Черная дама - Наталья Тимошенко

– А где должна была?

Иван вытащил из кармана мобильный телефон, вывел на экран старую карту, на которой были отмечены границы кладбища, и показал Войтеху. Еще до того, как он озвучил сомнения вслух, Войтех все понял: кладбище проходило чуть в стороне. Эта могила не располагалась на нем. Можно было бы предположить, что и не могила это вовсе, девушку убили и закопали в землю. В пользу этого говорил тот факт, что яма оказалась не такой и глубокой. Но Войтех, расчищая скелет, видел доски. Очевидно, гроб был не очень качественный, поэтому крышка обвалилась, а сам он почти сгнил, но несколько досок осталось. Глупо полагать, что несчастную закопали в лесу, предварительно положив в гроб.

– Интересно, – пробормотал он. – Может быть, на карте неверно указаны границы? Или ты как-то неправильно совместил старую карту с современной?

– А вот этого не надо! – Иван предупреждающе поднял руку. – Если я в чем-то и могу ошибиться, то точно не в наложении карты на карту.

– Ты в чем-то можешь ошибиться? – насмешливо поддел Войтех. – Вот уж неожиданное открытие.

– Дворжак, не беси, а то яма уже вырыта, – предупредил Иван. Он внезапно осекся, еще раз посмотрел на карту, а затем в темноту, за которой пряталась невидимая граница кладбища. – Кажется, я знаю…

– Что?

– Знаю, почему ее похоронили здесь. Она – самоубийца. Самоубийц хоронят не на кладбище, а за его пределами. Так что ее не убили, это точно. Она сама себя убила.

Иван стоял спиной к вырытой яме, а потому не видел того, на что смотрел Войтех: из темного провала в земле вновь показался призрак. Черная Дама медленно выплыла из могилы и встала ровно за спиной Ивана. Тот, очевидно, что-то почувствовал, потому что замолчал, но не обернулся, а уставился на Войтеха.

– Она сзади? – внезапно охрипшим голосом спросил он.

Войтех кивнул.

– Чего она хочет?

– Не знаю, пока просто стоит.

Иван медленно обернулся и инстинктивно сделал шаг назад, приблизившись к Войтеху. Теперь они оба смотрели на Черную Даму, но та не спешила нападать. И Войтеху казалось, что она не желает им зла. По крайней мере, теперь, когда они нашли ее могилу. Но чего она хочет? Нормального погребения? Отпевания, которого была лишена после смерти?

Призрак сделал шаг в их сторону, Иван снова дернулся, но Войтех остановил его:

– Тихо! Она не причинит нам вреда.

– Ты уверен? – настороженным шепотом спросил тот.

Войтех не был уверен, но ответил утвердительно. Призрак приблизился к ним вплотную, вытянул руки и приложил раскрытые ладони ко лбам обоих. Голову прошило оглушительной болью, будто кто-то выстрелил в нее в упор. Войтех перестал видеть и Черную Даму, и Ивана. Мгновение назад он стоял в лесу в ночи, а теперь в вихре невообразимой боли перенесся в день. Точнее, вечер. Вокруг все так же лежал снег, но деревьев было немного меньше, лес не казался таким дремучим. В нескольких метрах впереди начиналась кладбищенская ограда, за которой виднелись старые и новые могилы, довольно свежие деревянные кресты, обвязанные вышитыми рушниками. Войтех хоть стоял и не на кладбище, но перед ним тоже была могила. А над ней склонился человек. Лица его Войтех не видел, мужчина стоял полубоком. В одной руке он держал огромный нож, похожий на кинжал, в другой – живую курицу. Мгновение – и курица перестала кудахтать, отрубленная голова покатилась по земле. Тонкий слой снега окропили кровавые брызги, разлетелись в стороны черные ошметки.

Войтех не любил убийства, даже если умирали не люди, а обыкновенные куры, которых он ест на ужин, зажмурился, но это не помогло. Он продолжал все видеть. Мужчина отбросил в сторону мертвую тушку, взял из стоящей рядом клетки следующую курицу, и вот уже вторая голова покатилась по снегу, взлетели вверх белые перья, а потом и рыжие. И только после этого видение наконец отпустило его.

Войтех пришел в себя, уже привычно лежа в сугробе. Отличие состояло только в том, что на этот раз рядом от снега отплевывался Иван.

– Твою мать, – пробормотал он, приподнимаясь на руках и ошалело оглядываясь вокруг. – Дворжак, это что, всегда так стремно?

– Иногда хуже, – не удержался Войтех, с трудом садясь на снегу.

И тут Иван сделал то, чего Войтех не ожидал от него не то что сейчас, а вообще никогда: хлопнул его по плечу и проникновенно заявил:

– Сочувствую.

Войтех с трудом вернул брови на место, покосился на Ивана. В свете фонаря тот выглядел непривычно бледным, с блестящими на лбу капельками не то пота, не то растаявшего снега.

– Что ты видел? – спросил Войтех.

– Как чувак какой-то курицам головы отрубал.

Минуту спустя выяснилось, что они видели одно и то же, вплоть до мельчайших подробностей.

– И что ты об этом думаешь? – поинтересовался Иван, потирая лоб. Очевидно, после видения у него тоже болела голова.

– Думаю, наши предположения были верны: имел место некий ритуал. Только совершен он был на могиле женщины, которую мы теперь знаем как Черную Даму. Возможно, как раз потому, что она – самоубийца. И этот ритуал не позволяет ей упокоиться. Убивает не она, она нам помогает найти убийцу, чтобы наконец уйти туда, куда должна была много лет назад.

Что думает по этому поводу Иван, Войтех узнать не успел: в темноте леса снова что-то зашевелилось, заскрипело упругим снегом, зашуршало мерзлыми ветками, а потом вспыхнуло ярким пятном света.

– Войта! Ваня! Вы тут? – донесся до них знакомый голос.

– Sakra! – выдохнул Войтех.

– Вот ведь неугомонная, – поддакнул Иван.

Саша. Конечно, кто же еще мог это быть? Кто мог отправиться ночью в лес один, когда вокруг гибнут девушки? Саша, конечно, давно вышла из возраста даже самой старшей жертвы, но мало ли что может случиться с молодой женщиной ночью в лесу? Хотя нельзя сказать, что Войтех был так уж удивлен.

– У тебя в голове есть что-нибудь? – все-таки не удержался он.

– Опилки, разумеется, – пожала плечами Саша.

Ну что тут еще скажешь?

– Что вы здесь… – Она не закончила, наткнулась лучом фонаря и взглядом на вырытую яму, осторожно подошла ближе и заглянула внутрь. – Вы что, могилу раскопали? И опять без меня?

Сложно было сказать наверняка, что возмущало ее сильнее: оскверненная могила или то, что оскверняли без нее. Войтех склонялся ко второму варианту.

– Ты была занята, – напомнил он. – Кстати, как прошел сеанс гипноза?

Саша махнула рукой.

– Сначала вы. Держу пари, у вас выйдет поинтереснее рассказ.

Рассказ действительно вышел занимательным. Саша даже спрыгнула в могилу, осмотрела останки и подтвердила, что это действительно скелет женщины, которая умерла скорее всего в возрасте от тридцати до сорока лет, что полностью соответствовало образу Черной Дамы и не соответствовало легенде о колдунье. И с выводами Войтеха относительно ритуала Саша тоже согласилась.