Бог Лезвий - Джо Р. Лансдейл

Мультик стал нервно оглядываться.

Он знал, что необходимо ждать. Если он подведет Брайана (Клайда?), потом не оправдается.

Достав нож, Мультик стал водить им по ладони. К черту Брайана, решил он в конце концов, Брайан чокнутый, как подзаборный боров.

Забежав за угол дома, он подскочил к разбитому кухонному окну и провыл:

– Угостите, а то напугаю!

Монти с Бекки увидели его. Как он высунул язык из щели, что была у маски вместо рта.

Ларри крался по чаще вдалеке от них.

Торч, все еще не решившийся идти к патрульной машине, чтобы проверить, есть ли выжившие, не глядел по сторонам. Да и маска, которую он все-таки напялил, мало способствовала остроте периферийного зрения.

Ларри, воспитанный отцом, знавшим лес и умевшим охотиться, медленно подкрался к Торчу. Под его ногами не хрустнула ни одна веточка.

* * *

– Чудовища из твоего сна, – прошептал Монти. – Маски! Теперь все имеет смысл.

Но прежде чем Бекки успела ответить, раздался звон стекла.

Лезвие ножа скользнуло между подоконником и рамой незащищенного окна, одного из двух фасадных, и задвигалось вверх-вниз, из стороны в сторону, расширяя зазор.

Монти положил гарпун на пол. Забрал топор у Бекки. Дрожа, но стараясь ступать тихо, он пересек комнату и ударил топором по лезвию.

Удар получился сильный, но нож не сломался. Вместо этого из рамы выбился крупный клин дерева, стукнувшись о пол с левой стороны. Мультик, налегая на пробоину, другой рукой колотил по раме и заходился надсадным смехом.

Монти ощутил, как его переполняет редкое, кипящее чувство: злость.

Он страшно закричал, перекрывая звук дебильного смеха. Кровь бросилась ему в голову. Ослепленный порывом, он изо всех сил метнул топор в кривляющуюся за окном ненавистную маску.

Во все стороны брызнуло стекло. Мультик, кажется, успел что-то понять, но не успел уклониться: лезвие топора с хрустом вонзилось ему в лоб, глубоко разворотив череп, и смех перешел в вопль. Еле устояв на ногах, Мультик отшатнулся от оконного проема. Дрожащей рукой он дернул за низ маски – та не слезла. Потянул сильнее – резина лопнула вокруг трещины во лбу, и во все стороны брызнула кровь.

Его глаза закатились. Выронив нож, Мультик плашмя рухнул на спину и больше не шевелился.

– Так тебе! – крикнул, празднуя победу, Монти.

И тут до него донесся звук выстрела.

* * *

До снайперской позиции Торча Ларри крался медленно и осторожно. Теперь он видел, что на стрелке – хеллоуинская маска. Ну что, пугалка или угощение? – спросил Ларри про себя, и недобрая улыбка расползлась по его лицу. Он поднял пистолет. Тот был заряжен разрывными пулями – все дорожные патрули снабжали именно такими в расчете на то, что палить им приходится по машинным стеклам, гасящим силу выстрела.

Но здесь стекол не было – лишь недоносок в маске, сидевший на дереве. Да и расстояние для выстрела – пустяковое. Прицеливаясь, Ларри не испытывал ни тени сомнения.

Он выстрелил Торчу в шею. Разрывная пуля сломала парню шейные позвонки и едва не оторвала голову. Хеллоуинская маска слетела, удар пули качнул Торча вперед, и он грузно полетел с дерева на устланную сосновыми иголками землю. Его ноги какое-то время еще дергались, пятка отстучала по земле нервный ритм, но вскоре все функции тела отказали, и бесполезно-молчаливая вредоносная жизнь Торча наконец оборвалась.

Ларри размышлял над удивительным фактом, что бандит оказался белым, когда за его спиной раздался шорох.

Он развернулся, поднимая оружие, – и уставился прямо в дуло револьвера. Дуло ему показалось таким же большим, как туннель метро. И этот туннель изрыгнул огонь. Пуля вошла Ларри в рот, разорвав губы, высадив зубы из десен и пройдя сквозь голову, найдя выход сзади, чуть выше шеи.

Когда Ларри падал, его правая рука дернулась, и палец рефлекторно дернул спусковой крючок пистолета. Он отстрелил сам себе коленную чашечку. Та скатилась со штанины форменных полицейских брюк, будто съемная деталька.

Как жаль, подумал Ларри, что я еще не умер.

Брайан, впрочем, исправил ситуацию. Нагнувшись к полицейскому, он приставил к правому глазу Ларри ствол и выстрелил в упор.

Сделав дело, он подкрался к патрульной машине.

Никого не было. Никто не шевелился и не стрелял в него. Он заглянул в салон. Там, на приборной доске, лежал труп второго копа с дыркой в голове.

Припав на колено, Брайан заглянул под машину. Чисто. И за багажником – никого.

Он побежал вверх по дороге к летнему дому Бомонтов. На валявшуюся под деревом тушу Торча даже время тратить не стал. На его глазах патрульный выстрелил, и шея недоумка разлетелась на куски. А без головы помирает даже самый тупой удав.

* * *

Мозес притаился в тени под соснами. Из своего укрытия он слышал, как выстрелил Ларри, и с той же позиции увидел Брайана, появившегося из чащи на его стороне. Через некоторое время после того, как Брайан перешел дорогу, раздался второй выстрел. И снова показался новоприбывший юнец – осторожно обойдя патрульную машину, он проверил у нее под брюхом и побежал обратно к дому Бомонтов.

Мозес мог убить его, еще когда впервые увидел, у него были и время, и шанс, но он смертельно боялся промаха. У него – семья и три охотничьи собаки, о которых надо заботиться (для начала хотя бы найти, раз он бросил их в лесу). Если он промахнется, пацан с револьвером может оказаться метким. И что тогда? Лежать ему, Мозесу, с вышибленными мозгами под дурацкой сосной.

Кроме того, он был испуган. Так сильно, что наложил в штаны.

* * *

Услышав выстрел, Монти выглянул в окно, но увидел только огни машины. За тем, первым, вскоре последовал второй, и на сей счет у Монти не было предположений. Может, подростки палили наугад, пытаясь нагнать на них страху?

Он посмотрел на руки: ладони дрожали.

Если бы Монти поднял глаза снова, увидел бы Брайана, бегущего с револьвером Троулера к дому. В свете луны двигавшийся скачками Брайан походил на витийствующего дьявола со средневековых гравюр. На гротескной хеллоуинской маске туда-сюда качался воткнутый в лоб резиновый нож, как абсурдная антенна.

Пусть руки тряслись, Монти впервые почувствовал себя способным на решительные действия. Отец был не прав, говоря, что у него нет яиц. Он чувствовал истинно первобытное удовлетворение, вспоминая, что сделал с Мультиком. Да, это было жестоко и неприглядно, но Монти чувствовал себя победителем, не иначе. Ему хотелось, чтобы старый недобрый Билли Сильвестр очутился здесь сегодня. Он бы без проблем заставил того жрать собачье дерьмо и улыбаться.

Монти посмотрел на Бекки. Держа гарпун, та опасливо выглядывала в разбитое окно.