Конец пути - Антон Грановский

Пак несколько секунд смотрел на Широкова, а потом, видимо, поняв, что спорить тут бесполезно, пожал плечами и отошел.

– Попробую прошерстить систему, – сказал бурильщик, вновь склонившись над панелью управления. – Может, нарою что-нибудь полезное.

Ника встретилась взглядом с Максимом, отвернулась и вышла из «рубки». Он выкатился вслед за ней.

– Я… наговорила вам много лишнего, – тихо сказала Ника, не глядя Максиму в глаза. – Про свое прошлое и вообще… Я вас прошу – не пересказывайте никому наш разговор.

– Могила! – клятвенно заверил он с улыбкой.

– Я была на взводе, – сказала Ника. – И слишком много выпила.

– Я понял, – кивнул Максим. – Значит, то, что между нами произошло…

– Вы еще в состоянии об этом думать? – удивленно проговорила она.

Он прищурился:

– А что мне может помешать?

– Но ведь люди погибли.

– И что? Я бывал в местах, где люди гибли каждый день, и это никого не удивляло.

Ника нахмурилась:

– Знаете… мне кажется, нам с вами не стоит больше разговаривать.

– Но нам придется это делать, – сказал Максим. – Пока мы оба здесь.

Она пожала плечами и вернулась в «рубку». Максим проводил ее задумчивым взглядом. Он с удивлением понял, что известие о гибели людей и впрямь не так сильно взволновало его, как изменившееся настроение Ники.

«А ты думал, что все изменилось? Черта с два! Молодая женщина «на грани нервного срыва» захотела приключений, и тут подвернулся ты – безногий старый пират с разбитым сердцем. Экзотический фрукт, который хочется попробовать на вкус. К тому же… вызывающий жалость».

Максим почувствовал, как к горлу подкатил ком. Он явственно ощутил, что возвращается в свое обычное состояние – остервенелой злобы и ненависти ко всему миру. По крайней мере, к двуногим существам, которые его населяют.

Он тряхнул головой, прогоняя ненужные мысли, и тоже вернулся в «рубку».

– Ну и что мы теперь будем делать? – спросила Илона у Широкова.

– Выбираться отсюда, – пророкотал тот.

Он уже полностью овладел собой и, к удивлению Илоны, выглядел совершенно спокойным. Или это была лишь видимость? Она знала, что сильные мужчины умеют скрывать свои чувства от посторонних глаз, а этот медведь производил впечатление настоящего супермена, из тех, кого рельсой не перешибешь.

– Дельное замечание, – сказал Максим. – И как же мы это сделаем?

Широков кивнул квадратным подбородком на мерцающий экран.

– Это план подвальных помещений. Если ему верить, из подвала есть выход наружу. Вот он! – Он ткнул в экран толстым пальцем. – И еще. Один из коридоров проходит впритык к канализационному туннелю. Вот тут! Судя по плану, здесь параллельно коридору проходит канализационная труба-двушка. Она ведет в коллекторный лоток.

– Но ведь по ней плывут нечистоты, – неуверенно проговорила Роза Муратовна.

– Может, и плывут, – усмехнулся Широков. – И мы поплывем, если жизнь заставит. Дерьмом больше, дерьмом меньше.

Роза Муратовна поморщилась:

– Какой же вы… грубый.

– Не человек, а животное, – язвительно проговорила Аня.

Широков посмотрел на нее хмурым взглядом и парировал:

– Человек – тоже животное, если ты не знала. Кожаный мешок, наполненный дерьмом. Только что без шерсти, так ведь и свинья без шерсти.

– Исчерпывающая самохарактеристика, – заметила Аня.

– Так идемте скорей! – воскликнула Ника. – Я не намерена оставаться в этом доме ни одной лишней секунды!

– Девчонка права, – прогудел Широков. – Надо уносить отсюда ноги.

– Я не полезу в подвал, – капризным голосом сказала Илона.

– Почему? – повернулась к ней Ника.

– На дворе двадцать первый век! – яростно воскликнула та. – Мобильные телефоны, Интернет, спутники, вай-фай! Это не необитаемый остров, это Москва!

– Ладно, оставайся и жди помощи, – пожала плечами Ника.

– Одна я не останусь тут!

– Тогда заткнись и делай то, что тебе говорят.

– Внимание! – громко проговорил женский голос, заставив всех вздрогнуть и напрячься. – В целях дезинфекции ровно через час во все помещения дома будет пущен ядовитый газ! Повторяю: ровно через час во все помещения дома будет пущен ядовитый газ! Если кто-то еще не успел эвакуироваться, убедительная просьба поторопиться!

Несколько секунд все молчали, ожидая продолжения сообщения, но его не последовало. Ника взглянула на Широкова:

– Как они его пустят?

– По вентиляции, – ответил тот. И вдруг воскликнул: – Вентиляционная шахта!

Он склонился над панелью и снова стал щелкать по клавишам. Остальные напряженно ждали. В словах Широкова им послышалась надежда на скорое избавление от кошмара, и теперь все молчали, боясь спугнуть удачу.

– Есть! – сказал Широков и ткнул пальцем в экран. – Вот тут, видите? Отсюда можно выбраться! А забраться можно вот тут – на первом этаже. Проползти по вентиляционной шахте придется всего метров пятьдесят, если не меньше.

Он отпрянул от панели и решительно проговорил:

– Пошли!

И шагнул к выходу.