Подарок убийцы - Гапарон Гарсаров

– А Фируза Фархатовна отсюда уехала, – добавил Саша, пригласив девушек на кухню, где как раз закипал чайник, – сказала, что ноги её больше не будет в этом поганом городишке, будто бы все мы виноваты в её бедах.

– М-да, – протянула Василиса, поглаживая свисающую на плечо светлую прядь, – теперь ясно, что у них это наследственное.

– Наследственное? – не понял парень, заваривая чай.

– Так, к слову пришлось, – отмахнулась жена ректора.

– Саша, скажите, – обратилась к нему Лавра, – а давно произошёл этот случай с собачками?

– Ну, – задумался тот, потирая затылок, – уже лет семь или восемь прошло, мне тогда двенадцать было, да я сам смутно помню те времена, говорю лишь официальную версию.

– Официальную? – оживилась Василиса. – А что, существуют ещё и неофициальные версии?

– Понимаете, – как-то неуверенно заговорил парень, – в народе бытует мнение, что Петька не один виноват в гибели болонок. Фируза Фархатовна держала у себя прислугу – горничную и повара. Так вот, убиралась у неё Кира Туканова… В общем, говорят, что она-то собачек и отдала безумному Пете. Сами посудите, Фируза Фархатовна болонок от себя практически не отпускала после первого нападения, выгуливала их сама лично. Как же тогда Петька смог до них добраться?

Девушки переглянулись.

– А где сейчас эта Кира Туканова живёт? – переспросила Василиса и подозрительно прищурилась.

– Ну, вроде здесь, в Вольске, – снова как-то замялся Саша и пожал плечами, – на улице Ленина жила в старом бараке.

– И Петя до сих пор сидит в лечебнице?

– Да, кто же его оттуда выпустит. Мне, если честно, немного жаль этого психа. Дурак он, конечно, но все от него отвернулись. Только мать до самой смерти его навещала, а как умерла, так родственники о нём и забыли.

Лавра поднялась с табуретки.

– Ладно, большое спасибо за рассказ, – кивнула она и жестом показала подруге, что пора уходить.

– Подождите, а чайку? – оторопел Павел.

– Премного благодарны, но Лавра права, у нас не так-то много времени, надо ещё в кое-какие места тут у вас заехать, – улыбчиво добавила Василиса, достав из кармана своего малинового пиджака блокнот и ручку. – Вот только дай адрес той тёти Тамары и объясни, где находится ваша психушка.

– Дурка возле порта, – указал парень на покрытое инеем окно. – Отсюда если пройдёте вдоль берега, прямо к ней и вылезете. Там домишко такой, ну, с колоннами, железным забором ещё окружён и все дела.

Мадам Рашвер протянула ему записную книжку, и он быстро нацарапал координаты тётки Стрегловых.

Ещё раз поблагодарив Сашу за помощь, девушки поспешили на улицу. Снова преодолев заледенелую лестницу и жуткую вонь, они в конце концов выбрались на свежий воздух и остановились возле «Порше».

– Я же говорила тебе, что мы обязательно зацепимся за какую-нибудь ниточку, – победно воскликнула Василиса, махая своим блокнотом.

– А что нам эти родственники? – вздохнула не слишком весёлая Лавра, поглаживая холодную дверь иномарки. – Андрея Дмитриевича всё равно нет.

– А ты прям сразу захотела, чтобы он нас тут ждал, – усмехнулась мадам Рашвер, отпирая автомобиль. – Сейчас сгоняем к его тётке, глядишь, и она что-нибудь интересное расскажет. Или сначала заедем в психушку?

– Думаешь, нам разрешат повидать Петра? – усомнилась Гербер.

– А почему нет?.. У меня адвокатская корочка, скажу, что по делу…

– Ну, знаю. Что он такого сможет рассказать? Наверное, и разговаривать разучился. Такие обычно только мычат.

– Лавра, хватит паниковать, – улыбнулась жена ректора, заводя «Порше». – У нас других путей больше нет, надо проверить всё.

– Ладно, тогда поехали к этой Тамаре, – наконец-то согласилась она. – Где она живёт?..

Родственница Стреглова проживала возле железной дороги в довольно приличном с виду трёхэтажном доме. Отсюда тоже была видна бескрайняя Волга, но, в отличие от улицы Бережной, ничто не угрожало добротному строению оползнем. Заехав в пустынный двор, ограждённый высокими тополями, «Порше» описал круг на детской площадке и замер возле единственного подъезда, где уже стояло несколько машин. Преодолевать высокие каменные ступеньки здесь не пришлось – тётя Тамара жила на первом этаже.

Стальная дверь скрипнула сразу же после первого звонка. Василиса снова нацепила маску любезности и с обворожительной улыбкой поздоровалась с девочкой-подростком.

– Вы к Сёме? – надменно спросила девочка.

– Нет, – мотнула головой мадам Рашвер, – мы к тёте Тамаре, она дома?

– А, к Тамарке, – с сожалением протянула та и жестом пригласила войти. – Бабуля из комнаты не вылезает, болеет. Папа даже врача приводил. Может, подохнет уже…

Лавра недоумённо посмотрела на безразличное лицо девчушки и мотнула головой. Надо же, сколько цинизма в этой барышне!

Она разулась и положила куртку на банкетку возле двери. Василиса же попросила для своего пальто плечики и водрузила его на отдельную вешалку, попутно заглянув в широкое трюмо и поправив светлую чёлку.

– А дядя Андрей давно к ней заходил? – полюбопытствовала она.

– Андрей?.. – удивилась девочка и на секунду призадумалась. – Я такого не знаю. А кто он, тоже алкаш?

– Так, никто, не бери в голову, детка, – махнула рукой жена ректора.

В комнате, где жила родственница Стрегловых, было прохладно из-за раскрытой форточки. Видимо, Тамара не любила жару, хотя сама сидела в низеньком кресле, закутавшись в пуховой платок. По виду ей было около семидесяти. Тамара открыла сонные глаза, сделала глубокий вдох и вытянула в стороны покрытые крапинками руки. Она не сразу обратила внимание на вошедших, вынула из седых волос металлический гребень и тут же спрятала его.

– Добрый день, тётя Тамара, – заискивающе заговорила Василиса. – Что-то Ваши домочадцы говорят, будто Вы болеть надумали…

– Кто ты? – прищурились бабушка и протяжно закашляла. – Я тебя не знаю. Наверное, пенсию принесла, да? Так ведь в конце месяца… Ладно, бутылку-то прихватила, как мы с тобой договаривались?

– Нет-нет, мы к Вам по другому вопросу. Хотели узнать у Вас об Андрее Стреглове, кажется, он приходится Вам племянником.

Тамара поджала губы и отёрла нос тощей ручонкой.

– Эх, Андрюшка, – радостно сказала она и попыталась улыбнуться, – так Вы от него…

– Опять не угадали, – вступила в разговор Лавра. Она подошла к окну и закрыла форточку, чтобы прекратить сквозняк. – Мы должны найти Андрея Дмитриевича для очень важного дела, это касается жизни и смерти. Пожалуйста, если Вы знаете, где он, скажите нам.

Старушка сразу сделалась недовольной.

– Вы не по тому адресу обратились, – пробурчала Тамара и злобно сверкнула глазами. – Кто закрыл окно?! Мне трудно дышать, воздуха не хватает!