Дочь алхимика - Кай Майер

— Может, ты и спас меня, — фыркнула она. — И может быть, что я у тебя в долгу, но только не думай, что я какая-нибудь деревенская дуреха, которая слепо бежит за тобой.

Даже в темноте она увидела улыбку, которая промелькнула по совершенству его губ.

— Тогда зачем, по-твоему, я здесь?

— Не знаю зачем.

— Я понятия не имел, что задумали сделать с тобой эти люди в интернате, и до сих пор этого не знаю. Я всего лишь хотел навестить тебя и поговорить немного, совершенно пристойно, и без всех этих… неприятностей.

Она недоверчиво обратила на него свой взгляд и убрала двумя руками пряди волос со вспотевшего лица.

— Так ты не знал об этом?

— Нет. Я пришел сюда, чтобы просить тебя о помощи.

В ответ на это ей ничего не пришло в голову: ей и нечего было сказать.

Он увидел её растерянность и снова улыбнулся. Аура невольно заметила, что он был очень красив, даже в тусклом свете луны.

— Это правда, Аура. Мне нужна твоя помощь, а если говорить честно, твои деньги.

— Мои… деньги? — она почувствовала, как что-то поднимается в ней, готовое вырваться наружу громким смехом. — Боже мой, я что, похожа на человека, у которого есть деньги?

— Нет, — с грустью сказал Джиллиан.

Она прекратила смеяться, когда ей в голову пришла одна мысль.

— Но ты все равно спас меня, — недоверчиво признала она. — Хотя ты знал, что у меня ничего больше нет.

Джиллиан не слушал её, он давно уже думал о другом.

— Ты можешь достать в Цюрихе наличные деньги? Какие-нибудь бумаги, которые ты могла бы предъявить к платежу в каком-нибудь банке? Может быть, есть родственники; к которым можно обратиться за помощью?

— Нет. — Он спас её, зная наверняка, что у неё нет денег. Зачем же она ему понадобилась? — Зачем тебе вообще нужны деньги? И почему ты решил, что я — даже при благоприятных обстоятельствах — дам тебе деньги? Просто потому, что ты подкинул мне это письмо? — Она горько рассмеялась. — Честно говоря, было бы лучше, если бы ты этого не делал.

— Извини, — мягко сказал он. Даже слишком мягко. Если и было что-то, что могло тронуть в его внешнем совершенстве, то это его чрезмерная чувствительность. Но именно эта черта привлекала её в Даниеле, а в Джиллиане она ей нравилась несравнимо больше.

«Просто замечательно, — подумала она, — только что ты чуть с жизнью не простилась, а сейчас уже начинаешь влюбляться. Ну и дела!»

— Пойдем, — сказал он, — мы должны…

Близкий стук копыт прервал его на полуслове. Джиллиан грациозно обернулся.

— Там кто-то скачет, — зашептала Аура, но Джиллиан уже был на пути к краю леса: она последовала за ним как можно быстрее. Оборка её платья то и дело цеплялась за ветки и шипы; Аура, чертыхаясь про себя, задрала полы платья вверх и побежала вперёд с голыми ногами, на её бедрах тихо звенели кольца, ударяясь друг о друга.

Она догнала Джиллиана, когда он укрылся за одним из кустов, следя за лесной дорогой, залитой лунным светом. Звук приближался с другой стороны дороги. Всадник, скакавший от интерната, должен был в любую минуту проехать мимо них.

— Неужели ты…

— Тихо! — перебил её Джиллиан.

Разозленная, но в тоже время снедаемая любопытством, она замолчала.

Когда лошадь и всадник показались из-за деревьев, Аура сразу же узнала старого Марека. Он пришпорил лошадь и пустил её в быстрый галоп, что чуть не закончилось для него плачевно, когда Джиллиан с пронзительным свистом выскочил на дорогу. Лошадь испуганно встала на дыбы, но старик сидел в седле намного крепче, чем казалось на первый взгляд: было совершенно очевидно, что он умелый наездник. Марек щелкнул хлыстом, и лошадь послушно рванулась вперёд на удивленного Джиллиана, который едва успел броситься в сторону. С победной улыбкой Марек погнал коня дальше, и спустя всего мгновенье исчез за следующим поворотом. В тёмном бору призрачно звучал топот копыт.

Аура участливо склонилась над Джиллианом, но сразу же поняла, что с ним ничего не случилось.

— Превосходный результат, ничего не скажешь, — саркастически заметила она.

Джиллиан злобно взглянул на неё и недовольно поднялся.

— Он не был похож на человека, умеющего ездить верхом.

— А ты не похож на человека, умеющего убивать других людей.

Джиллиан несколько секунд думал над тем, как понимать её фразу, но затем почувствовал, что это был вовсе не укор.

— Нам очень здорово пригодилась бы лошадь, — начал оправдываться он, прежде чем осознал, что ни малейшего повода для оправданий нет.

«Я смущаю его», — с удовлетворением отметила про себя Аура.

Джиллиан снова вышел на дорогу и напряженно вслушался в ночь.

— Еще кто-то скачет? — спросила Аура, ничего не расслышав.

— Нет. Боюсь, что и одного хватит.

— Что он задумал?

— Что бы ты сделала на его месте?

Аура на секунду задумалась.

— Я поехала бы в город, затем в полицию. Там я заявила бы о том, что сбежала школьница, нет, сказала бы, что её похитили. Так одним выстрелом можно убить двух зайцев.

Джиллиан кивнул.

— Именно так он и поступит, Нам нужно быть очень осторожными, когда доберемся до Цюриха.

— А другого пути нет?

— Я рад, что смог запомнить хотя бы этот.

Они снова двинулись в путь, торопливо пробираясь сквозь ночь.

— Ты мне так и не ответил, зачем тебе нужны деньги, — сказала Аура через какое-то время.

Болезненная улыбка исказила в лунном свете губы Джиллиана.

— Когда Лисандр меня попросил — он скривил гримасу, произнося это слово — убрать тебя и твоего отца, мне пришлось оставить невыполненными множество других заказов.

— Еще убийства?

— Нет, — твердо ответил он, — я уже давно не промышляю этим. Невыполненными остались важные поручения, кое-какие покупки, пара краж. Но люди, заказавшие всё это, не очень-то любят, когда их разочаровывают. Боюсь, у меня теперь много врагов в Вене, но, несмотря на это, я должен вернуться туда.

Аура наморщила лоб.

— Тебе нужны деньги на билет?

— Да какой там билет. — Сейчас он усмехался как школьник. — Я должен купить людей. И оружие.

— Оружие?

Джиллиан пожал плечами.

— Без этого нам обоим, наверное, трудновато будет вывести Лисандра на чистую воду.

— Что значит «нам обоим»?

* * *

Пополудни следующего дня они беспрепятственно достигли вокзала для поездов дальнего следования, и вот тут-то начались настоящие трудности. Джиллиан без особого труда нашел дорогу в город, даже не задумавшись ни на одном перекрестке, ни на одной развилке. Его способность даже ночью ориентироваться на дороге, где он был один единственный раз, усилила загадочное очарование, которое Аура ощущала в его присутствии. Но то, что он сделал потом, в одном из женских туалетов на вокзале, повергло её в ужасное замешательство.