

Смитбек кивнул, подцепил еще один кусок рыбы.

– А по вечерам?

– На первом этаже имеются бильярдные столы, в библиотеке играют в бридж и вист. Есть и шахматы. Я доволен, когда нахожу партнера. Но большую часть времени читаю. Недавно прочел много стихов. Вчера начал «Кентерберийские рассказы».

Смитбек одобрительно кивнул.

– Моя любимая глава – «Рассказ мельника».

– А моя – «Общий пролог». В ней так много надежд на обновление, возрождение. – Фрокмортон откинулся на спинку стула и процитировал вступительные строки:

Когда апрель обильными дождями

Разрыхлил землю, взрытую ростками...

Смитбек тоже обратился мыслями к прологу. Ему удалось вспомнить несколько строк.

– А как насчет этого:

Случилось мне в ту пору завернуть

В харчевню «Табард», в Соуерке, свой путь

Свершая[16]...

– Или еще:

– Я сидел у канала

И удил, за спиною – безводная пустошь[17].

Смитбек, принявшийся к тому моменту за ягненка, заметил перемену.

– Постойте. Это не Чосер, это...

– Погасите свечу! – Фрокмортон сел очень прямо, словно прислушиваясь.

Смитбек не донес до рта кусок. Улыбка замерла на его лице.

– Прошу прощения?

– Вы разве ничего не слышали?

Фрокмортон сидел, все так же прислушиваясь, склонив набокголову.

– А... нет.

Фрокмортон снова наклонил голову.

– Да, я сейчас же об этом позабочусь.

– О чем позаботитесь?

Фрокмортон обратил на него раздраженней взгляд.

– Я говорю не с вами.

– О, извините.

Фрокмортон поднялся из-за стола, промокнул рот, аккуратно сложил салфетку.

– Надеюсь, вы простите меня, Эдвард, но у меня срочное дело.

– Хорошо, – сказал Смитбек, осознав, что улыбка намертво приклеилась к лицу.

– Да. – Фрокмортон перегнулся через стол и заговорщицки прошептал: – А это ужасная ответственность, скажу я вам. Но когда Он зовет, кто мы такие, чтобы отказать Ему?

– Он?

– Господь Бог. – Фрокмортон выпрямился, пожал Смитбеку руку. – Мне было очень приятно. Надеюсь на скорую встречу.

И пружинистой походкой вышел из комнаты.