Страж порога - Дмитрий Казаков

— Нет, нельзя, — ответила главный врач, поднимая взгляд, полный профессиональной суровости. — Я на работе, и разговаривать с вами буду не о личных делах!

— Ну хорошо, — легко согласилась Жанна, глядя, как увеличиваются багровые пятна в ауре собеседницы. — И о чем же мы с вами побеседуем? О моем здоровье?

— И о нем тоже, — сказала врачиха ядовито. — Но сначала — о кое-чем другом. Вот, — она открыла одну из серых папочек, оказавшихся историями болезни. — Иванова Светлана Федоровна, пятьдесят три года. Знакома вам эта фамилия?

— Нет, — честно ответила Жанна.

— Вот как? — ядовито улыбнулась главный врач. — Тогда я вам расскажу. Светлана Федоровна с сорока одного года наблюдается в нашей поликлинике по поводу бронхиальной астмы. Дважды лечилась стационарно. Но весной этого года не пришла на прием к пульмонологу и не выписала рецепт на лекарства, без которых просто не способна существовать. Обеспокоенный врач позвонила пациентке домой, и та сказала, что ходила к некоему экстрасенсу, женщине, которая и избавила ее от астмы!

— Я никогда не спрашиваю фамилий у тех, кого лечу, — флегматично пожала плечами Жанна. — Мне достаточно имен.

— Так значит, вы признаетесь, что эта женщина ходила к вам? — сквозь зубы прошипела главврач.

— Было дело, — Жанна несколько наигранно вскинула брови. — А в чем дело? Я в чем-то недоработала? Ведь у Светланы Федоровны больше нет астмы. Или вы этим недовольны?

— Нет астмы! — лицо врачихи побагровело, а аура на миг вся стала красной, символизируя о вспышке ярости. Жанна даже испугалась, как бы с ее собеседницей не случился инсульт. — Вы своими шарлатанскими методами сумели как-то внушить больной женщине, что она здорова! И еще взяли с нее за это деньги!

— Всякая работа должна быть оплачена, — Жанна спокойно улыбнулась. — И, кроме того, женщина эта уже полгода обходится без лекарств, и никаких приступов асфиксии. Дыхание у нее в полном порядке. Ведь вы ее обследовали?

— Конечно! — начальница поликлиники немного успокоилась, но раздражение прорывалось в ее голосе истеричными нотками. — Но мы понимаем, что эти ваши фокусы — это все обман, и это только временное облегчение!

— Да, сложно доказать кроту, — произнесла Жанна с издевкой, — что на свете есть солнце.

Глаза врачихи опасно сузились, но она сдержалась. Взяла еще одну историю болезни, и страницы зашуршали под ее пальцами.

— Михеев Иван Константинович, сорок девять лет, — голос был монотонный, словно у монаха, не первый час молящегося вслух. — Страдал язвенной болезнью желудка. Прекратил прием лекарств и не явился на положенное физиотерапевтическое лечение. Также, по нашим сведениям, побывал у вас.

— Помню, — кивнула Жанна. — Теперь у него нет язвы. Он здоров. Или вас это не устраивает?

Главная врачиха не прореагировала на вопрос, а обратилась к очередной папочке:

— А вот это уже ни в какие ворота не лезет! — сказала она, вновь багровея от гнева. — Сироткин Александр Александрович, семьдесят один год. Рак щитовидной железы. И так запудрить мозги старику, чтобы он поверил, что рака у него просто нет! Ведь всем известно, что cancer не лечится!

— Вашими методами — нет, — сказала Жанна спокойно. — А нашими — запросто. Ведь опухоль исчезла. Вы же видели снимки, я полагаю?

— Ну и что! — начальница поликлиники вскочила. — Я готова поверить, что вы сможете и рентгеновский аппарат обмануть!

— Кто еще кого обманывает, — едко улыбнулась в ответ Жанна. Она тоже ощутила раздражение и старалась не дать ему прорваться. — Я, что избавляю людей от страданий, или вы, что годами держите их на уколах и лекарствах, не желая признаться, что помочь вы им не в силах совершенно!

— Ладно, — сбавив тон, сказала врачиха, садясь. Она немного успокоилась, и Жанне удалось различить тонкий проводок энергии, что шел к голове собеседницы. Он пульсировал тревожным желтоватым сиянием, давая понять, что врачиха в настоящий момент находится под сильным влиянием какого-то эгрегора и действует не по своей воле. Вот только по чьей?

— Ладно, — повторила женщина в белом халате. — Довольно о ваших жертвах, поговорим о вас.

— Обо мне? — Жанна была занята, она пыталась проследить, куда, к какому именно энергетическому облаку, иначе называемому эгрегором, ведет желтый поводок. Это отвлекало, и на реплики собеседницы получалось реагировать с некоторым опозданием. — Но я здорова, слава богам!

— Физически — да, — ядовито ухмыльнулась главный врач. — А вот относительно вашего психического здоровья есть серьезные сомнения.

— Неужели? — энергетический провод вел в профессиональный врачебный эгрегор, что было логично, но там не заканчивался. Проходил насквозь и тянулся туда, где серыми уродливыми клубами исполинских размеров возвышались эгрегоры государственных и партийных учреждений, настолько сросшиеся между собой, что отделить их друг от друга не представлялось возможным. Жанна внутренне вздрогнула: неужели кампания травли магов развязана с самого верха государственной машины?

— А вы сами подумайте? Вы верите в экстасенсорику, в заклинания, наверняка еще и в НЛО. Это ли не верный признак психического отклонения?

— Тысячи людей верят в это, — устало проговорила Жанна. Ее поиск закончился ничем, начала инвольтирующей нити она отыскать не смогла. — И при этом остаются вполне нормальными. Как и я.

— Это не вам решать, — вновь улыбнулась женщина в белом халате. — А профессиональным психиатрам. И если вы не желаете с ними поближе познакомиться, то лучше ведите себя потише.

— В каком смысле? — удивилась Жанна.

— В самом прямом, — ответила врачиха. — Прекратите заниматься шарлатанским промыслом! Перестаньте «лечить» людей, оставьте это профессионалам.

— Что же, ладно, — сказала Жанна. — Я подумаю над вашими словами.

— И сделайте выводы, будьте добры, — главный врач поднялась, давая понять, что разговор окончен. — Иначе вы рискуете познакомиться с прелестями психиатрической лечебницы.

Последнее, что Жанна увидела, уходя, гаснущий от недостатка энергии шнур. Инвольтация закончилась. Марионетка неведомого эгрегора сделала свое дело и обрела временную свободу.

— И что ты ей ответила? — в вопросе Сергея чувствовалось напряжение, словно он не был уверен том, как именно повела себя Жанна.

— Да ничего определенного, — пожала она плечами. — Вряд ли они сумеют меня заточить в психушке. Времена не те.

Они только что вышли из метро и неторопливо шагали меж серых однотипных домов, что среди народа носят название «хрущевки». Здесь, в одном из спальных районов города, на окраине, один из магов клана создал из школьных учителей нечто вроде кружка по интересам, где читали Блаватскую и Рерихов, обсуждали реальность существования домовых и «снежного человека». Не рассчитывая на свои силы, основатель время от времени приглашал коллег для импровизированных семинаров по тем или иным отраслям оккультизма.