Предательства - Лилит Сэйнткроу

— Будь ты проклят небом и адом, — тихо сказал Кристоф, но от его холодных и решительных слов темнота наполнилась опасностью.

— Черт, — поддержал Кристофа Спиннинг. — Давайте быстрей, народ.

— Что случилось? — прошептала я.

Грейвс только качнул головой и крепче обхватил меня, словно стараясь оттащить от Дибса. Хрупкий светловолосый вервольф тоже дрожал — то ли сам испугался, то ли я его так трясла.

— Кто-то только что погиб. Будем надеяться, что Поджигательница. Это наша первоочередная цель. Без нее носферату опасны, но не всемогущи, — терпеливо объяснил Кристоф. — Дыши, Дрю. У нас есть еще кислородный баллон?

— Только этот.

Спиннинг нырнул в сторону. Мы снова плавно и бесшумно заскользили через ночной лес. С глазами у меня творились странные вещи: иногда сквозь темноту я отчетливо видела движущиеся фигуры, каждую ветку дерева и все изгибы коры. Зубы вдруг взрывались болью, а потом — так же внезапно — возвращалась тьма.

В голове роились вопросы, на которые я не могла найти ответ. Я слегка сжала правой рукой плечо Грейвса.

— Я боялась, что ты там внутри. — Голос безбожно хрипел.

— И поэтому побежала прямо в огонь? — Он был изумлен.

Ничего себе!

Думала, что смогу сбить вампиров со своего следа. В двух словах не объяснишь, а сил не хватало. Но я все равно решила попробовать:

— Да, но, понимаешь…

— Тихо. — Кристоф черной тенью застыл на месте, голубые глаза светились. У вервольфов глаза просто слегка мерцали — У Спиннинга желтыми искорками, у Грейвса — зеленым огнем. И каждый раз, когда он моргал, зеленые огни на мгновение исчезали, и у меня замирало сердце.

Бег вдруг прекратился. Никто не двигался. Я прислонилась к Грейвсу. Его рука, обнимавшая меня за плечи, слегка напряглась. Я старалась дышать не очень громко. Кислородный баллон тихо скрипнул, и я вздрогнула. Мы с Дибсом дрожали вдвоем. Я сжала зубы, чтобы они не стучали.

Лес вокруг наполнился тихими звуками. Я не могла понять, то ли это обычная ночная какофония природы — совсем тихо ведь никогда не бывает, — то ли это что-то другое. И вдруг почувствовала себя ужасно маленькой и страшно уязвимой посреди стаи волков.

— Нам нужна маскировка, — прошептал Спиннинг. Он наклонился к черной фигуре — Кристофу. Две пары глаз светились в темноте. — Ты совсем истощен?

Кристоф моргнул, нарочито медленно. Голубой свет его глаз остановился на мне.

— А я думал, надо будет упрашивать.

Последовал шорох — Спиннинг пожал плечами.

— Я не хочу умирать. И я в ответе за них.

— Идет. — Слово резануло острыми краями. — Мне нужно утолить жажду.

Эти четыре слова упали, как камни в тихую воду, и бесследно исчезли. Вервольфы разом напряженно притихли.

— Погоди-ка. — В голосе Грейвса звучала тревога. Я попыталась поднять голову, но она снова опустилась. Несколько прядей выбились из косы и теперь упали на лицо. — О чем речь?

Спиннинг даже не слушал.

— Я не дам никого из своих. Бери либо меня, либо…

Быстрое движение. Грейвс потрясенно вздохнул, а Кристоф внезапно оказался прямо передо мной.

— Дрю, — тихо и ласково позвал он. Царапающей резкости в его тоне уже не было. — Ты мне поможешь?

Я сглотнула. Во рту был кислый дымный привкус.

— Конечно. А как?

Кристоф придвинулся еще ближе — но не как тогда. Я ощутила его жар.

— Дай мне руку.

— Черт, нет! — Грейвс дернулся, словно хотел оттащить меня в сторону.

Я уперлась ногами в землю.

— Что тебе нужно?

— Я хотел кое-что у тебя одолжить. Оно к тебе вернется, вот увидишь. Но сейчас это будет спасением для всех нас. — Голубые глаза, светясь в темноте, в упор смотрели на меня. Мне показалось, или они уже не такие холодные, как раньше? От него пахло дымом, однако сквозь дым я учуяла пряную ноту яблочного пирога. Господи. Даже после всей этой заварухи он умудрился не растерять аромат кондитерской. — Ты должна дать мне ключи, Дрю.

Эта фраза имела смысл только для меня и для Грейвса. Когда-то я не доверилась Кристофу и чуть не попала на обед к Сергею. А теперь мы в чаще леса, у нас на хвосте вампиры, а рядом — горстка перепуганных подростков. Которые, между прочим, сделали все, чтобы меня спасти. И которые сейчас мирно завтракали бы или направлялись на первый урок, если бы не я.

Ничего нового, Дрю. Из-за тебя все попадают в беду.

Я облизнула пересохшие, вымазанные сажей губы.

— И они смогут отсюда выбраться?

— Мы все сможем отсюда выбраться, — уверенно сказал Кристоф. — Просто мне нужно кое-что у тебя взять.

Что? Деревянные мечи? Я же их оставила в Школе.

— Хорошо. А что? — К горлу подкатил комок. Грейвс дернулся, но я осталась на месте.

— Ты не обязана, — испуганно прошептал Дибс, — Дрю…

— Дай мне руку, — повторил Кристоф. — Любую.

Я стащила тяжелую левую руку с плеча Дибса и ткнула ею куда-то вперед, откуда шел голос Кристофа.

— Я не знаю, что ты хочешь сделать, но вот тебе моя рука. — Я прислонилась к Грейвсу, который теперь тоже дрожал. Непонятно, как я вообще держалась на ногах — из-за стресса или еще из-за чего-то. — Они нас догоняют. — Неизвестно, откуда я это узнала. Звуки из леса приближались — отвратительное хихиканье и топот ног.

Теплые пальцы сжали мне запястье. Осторожно переместились в центр ладони. И тут странное ощущение пробежало вверх по всей руке. Я должна спросить.

— Кристоф?

Он замер.

— Что, радость моя?

— Где ты пропадал?

Я и вправду приманка? Что ты делал? Ты сказал, что уйдешь, но вот ты здесь.

— Я занимался приготовлениями, чтобы потом приехать и забрать отсюда мою птаху. — Впившись пальцами, он поднял мне руку ладонью вверх. — Ты думала, я тебя брошу?

В этот момент я увидела, как сверкнули его зубы, и вдруг поняла, что он собирается делать. Осознание ясной волной захлестнуло голову, и если бы я не была так напугана, истощена, так одинока и разбита, наверное, попыталась бы увернуться.

Грейвс снова издал странный звук и крепче обхватил меня — я почти падала.

И тут Кристоф погрузил клыки мне в запястье — туда, где бьется пульс. Словно ржавые шипы пронзили руку, боль пронеслась по нервам и застучала в голове. Меня охватило страшное ощущение: из меня выкачивают жизнь.

Больно. Вам когда-нибудь было настолько плохо, что хотелось умереть, чтобы положить конец страданию? Вы никогда не ощущали, как что-то глубоко в вашем теле — то, о чем вы и понятия не имели, — рвут на части? А оно дает отпор, цепляется за ребра и внутренние органы, прежде чем оторваться совсем.