Redrum 2018-2019 - Юлия Саймоназари

— Ксюха, ты чего?! Ксюха! — тетка в ватнике рванулась было… Но у нее на плечах висел Кабан.

Бизон поднял руку с пистолетом и ткнул в нос строптивой бабе.

— Не рыпайся. А то тоже огребешь. Вот этим! Все поняла?

— Поняла, — скрипнув зубами, прохрипела тетка. На Бизона она не смотрела — не отрывала взгляда от лежащей на земле Ксюхи. Пацаны тоже.

С плаща лежащей на земле девчонки отлетели все пуговицы, плащ распахнулся, и оказалось, что под ним почти ничего нет — какая-то грязная рванина, не прикрывающая толком худого тела.

Оцепенев, Костик смотрел вместе со всеми, как трясутся и покрываются гусиной кожей девчачьи тощие бедра, исцарапанные и в синяках, как темнеет впадинка на старых застиранных трусах. Он хотел… но почему-то не мог отвернуться.

Маркин громко глотнул — и наклонившись, провел рукой по обнаженному девичьему бедру. Новый визг разорвал тишину. Тетка Валя тоже завопила и дернулась так, что едва не упала вместе с Кабаном на плечах.

— Маркин! — крикнул Бизон, — отставить!

Маркин обернулся.

— Да я че? Я только потрог… То есть… помочь хотел.

Он тяжело дышал и скользил взглядом. Веснушка хихикнул, Кабан засопел. Костик посмотрел на Бизона — тот оставался таким же, как всегда.

— Слушай меня, тетка, как тебя там?.. Валя? Окей, Валя. Мы вам ничего не сделаем. Если вода нормальная… Но мне надо убедиться. Вдруг вы моих бойцов потравить вздумали? Поэтому — давай. При мне продегустируй свою водичку… И, коли все в порядке, отпустим вас.

— Надо мне вас травить, — сказала тетка. — У нас тоже дело до вас — иначе б не пришли.

— Какое дело? — спросил Бизон.

— Нам хоронить негде, — тетка опустила голову. — Не во дворах же, как собак, закапывать. Кладбище надо. Все-таки освященная земля…

— Много?

— Что?

— Хоронить?

Тетка дернула плечом и не ответила. Бизон пожевал губами, подумал.

— У нас тут позиции. Сама понимаешь — на черта мне тут ваши жмуры…

— Дети, — сказала тетка голосом скрипучим и противным, как железо по стеклу. — Сегодня девочку… Пятнадцать лет. Осколок. Прямо в сердце. Ладно — мы. Но такие-то… чем виноваты? Видел бы ты, как ее мать убивалась. По вам, небось, тоже будут… Жить не дали, так хоть похоронить дайте по-людски!

Тетка подняла голову и уставилась на Бизона в упор, но тот смотрел в сторону. Думал. Наконец, решил.

— Ладно уж… так и быть, — сказал он. — Баш на баш. Вы нам воду. А я разрешу хоронить. Под нашим присмотром, конечно. Поняла?

— Поняла.

— Понятливая, — похвалил Бизон тетку. И кивнул Веснушке.

— Сорганизуй.

Веснушка засуетился, сбегал в блиндаж за алюминиевой кружкой… За дегустацией мутной воды парни следили с напряжением. После удара собственной артиллерии брать воду стало неоткуда. В режиме жесткой нехватки всего — снарядов, тепла, продовольствия — недостаток питья ощущался особенно остро.

С принесенной водой все оказалось в порядке. Когда тетка послушно отхлебнула воды, налитой в алюминиевую кружку из последней, четвертой бадьи, все облегченно выдохнули. Даже девчонка, лежащая на земле, наконец, очухалась: открыла глаза и, прижав руку к затылку, застонала, заерзала, пытаясь подняться.

Один Бизон хмурился еще минут десять, поглядывая то на тетку, то на часы. Но, наконец, расслабился и он. И, кивнув женщинам, приказал:

— Можете идти.

Тетка кинулась к девчонке, чтобы помочь ей подняться. А Бизон, глядя на них с прищуром, скомандовал:

— Завтра в восемь сделайте звонок. Ровно в восемь. Номер знаете… Воды принесете столько же. Подходить сюда по одному. Бойцы до места проводят. И чтоб без штучек! Все поняли?

Тетка кивнула, не глядя на Бизона.

— Свободны, — сказал Бизон и отвернулся. Наконец-то Костик смог утолить жажду, мучавшую его с самого утра. Воды было много, и в этот день они смогли не только напиться вволю, но и умыться, и даже слегка отмыть черные от земли и копоти руки.

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

— Все ж, какое-никакое, а развлечение, — сказал Маркин, приглаживая пятерней лоснящиеся от грязи волосы. Модельная стрижка за месяц сильно отросла, и Маркин был недоволен. — Общественное мероприятие…

На похороны явилось меньше десятка человек. Костик заметил вчерашнюю тетку в ватнике — она вела, поддерживая под локоть растрепанную женщину с изжелта-зеленым лицом — мать убитой девчонки. Лопаты, чтобы рыть могилу, нес еще крепкий хромоногий старик в истертом пиджаке, увешанном орденскими планками. Кое-как сколоченный из фанеры и досок гроб несли четверо подростков лет 12–14. Позади всех тащились старухи с иссохшими мышиными лицами. Нелюди принесли воду — четыре полных бадьи, как условились вчера.

Принимая их у разрушенной стены дома, Бизон остановил процессию. Велел Маркину и Кабану проверить и обшарить каждого на предмет оружия.

— Так, бойцы… Пистолеты, ножи, заточки… Смотрите как следует.

Бойцы смотрели, неумело ощупывая пришедших в разных местах. На бойцов пялились исподлобья. Старухи крестились. Мать покойницы тихо скулила, закрывая лицо руками. Она как будто не сознавала, где находится.

Оружия ни у кого не нашли. Тогда Бизон, выразительно ткнув воздух дулом автомата, велел опустить гроб на землю, подошел и заглянул в него.

— Поднимите! — сказал он.

Его никто не понял.

— Я должен убедиться, что в гробу ничего лишнего нет, — хмурясь, пояснил Бизон. И, снова ткнув автоматом воздух, повторил, обращаясь к своим бойцам:

— Поднимите… Ну! Ее поднимите.

Веснушка, Кабан и Маркин переглянулись и нерешительно двинулись к гробу.

— Да что ж вы за люди-то такие, а?! — заголосила было вчерашняя тетка Валя. — Что ж вы делаете-то, паразиты?!

— Цыц! — крикнул Бизон. — Заткни пасть.

Он снял автомат с предохранителя.

— Вперед, бойцы, ну?!

Все замерли. Костик отчетливо слышал, как зло скрипнули чьи-то зубы. Кабан, Маркин и Веснушка робко приблизились.

Очень красивая девочка с мраморно белым лицом и аккуратно заплетенными светлыми косами лежала в гробу, одетая в розовое платье с вышивкой на груди и укрытая по пояс белой простыней. Ни цветов, ни венков, ни свечей в гробу не было.

Маркин двумя пальцами приподнял простыню. Оглянулся на Бизона.

— Поднимайте! — рявкнул командир.

Нервно хихикнув, Маркин откинул простыню, запустил руки в гроб.

— Панночка померла… Будем ее хоронить, — ухмыляясь, прошептал себе под нос Маркин. Костик, как в тумане, вспомнил, что про панночку — это из какой-то детской игры, какая-то мальчишечья шалость из прошлого…

Кабан с Веснушкой взяли покойницу за плечи… Оказалось, тело еще не остыло, не одеревенело полностью. Девочка села в гробу, печально свесив голову.

При виде этого ее мать очнулась от своего летаргического сна наяву и заорала.

Кабан и Веснушка вздрогнули от неожиданности,