Ночной смотритель - Лена Обухова

– Не верил, – кивнул Соболев. – И сейчас не верю. Но что-то тут должно быть, не просто так она второй раз нам попадается.

Он прикусил губу, думая, не сказать ли остальным про Федорова с его странными «предчувствиями» и загадочными рисунками, но в конце концов воздержался. В этом деле и так хватало чертовщины. Но Аглая чего-то испугалась, когда Федоров с ней говорил. Чего? Соболев собирался это выяснить.

– Я планирую поговорить с ней. В выходные нам не удалось…

– Кому – нам? – удивился Петр Григорьевич. – Меня с тобой не было.

Соболев снова отмахнулся.

– Да это я так. Оговорился. Я и сегодня, наверное, сам к ней съезжу, нечего толпой ходить.

– Да, Петр Григорьевич, вы лучше попытайтесь разузнать, какая девушка в том клубе могла быть сильно обижена на Дениса Новикова, – попросил Велесов.

Петр Григорьевич меланхолично кивнул. Ехать к гадалке ему не больно-то и хотелось.

17 октября 2016 года, 12:30

Припарковавшись у небольшого двухэтажного здания, носившего гордое название бизнес-центра, Соболев едва не застонал в голос, заметив впереди знакомый БМВ. Похоже, Федоров решил, что ему обязательно нужно влезть в это дело по самые уши и обязательно контролировать работу полиции. Или чего он хочет добиться, присутствуя на допросах?

– Тебе со мной нельзя! – отрезал оперативник.

Федоров, который вылез из машины за секунду до того, как Соболев с ней поравнялся, как будто специально подгадывал, удивленно приподнял брови и тоном невинного ребенка поинтересовался:

– Почему? В субботу мы ведь приезжали сюда вместе. Просто Аглаю не застали.

– Потому что гражданским не положено присутствовать при оперативно-розыскных мероприятиях, если они не понятые. Такое только в кино бывает.

– Но ты разрешил мне присутствовать на разговоре с Людмилой, – напомнил Федоров все тем же невинным тоном.

Соболев скрипнул зубами.

– Временное помутнение, я уже раскаялся.

С этими словами он уверенно направился ко входу в офисное здание. Федоров невозмутимо пошел следом. Если он сейчас начнет канючить, как маленький…

Но Федоров канючить не стал. Молча поднялся с оперативником на второй этаж и дошел до двери нужного офиса. Там Соболев остановился, повернулся к нему и сначала по привычке просто вопросительно уставился, выразительно выпучив глаза, но потом вспомнил, что собеседник не в состоянии оценить пантомиму.

– И чего ты ждешь? – озвучил он свой вопрос. – Я же сказал: тебе туда со мной нельзя.

– Забудь про правила, Андрей Владимирович, – хмыкнул Федоров с улыбкой. – Если войдешь туда со мной, она испугается сильнее и расскажет тебе больше. Ты же помнишь впечатление, которое мы с тобой произвели на нее в ресторане? Только в этот раз ей некуда будет бежать от наших вопросов. И потом… Ты же все равно не можешь заставить меня уйти.

– Я могу арестовать тебя за препятствование расследованию, – пригрозил Соболев.

На Федорова это не произвело ни малейшего впечатления: он остался стоять рядом все с тем же невозмутимым видом. Только теперь в спокойных чертах его лица читался вопрос: «Кому ты врешь?»

«Действительно, кому я вру?» – со вздохом подумал Соболев и, быстро постучавшись, решительно толкнул дверь в кабинет гадалки, не дожидаясь ответа.

За письменным столом Аглаи не оказалось. Она сидела на диване в углу рядом с напряженной на вид женщиной. На маленьком столике перед ними горели две невысокие толстые свечки, источая резковатый цветочный запах, а между ними Аглая раскладывала карты.

Обе женщины испуганно вздрогнули и обернулись ко входу. Клиентка при этом выглядела удивленно-негодующе, а на лице гадалки отразился испуг. Как Федоров и предсказывал, испуг этот был связан именно с ним: взгляд Аглаи моментально метнулся от Соболева к его спутнику, вошедшему следом.

– Эй, подождите своей очереди с той стороны двери! – недовольно взвизгнула клиентка. – У нас еще полчаса!

Соболев с особым удовольствием извлек из кармана удостоверение и продемонстрировал женщине, поскольку хозяйка кабинета и так прекрасно знала, кто он.

– Капитан Соболев, уголовный розыск, – отчеканил он. – Покиньте помещение. Догадаете в следующий раз.

Слова «уголовный розыск» моментально произвели на клиентку Аглаи должное впечатление. Она вскочила и схватила объемную сумку, лежавшую на диване рядом.

– До свидания, – бросила быстро, засеменив к выходу.

– Позвоните мне потом, назначим с вами новое время! – крикнула ей вслед Аглая.

Женщина только рассеянно кивнула, уже у двери зацепилась любопытным взглядом за белую трость в руках Федорова, потом перевела его на Соболева. Было видно, что ей безумно интересно, зачем пришли эти двое. Оставалось надеяться, что дама не решит, будто Соболев привел к гадалке подозреваемого, чтобы та сделала расклад на его виновность. А то еще пойдет болтать об этом по всем бабским чатикам. О полиции и так говорят невесть что…

На всякий случай Соболев строго зыркнул на женщину, чем ускорил ее исчезновение. А потом повернулся к гадалке. Та так и стояла у дивана, нервно ломая пальцы, но очень стараясь выглядеть невозмутимо.

– Что вас привело, господа? – спросила она, как только внимание Соболева переключилось на нее.

– Думаю, вы прекрасно знаете, – хищно улыбнулся он, делая несколько шагов вперед и сверля гадалку взглядом. – Людмила Валеева, ваша клиентка.

Этого имени хватило, чтобы Аглая – она же Татьяна – сдулась, словно прохудившийся воздушный шарик. Она почти рухнула на диван, сгорбилась и уперлась локтями в колени, судорожно сжимая сцепленные в замок пальцы.

– С тех пор, как услышала об убийстве на кладбище, я знала, что вы рано или поздно придете, – пробормотала она и покосилась на Федорова. – Удивлена, что вы появились так нескоро.

– Требовалось кое-что проверить, – уклончиво объяснил Соболев, подходя еще немного ближе к дивану, но не собираясь садиться.

Зато Федоров не стал отказывать себе в удовольствии: нащупал тростью дорогу и сел на диван с другой стороны, максимально далеко от Аглаи.

– Так что вы знаете о Смотрителе? – спросил он, словно продолжал разговор, начатый ими в ресторане.

– Да все то же, что и другие! – воскликнула Аглая нервно. – Только все это ерунда, понимаете? Байки, придуманные людьми, чтобы пугать друг друга!

– Вот так раз, – усмехнулся Соболев. – Ведьма, а в сверхъестественное не верит. Зачем же вы тогда послали Людмилу на кладбище вызывать этого мстительного чудика?

Аглая громко, скорбно вздохнула и на несколько секунд закрыла лицо руками.

– Мстительные призраки-убийцы, – тихо и терпеливо заговорила она, когда отняла ладони и сложила их на коленях, – это порождения человеческой фантазии. Мистика – материя куда более тонкая. Это потоки энергий, что идут сквозь пространство и время. Они несут в себе информацию. О когда-то живших людях, о событиях, которые происходят или произойдут в скором времени, потому что все условия для них уже сложились. Но эти потоки не принимают форму мужчины в капюшоне и не убивают людей. Они вообще никак не могут взаимодействовать с физическим миром, разве что питать тех, кто достаточно восприимчив к ним.