Суеверный - Роберт Лоуренс Стайн

– Сара, ты так говоришь, словно ты пьяна...

– Я не пьяна, Мэри Бет. Я вообще почти не пила. Просто, мне кажется, что он удивительный человек.

Новая пауза. На этот раз более длительная.

– Сара, я знаю, что ты подумаешь. Что я говорю это из ревности или еще что-нибудь подобное.

– Что? Что ты хочешь этим сказать? – заинтересованно спросила Сара.

Пожалуй, ее интерес был несколько преувеличен.

Она сказала себе, что Мэри Бет права. Девушка глубоко вдохнула и задержала дыхание. Закрыла глаза и медленно выдохнула. Успокойтесь, мисс Морган!

– Мне кажется, что тебе надо быть осторожнее!

– Прости, не поняла?

– Ты меня понимаешь. Я просто не хочу, чтобы тебя обидели. Мне кажется, что сейчас ты очень ранима. Я права?

– Возможно.

– Послушай, снимая видео, я наблюдала за Лайамом. Он флиртует со всеми подряд.

– Наши отношения – совсем другое дело! – Сара постаралась сказать это небрежно, но ей это не вполне удалось.

– Сара, он флиртовал даже с ирландским сеттером, который носился вокруг нас!

Они обе рассмеялись.

– Это не просто флирт, Мэри Бет. Мы действительно очень нравимся друг другу. Я хочу сказать, что мы оба попали в точку. Ты же сама знаешь, как это бывает, когда ты с кем-то настроена на одну волну. Ну...

– Именно это я и пытаюсь тебе сказать, Сара! – нетерпеливо сказала Мэри Бет. – Ты не можешь знать этого наверняка. Признайся, что это так. Ты слишком плохо понимаешь мужчин!

– Ну, дай мне время! Признаю, несколько раз я сделала неудачный выбор, но...

– Несколько раз? Могу поспорить, что ты каждый раз делаешь неудачный выбор! Последний раз это был Чип. А до него Стив. А тот парень, забыла, как его звали... На втором курсе, когда мы переехали на квартиру...

– Борис?

– Верно, Борис!

– Мэри Бет, четыре года назад ты обещала мне никогда больше не упоминать этого подлеца!

– Господь с тобой, Сара, я годами не вспоминала о Борисе! Ну что за мерзкий тип! Он был не просто самым скучным проходимцем во всем колледже! Он ведь украл твой стереомагнитофон! Он украл его, когда ты поехала домой на Рождество! Украл и продал его!

Сара простонала.

– Спасибо, что напомнила, подружка!

– Я просто пытаюсь тебе помочь! Сара, ты из тех, о ком пишут книги!

– Книги? Какие книги?

– Ну, ты знаешь! «Плохие мужчины для хороших девушек». Все эти книги о том, какими непроходимыми идиотками бывают женщины, выбирая мужчин.

– Что? Ты назвала меня непроходимой идиоткой?

Мэри Бет рассмеялась.

– Не принимай это так близко к сердцу. Я не только тебя имею в виду. Я просто пытаюсь тебе объяснить. Я тебя знаю уже долгие годы, и ни разу – ни разу – ты не нашла себе парня, который бы тебя стоил!

– Ну ладно, ты высказала слою точку зрения, – проворчала Сара.

Нет, Мэри Бет временами просто занудна!

– Лайам – это другое дело, – сказал она и добавила. – Знаешь, из того, что ты спасла меня, вытащив из Нью-Йорка, а потом пристроила в колледж, еще не следует, что ты за меня отвечаешь!

– Ладно, ладно! – резкий тон Сары заставил Мэри Бет немного пойти на попятный. – Ты и раньше никогда меня не слушала. Ну что ж, не слушай и теперь. В конце концов, что я понимаю!

Просто сижу и даю советы, словно знаю истину в последней инстанций! А сама развлекаюсь с восемнадцатилетним парнишкой!

И добавила:

– И получаю кучу удовольствия!

Более сердечный смех.

– Я обратила внимание, что ты не привела с собой Эрика на вечеринку к Мильтону, – поддразнила ее Сара.

– Ну, мне пришлось перепеленать его и уложить спать.

– Знаешь, шесть лет разницы все-таки очень много.

– Если иметь в виду Эрика и меня, то да. Знаешь, он все еще считает, что Бивис и Батхэд – это клево!

Сара хихикнула.

– Мэри Бет, ты никогда не думала о том, чтобы сыграть роль в комедии?

Подруга изобразила притворную ярость.

– Ты и в самом деле думаешь, что моя жизнь – это комедия?

Сара бросила взгляд на часы, стоявшие на ночном столике.

– Ну да! А моя жизнь – это комедия положений. Комедия о работающей девушке, которая снова пошла учиться. Пожалуй, нам с тобой пора заканчивать. У меня завтра занятия, а к ним нужно еще подготовиться. Я должна выбрать тему для курсовой работы, которую буду писать в этом семестре.

– О чем же ты собираешься писать? Может, напишешь «Психологию отбора профессоров фольклора»?

– Мэри Бет, тебе что, больше нечего сказать? Ты не можешь далее на минуту забыть о Лайаме! Я могу подумать, что ты и в самом деле ревнуешь!

– Да, я прямо позеленела от зависти! Так все же, о чем же ты будешь писать? О фрейдизме?

Сара колебалась.

– Я подумала... Может быть, я напишу что-нибудь о горе...

– Прости, не поняла?

– Ну, я давно об этом думала. После того как в позапрошлом году умер мой отец... Я пережила тяжелое время... Я хочу сказать, что меня удивила моя собственная реакция. Мы ведь знали, что он умрет. И мне казалось, что я подготовлена... А потом БАЦ! На меня словно тонна кирпича свалилась. Я была совершенно выбита из колеи. Его смерть очень сильно на меня подействовала, – Сара вздохнула.

– Извини, – пробормотала Мэри Бет. – Я послала тебе письмо, когда узнала о твоем несчастье... Потом от тебя долго не было вестей... Я думала...

– Мама настаивала, чтобы мы с ней сходили к психиатру, который знает, как справиться с постигшим нас горем, – продолжала Сара. – Тогда эта идея показалась мне совершенно дурацкой. Я пошла только ради матери. Но женщина-психиатр оказалась по-настоящему толковой. Она говорила с нами о пяти стадиях горя, через которые проходят люди. Обрисовала картину в целом – неверие, гнев, чувство вины и так далее. Все это соответствовало действительности. Психиатр изложила это очень ясно и понятно.

– Поэтому, когда я узнала, что мне придется писать работу для доктора Нудинга, я вспомнила о женщине, которая помогает людям пережить горе. Я подумала, не написать ли мне о различных стадиях горя.

– Сара, ты не боишься, что это может всколыхнуть тяжелые воспоминания? Воспоминания о том, что ты пережила?

– Ну нет, не думаю... Ха, да ты опять обо мне беспокоишься! В чем дело, Мэри Бет? У тебя развивается материнский комплекс? Ты всегда была...

Сара услышал в трубке гудки.