Женщина-сфинкс - Лана Синявская

– За каким чертом ты столько приволок? – прошипела Анна, подавленно изучая старинные книги, разложенные на столе Александром. После неудачной поездки в Стратфорд они не придумали ничего лучшего, чем снова попытать счастья в библиотеке. Третий экземпляр «Жертвы любви» хранился в Британской библиотеке Лондона, и сейчас они все вместе готовились штурмовать последний бастион. Судя по количеству книг, бой предстоял нелегкий.

Снежко извлек из стопки сборник «Жертва любви». Следом на стол вывалилась еще одна тонкая книжица.

– А это еще что такое? – спросила Яся, беря ее в руки. – «Жертва муз», – прочла она удивленно.

– Эту я прихватил по ошибке, – признался Сашка. – Наверное, библиотекарша перепутала – названия-то похожи, а я не заметил.

Анна нехотя скосила глаза.

– Обложка какая странная, – проговорила она, задумчиво разглядывая изысканную гравюру.

Снежко вдруг встрепенулся, как гончая, взявшая след, но с видимым усилием оторвал взгляд от обложки.

– Давайте по порядку, – со вздохом предложил он, подтянул поближе «Жертву любви» и на несколько минут замолчал, полностью погрузившись в изучение книги.

Яся успела заметить дату выхода на форзаце.

– Похоже, это переиздание, – шепнула она на ухо Ане.

– С чего ты взяла?

– Так год-то более поздний. Тысяча шестьсот одиннадцатый.

– Ты права. И обложка совсем другая. Кстати, слово «ANNALS» написано с ошибкой: «ANUALS»! – хихикнула Аня. – Оговорочка по Фрейду.

Макс не удержался и тоже фыркнул.

– Я все слышу, – сообщил Сашка, не поднимая глаз от книги. – Если учесть, что «анус» – это, грубо говоря, дырка в заднице, то получается просто похабщина. Целиком заголовок звучит как «Анусы Великобритании», однако… – он выдержал эффектную паузу, – я не думаю, что это опечатка.

– Ты думай, что говоришь-то, – укорила его Анна.

– А я этим и занимаюсь, – парировал Снежко. – Эта книжица – полное фуфло. В том смысле, что никакое это не переиздание. К тому же выпущена она как бы подпольно, в том смысле, что не зарегистрирована.

– Ну и что? – пожал плечами Макс, который собаку съел на частном бизнесе. – Налоги люди платить не хотели.

Снежко презрительно фыркнул.

– Налоги! – передразнил он. – Это вам не период оборзевшего капитализма. Это семнадцатый век. Тогда понятия были другие.

– Понятия всегда понятия, – усмехнулся Макс. – Или ты намекаешь на рыцарей плаща и шпаги?

– Не в этом дело, – поморщился Александр. – Издатели Блаунт и Лаунз были слишком респектабельны, чтобы заниматься мелким мошенничеством и выпускать незарегистрированные тиражи. Кроме того, штраф за это был много выше, чем сама сумма пошлины. Как видишь, овчинка не стоила выделки.

– Но ведь регистрации нет! – возразила Аня. – Почему?

– Да потому что это липа. Все, от начала до конца, и имя издателя, и дата выхода.

– Но зачем?

– Не знаю. Единственное правдоподобное объяснение после всего того, что мы узнали, – это попытка скрыть подлинную дату смерти Феникса и Голубя, – ошарашил их Снежко.

Почему-то они сразу ему поверили.

– Как же мы теперь разберемся? – грустно спросила Анна.

– Какая же из дат верная? – в унисон промолвила Ярослава Викторовна.

Снежко выглядел чрезвычайно довольным собой.

– Не все потеряно! – в его голосе явно прозвучали нотки превосходства. – Нам с вами повезло.

– Это с тобой, что ли? – поинтересовался Макс с иронией.