Адское пламя - Алиса Джукич

во Франсбург именно меня, так как подобраться к теневому призраку в Абраксе было бы куда сложнее. – Всплеснула руками, едва не ударившись ими о перила. – Уже тогда ты решил распечатать арку. Тебе была необходима подпитка, чтобы остановить старение и иссушение магии, а главное, ты понял, что единственный шанс свергнуть Люцифера с трона – пожертвовать Абраксом. Дьявол перекинет свою армию на земли людей, где справиться с его ордой проще, чем в Аду, и, пока он будет поглощен войной с Небом, ты сделаешь свой победоносный ход – нападешь исподтишка, создав с помощью меня оружие против Бездны Тьмы. – Тут я предусмотрительно понизила голос до шепота, хотя знала, что всем, кто нас подслушает, Кайлан сварит мозг вкрутую. Но все же оставался Люцифер с его «непробиваемым разумом».

Повелитель Похоти поклонился, выражая почтение моему прыткому уму, и сделал вид, что снимает шляпу. Выпрямившись, он неожиданно прижал ладонь к моей щеке.

Я поборола желание встать на ступеньку выше и вместо этого упрямо сверлила его ненавидящим взглядом, а Кайлан устало разглядывал редкие веснушки на моем вздернутом носу.

– Умница, Паучок. Но единожды за вечность я все же просчитался, поэтому многое пошло наперекосяк.

– Не учел, что мой отец один из архангелов, или то, что я выйду замуж за Аваддона…

Кайлан прижал указательный палец к моим губам, оборвав на полуслове.

– Оступился о любовь.

Раскаты грома крещендо разразились в моей голове. Я бы рассмеялась ему в лицо или наградила бранными эпитетами за откровенную ложь, но эмоций на это уже не хватило.

– Я вам не верю, Асмодей. Больше нет! И боюсь, это останется неизменным на столетия. – Специально вернула почтительный тон, тем самым подчеркнув разделяющую нас пропасть.

Кайлан слишком медленно моргнул, будто ему было неприятно слышать подобное, а когда распахнул глаза, золотые крапинки в них засияли.

– Ты. Выбрала. Меня! – напомнил он исход недавней проверки Люцифера и обвел контур моих губ, оставляя за собой горящий след. – Нечестивого, хитрого, губящего все вокруг, но все же меня! И я докажу право на твое сердце всеми возможными способами, Адель. Я не проигрываю, не отступаю, даже если в конечном итоге придется сгнить в Бездне Тьмы.

После этих громких заявлений, звеневших не только в черепушке, но и в воздухе, Кайлан выпустил меня и зашагал вверх по лестнице.

* * *

Запыхавшись от быстрой ходьбы и удушающих обещаний, я впорхнула на гостевой этаж и прокашлялась.

Предположила, что мы направляемся в мои покои, чтобы забрать вещи и оповестить о своевременном отъезде из замка Клару, но Кайлан не задержался возле золотых дверей.

– Куда мы идем? – решила уточнить я, однако Повелитель Похоти не соизволил обернуться. Он странно затих после своего признания и молча вел нас все дальше.

Только когда мы миновали сотню схожих дверей и фресок, обошли картинную галерею и вновь поднялись по лестнице, он остановился.

Как раз вовремя, ибо я всерьез планировала спрятаться в тенях и сбежать, потому что понятия не имела, какого черта вообще за ним шла.

Кайлан поймал меня за плечо, молча требуя притормозить. Мы оказались в небольшом разветвлении коридоров – первый заканчивался открытой террасой с каменными перилами и сухими лиственницами в углах, а другой петлял вглубь замка.

С улицы веяло противной духотой и дымом. Я отлепила ворот платья от вспотевшей шеи, а Селье прислонился к стене, подперев ее ногой. Через мгновение из кармана фрака он выудил курительную трубку. Вспыхнула спичка, подсветив лицо Кайлана и паутину в нише над его головой.

– Хорошо, что мы здесь делаем? – попыталась вновь разговорить действующего на нервы демона. Неизвестность дальнейших событий добавляла флер паники к плохо работающему самоконтролю.

Кайлан медленно выдохнул клубы табачного дыма и снова глубоко затянулся, а я, поморщившись, разогнала белое облачко взмахами руки.

– Вам не кажется, что перекур сейчас неуместен?

– А вам не кажется, что вы слишком много болтаете?

Я нехотя улыбнулась проявлению старого доброго Кайлана Ле Селье, а затем отвернулась, чтобы он не заметил моих приподнятых уголков губ, и поплелась к террасе.

Через пару затяжек Кайлан присоединился ко мне, остановившись чуть позади. Я старалась не замечать того, как близко он стоит, поэтому, упершись руками в перила, разглядывала скалы вдали, на которые во сне указала мама.

– Бездна Тьмы находится там? – кивнув на безжизненный горизонт, спросила я. Если честно, не ожидала, что получу ответ от помешанного на тайнах мужчины, но попытаться отделить обычный сон от видения все же стоило.

– Откуда вам это известно?

Кайлан сделал шаг и, коснувшись грудью моей спины, положил руки на перила рядом с моими. В теле полыхнул разряд, и, чтобы пугливо не сбежать, я сосредоточилась на размеренном дыхании. Быстро взвесив новые нависшие надо мной проблемы в лице Аваддона, решила, что не справлюсь с ним в одиночку, поэтому разорвала порочный круг недомолвок, признавшись:

– София показала. Точнее, ее душа, запертая в Оманксе.

Кайлан выругался, сильнее вжавшись в меня.

– Мы ее освободим, клянусь!

Я промолчала, опустив взгляд на наши пальцы, лежавшие в дюйме друг от друга. Вера в его обещания угасла в ночь распятия на алтаре, но, несмотря на это, попыталась пробить лед не дающих спать по ночам секретов:

– Что вас связывало с моей матерью?

– Запутанные отношения, но мы так и не сблизились в интимном плане, если вас тревожит именно это.

Я облегченно выдохнула и, пока Кайлан был в хорошем расположении духа, спросила вновь:

– Вы любили ее?

Повелитель Похоти опустил голову мне на плечо, так что я больше почувствовала, чем услышала, его сдавленное «да».

Горячее дыхание обволокло ключицу наравне с холодом его признания. Я впилась ногтями в перила, неприятно царапнув камень, но не спешила отталкивать предателя.

Я скучала по нему. По приятным воспоминаниям, в которых мы недолго были вместе.

Уступать соблазну плохо, это губит девичью нравственность, но я давно с ней распрощалась, став убийцей.

Кайлан вновь дымно выдохнул мне в шею, и кровь забурлила. Он едва касался меня, но в теле уже поднимался пожар, откликаясь на его близость.

Внезапно он что-то протянул мне, разжав ладонь.

– Улики лучше уничтожать, Паучок. – На крупной ладони поблескивал Небесный Хрусталь – малюсенький камушек, который Луиза подсунула Аваддону. Артефакт обжигал Селье, на его руке появлялись новые капли крови вдобавок к запекшимся алым подтекам от цепей Люцифера.

Пока я не накинулась с расспросами, он объяснился:

– Поднял с пола в кабинете Совета, когда твой муженек обратился в ползучую тварь.

Я быстро забрала Хрусталь, испугавшись, что он расплавит плоть Повелителя Похоти до кости,