Жажда - Трейси Вульф

Я медленно просыпаюсь под звук сообщения, пришедшего на мой телефон. И тяжело вздыхаю – может, оставить его без внимания и так и лежать под одеялом, где невероятно уютно? Но с момента моего прибытия на Аляску я все время мешкала с ответами на сообщения Хезер, а это никуда не годится.

Но, повернувшись на бок и схватив телефон, я делаю два открытия. Во-первых, оказывается, сейчас уже более десяти часов утра, а во-вторых, сообщение пришло не от Хезер.

И не от Мэйси. Оно пришло с номера, который мне не знаком.

Неизвестный номер: Как твоя лодыжка?

Флинт? Я откидываю волосы, упавшие мне на глаза, и сажусь. Или кто-то еще?

На мгновение передо мной встают глаза Джексона – темные, бездонные, – но мне не верится, что сообщение отправил он. Ведь на протяжении нашего знакомства настроение его все время менялось, и вчера вечером он на прощание сказал, что мне придется нелегко – что бы это ни означало.

Я решаю перестраховаться.

Я: Кто это?

Следует долгая пауза.

Неизвестный номер: Джексон.

Я чувствую, как от этого слова – несмотря на то, что в сообщении оно всего одно, – исходит негодование, как будто он не может себе представить, что в моих контактах все еще нет номера его телефона и я не жду, когда он наконец свяжется со мной. По идее, такая самонадеянность должна бы вызвать у меня досаду, но вместо этого я просто нахожу ее забавной, такой забавной, что не могу не подразнить его.

Я: Какой Джексон?

Джексон: Это что, шутка такая?

Я: Нет, но сейчас я попробую пошутить. Сколько раз нужно пощекотать осьминога, чтобы вызвать у него смех?

Следует долгая пауза, во время которой я представляю себе его лицо.

Джексон: А я и не знал, что осьминоги могут смеяться.

Да, примерно такого ответа я и ожидала.

Я: (Смайлик с закатанными глазами). Давай, подыграй мне, смелее.

Джексон: Я просто хотел узнать, как там твоя лодыжка.

Я: Попробуй угадать ответ, и я скажу тебе как.

Еще одна долгая пауза.

Джексон: 17.

Я: 17?!?!?!?!

Джексон: Ну, ответ явно не 8, иначе это не было бы шуткой. А поскольку правильного ответ я не знаю, то почему бы не 17?

Я: (Два смайлика с закатанными глазами). Давай попробуем еще раз. Сколько раз нужно пощекотать осьминога, чтобы вызвать у него смех?

На сей раз пауза тянется так долго, что я почти уверяю себя в том, что лажанулась и он уже не ответит. Но тут он все-таки отвечает.

Джексон: И сколько же?

От волнения я едва не роняю телефон – и улыбаюсь до ушей. Это глупо, но теперь мне уже ясно, что, когда речь идет об этом парне, я глупею.

Я: Десять раз, конечно^[7].

Джексон: Что ж, неплохо.

Я: Надо же, какая высокая похвала.

Джексон: Смотри, не зазнайся.

Я: Поверь, это мне не грозит. (Три смайлика с закатанными глазами).

Джексон: Что получится, если скрестить вампира со снеговиком?

Что? Шутка от вечно серьезного Джексона Веги? Что же написать в ответ?

Я: Понятия не имею.

Джексон: Морозный укус.

Я смеюсь во все горло, потому что, скажите на милость, кто такой этот другой, новый Джексон? И как сделать так, чтобы он не исчез?

Я: Хэллоуин и Аляска в одном флаконе, да? Впечатляет.

Следует еще одна долгая пауза, но на сей раз мне уже не кажется, что сообщение от Джексона не приходит потому, что он отложил телефон, – я уверена, что он просто думает над тем, что написать в ответ. Да это же… уму непостижимо. Я лишь с огромным трудом могу представить себе Джексона, который не имеет точного ответа на любой вопрос.