Башня - Даниил Николаевич Заврин

в этом они с ней похожи. И к нему, и к ней был приставлен человек, который должен был внимательно следить за всеми их действиями и постоянно говорить, где ошибка. Такова уж судьба, ничего не поделаешь, ведь на самом деле Людвиг был больше учителем и другом отца, чем оруженосцем. И после этих мыслей Александр вдруг почувствовал, как ему очень сильно хочется поговорить с ней более честно, в таком же доверительном тоне, как и тогда, когда она рассказала о своем уродстве и отношению к этому её родственников. Несомненно, это дикость для принца, но ведь он – будущий король, так почему бы и нет? Разве они не вольны позволять себе разные глупости?

– Всего хватает?– повернулся он к ней. – А мне вот нет.

– И чего вам не хватает?

– Свободы, Меланья. Мне всегда не хватает свободы, – он горестно улыбнулся. – Я и в ваше королевство не по своей воле приехал.

Ох уж этот вечер. Дивный закат, странная открытость этой уродливой девушки. Всё сплелось в одну кучу, которая играла разными красками, увлекая его палитрой новых ощущений. Хотелось честности, очень. Может, она и вправду ведьма?

– А ещё Людвиг больше учитель и надсмотрщик, чем слуга.

– Но зачем?

– Я принц.

– И с чего вдруг Вы так стали открыто об этом говорить? Или Вы каждой встречной объявляете о том, что Вы принц? – спросила Меланья, и едва уловимая улыбка соскользнула с её уродливого лица.

– Нет, не всем. Видимо, тут особый воздух и все становятся более честными. К тому же, вы вряд ли расскажете об этом остальным. Эта тайна останется здесь, с вами.

– Звучит как угроза.

– Неужели? – Александр посмотрел на звезды, выступившие на черном небе. Смена дня и ночи наступила так быстро, словно они были в волшебной сказке, а не в суровой действительности.

– Скажите, если уж Вы заговорили о честности, то куда Вы едете? – робко спросила она.

Он повернулся к ней и заметил, что вечер уже сделал своё дело, и в темноте она уже не была так безобразна. И лишь небольшие огоньки в её глазах позволяли определить, что она рядом. Большая голова, кривой рот, всё ушло в прошлое, остались лишь темнота и её мягкий голос, а также умный, немного неземной взгляд.

– К Рюрику Великому. У него есть очень красивая дочь, и мой отец хочет меня на ней женить. Это укрепит наши границы и даст возможность для более выгодной торговли и, соответственно, процветания.

– Вы так говорите, как будто Вам это не нравится.

– А что здесь хорошего? Меня заставляют жениться на девушке, которую я даже не видел. Увы, это обычно только для принцев. Никакой свободы выбора.

– А мне кажется, что это всё равно хорошо. По мне, так это счастье – быть с красивым человеком и наслаждаться жизнью.

– То есть, вам здесь не нравится?

Он почувствовал, как огоньки её глаз впились в него. Горячие, опаляющие честностью глаза. Всё было настолько необычно, что он никак не желал отводить взгляд. Точно ведьма.

– Нет. Мне здесь нравится. Но быть с любимым человеком – это намного прекраснее. Глупо говорить обратное. Ради этого некоторые отдают жизнь.

– У вас есть вино? – неожиданно для себя вывалил принц, а затем, на гребне этой странной волны, добавил: – Если есть, несите сюда. Что бы там ни случилось на небесах, но будь я проклят, если у нас с вами получается интересная беседа.

И она принесла. Да и вино оказалось хорошим. Явно королевского разлива и явно употребляемое ценителем, так как мягкий волшебный вкус необычайной легкостью ложился на язык и лился по горлу в чрево.

– Кажется, я немного пьянею, – заметил принц, осушив третью бутылку. – А вы, госпожа Меланья? Что скажете вы о столь чудном напитке? Вы специально берегли его для такого случая?

– Ну, конечно, – хихикнула она. – У нас же каждый день принцы проезжают, дай, думаю, начну охоту и выловлю себе одного, как раз сладкая парочка, принц и уродливая принцесса.

– Принцесса? Вы? – он помотал головой. Они сидели на деревянном небольшом пороге, и он поставил бутылку на землю. Хмель сильно ударил ему в голову, но всё равно он был в куда более трезвом состоянии, чем она. – Вы и вправду принцесса?

– О да, самая что ни на есть принцесса.

– Но я думал, принцессы в замках, – громко засмеялся он. Людвига всё равно было уже не разбудить, спал старый вояка на редкость крепко. – Как так?

– А чем Вам это не замок? Вон, даже башня торчит, – она махнула в сторону своего жилища. – Пусть одна и нет рвов, но зато самая что ни на есть башня, к тому же – белая, если вы ещё не заметили.

– Нет, это я как раз заметил, я не заметил дракона.

– А он улетел, – пьяно хохотнула она. – Взял, да бросил одну в лесу.

– Хм, совсем не по драконьи. Ну и хорошо.

– Да Вы смельчак, – снова засмеялась она. – Стало быть, рады, что он улетел?

– Своего дракона я ещё найду, – весело сказал он и внезапно ощутил её горячее дыхание совсем рядом.

От девушки шел приятный запах вина, немного разгильдяйства и веселья. Страшное лицо плавно уплыло в темноту, оставив лишь диковинного умного собеседника.

– А как ваш король, где он, отец ваш? – сквозь смех выдавил принц.

– Там, в замке, сидит вместе с моей сестрой и ждет Вас. Дабы свершить прекрасную свадьбу и чтобы все были счастливы.

– Рюрик?

– Да, – устало сказала она. – Но, принц, знаете, я всё же сделаю ей гадость, я опережу её. – Сказала она и обхватила его руками. А дальше наступила ночь, и даже видавшие чудеса звезды скромно потупили свой свет, дабы дать волшебству свершиться.

Глава шестая

Утро. Оно было безразлично к ночным чудесам, обнажая всё своим ярким светом и трезвым взглядом. Оно легко сорвало покрывало тяжелейшего похмелья, обнажив одну из уродливейших женщин в мире.

Небольшая челка, редкие волосы на большом и высоком лбу, кривой рот. Рассматривая её, Александр так и не смог до конца понять, что именно толкнуло его на этот странный поступок. Вино? Или он просто увлекался её приятным голосом?

Потирая лоб, он встал и легко подхватил её на руки. Не ощущаемо, без встряски. Но глаза Меланьи всё равно на миг раскрылись, а на кривых губах заиграла небольшая легкая улыбка. Затем, поглядев по сторонам, Александр неровным шагом пошёл в сторону свинарника, откуда доносилось тяжелое хрюканье одинокой свиньи.

Положив её на солому, он аккуратно вытащил руки и бесшумно отошел,