Воскрешение - Брайан Кин

— Джим, — проскрежетал зомби, — Тебе здесь не рады.

Рик источал зловонное дыхание. Когда у него изо рта на ковер выпал гнилой зуб, по телу Джима пробежала дрожь.

— Я пришел за Дэнни.

— Джим, ты же знаешь, что не можешь сюда приходить, когда идет учебный год. Ты нарушаешь постановление суда.

Джим оттолкнул его с пути. Кожа мертвеца на ощупь оказалась холодной и влажной, и пальцы Джима глубоко вонзились в его грудь. Когда Джим отдернул руку, с нее капала зловонная жидкость, и он позвал сына:

— Дэнни! Дэнни, папа здесь! Я пришел забрать тебя домой!

— Дэнни здесь нет, миссис Торренс^[18], — хихикнул Рик. Мертвец склонил голову набок: — Знаешь, мне всегда хотелось это сделать.

Джим побежал к лестнице, но зомби встал у него на пути. Костлявые пальцы схватили его за запястье, притягивая руку к зияющей дыре, прежде служившей Рику ртом. Джим вырвал руку, и тварь щелкнула зубами.

— Где мой сын, черт тебя раздери?

— Он наверху, отдыхает. Мы играли в футбол на заднем дворе, как играют отцы и сыновьями.

— Я его отец, сукин ты сын!

Зомби рассмеялся. Из его носа выскользнул бледный кончик червяка, и зомби втянул его обратно.

— Отец из тебя еще тот, — прокаркал он. — Тебя не было здесь, чтобы его спасти! Теперь он принадлежит нам! Он стал нашим сыном!

— Черта с два!

Джим вскинул свой «ругер» и выстрелил. Пуля аккуратно прошла сквозь череп Рика. Зомби рухнул на пол, и Джим пнул его в голову. Ботинок вошел в мягкую плоть, и Джим рассмеялся, когда увидел у себя на стальном носке кусочки мозга.

И затем, выпуская в труп всю обойму, он все еще продолжал смеяться.

— Знаешь, мне всегда хотелось это сделать.

Он взбежал по лестнице, перепрыгивая через ступеньку.

— Дэнни, все хорошо! Папочка здесь…

Тэмми выскочила из туалета на втором этаже. Взвизгнув в порочном восторге, она толкнула его, и Джим полетел назад, тяжело упав у основания лестницы. Тэмми, яростно шипя, заковыляла следом.

— Убью, убью, УБЬЮ! Я съем твои кишки и бесполезный член, а потом вырву тебе глаза и съем их тоже. Ты никогда не был мужчиной, не был мужем и не был отцом!

При падении Джим выронил пистолет и рассек лоб, отчего кровь теперь заливала ему глаза. Он со стоном вытер лицо.

— Ты никогда не был отцом. Был никем. Но сейчас ты кое-кем наконец-то станешь, Джим. Ты можешь стать одним из нас! Навсегда!

— Ты уже обещала мне кое-что навсегда, сука. Так что нет, спасибо, — огрызнулся Джим.

Тэмми с воплем прыгнула на него. Ее гнилое распухшее тело придавило его к полу. Джим отвернулся. Его затошнило от вони. Она сомкнула челюсти у него на руке, запрокинула голову, прихватив добрый кусок плоти и принялась жадно жевать.

Из раны в руке хлынула кровь. Схватив Тэмми за жирные волосы, Джим с силой стукнул ее головой о стену. Кусок мяса выпал у нее изо рта, и ему вдруг отчаянно захотелось приложить его обратно к руке.

— Долбаная сука! Отдай мне сына!

Он перекатился, оказавшись на ней. И сев ей на грудь, несколько раз ударил головой о пол. После шестого удара что-то хрустнуло. Тэмми закричала, но он все равно продолжал бить, пока она наконец не затихла.

Крик продолжался еще долго после того, как ее голова превратилась в кровавое месиво. Только тогда Джим понял, что кричал он сам.

На мгновение он снова подумал о Кэрри. А потом, вытерев окровавленные руки о рубашку, взобрался по лестнице. Достигнув вершины, он прохромал к двери спальни Дэнни. Несмотря на всю суматоху, та оставалась закрытой.

— Дэнни, это папа! Выходи, сынок. Все уже хорошо.

Дверь со скрипом открылась, и его сын вышел на свет.

— Привет, папочка, — хихикнул зомби. — Я уж думал, ты не придешь.

Джим закричал.

***

— Все хорошо, Джим. Все хорошо.

Мартин стоял над ним, легонько теребя рукой.

Джим, все еще объятый кошмаром, отпрянул от священника, и в плече мгновенно вспыхнула боль. Он, поморщившись, посмотрел на повязку — та была белой и чистой, лишь с небольшим красным пятном посередине.

— Это Делмас перевязал, — сообщил Мартин. — Тебя хорошенько подлатали. Он был медиком во Вьетнаме.

— Кто?

— Делмас Кленденан. Они с сыном спасли нам жизнь. Мы сейчас в их домике. — Мартин усмехнулся. — Ох, парень, ты, конечно, был не в себе. Все метался, потел во сне. Делмас сказал, это от шока, усталости и потери крови, но сейчас ты в норме. Дробь в основном прошла через плечо насквозь, а остальное он вытащил. Так что никакой инфекции нет. И слава богу, он хорошо тебя зашил. Но, похоже, какое-то время еще поболит.

Джим пососал язык, вырабатывая слюну, чтобы смочить пересохшее горло.

— С-сколько времени? — проговорил он с запинкой.

— Мы здесь? Полтора дня.

Джим мгновенно отбросил одеяло и вскочил на ноги.

— Два дня? Мартин, нам нужно идти! Мы уже должны были быть в Нью-Джерси!

Почувствовав головокружение, он зашатался. Старик поспешил его поймать и мягко, но настойчиво уложил обратно.

— Я знаю, Джим, — заверил его Мартин, — но ты ничем не поможешь Дэнни, если не сможешь ходить.

— Мне и не нужно. Я поеду на машине.

— Да, наверное, сесть за руль ты бы смог. Но нам придется идти пешком, чтобы найти новую машину, а ты пока не в состоянии это сделать. Ты даже руку поднять не можешь!

Джим попытался сесть.

Мартин толкнул его, чтобы тот оставался лежать.

— Отдыхай. Набирайся сил. Мы выйдем рано утром.

— Мартин, мы…

— Я не шучу, — сказал священник. — Видит Бог, Джим, если ты не останешься лежать, я сам тебя вырублю! Я хочу помочь тебе спасти сына, и я искренне верю, что и Господь поможет нам с этим, но мы не пройдем и мили, пока ты в таком состоянии, как сейчас. Поэтому отдыхай! А утром отправимся в путь.

Джим слабо кивнул и опустил голову на подушку.

Вскоре в дверь постучали, и в комнату вошел мужчина, а следом за ним заметно стесняющийся мальчик.

— Вы проснулись, — заметил мужчина. — Это хорошо, но вам еще нужно отдыхать.

Он был крупный, не обрюзгший, но и далеко не худощавый. Румяное лицо украшала густая рыжеватая с проседью борода. Он был во фланелевой рубашке, джинсовом комбинезоне и грязных рабочих ботинках.

— Делмас Кленденан. — Он протянул руку, и Джим пожал ее, при этом слегка поморщившись от боли, пронзившей плечо. — А это мой сын Джейсон.