Я назову её — Земля - Евгений Лыков

Голоса продолжали бить, вколачивать в него эту неправильность. Все было не так. Все было неправильно.

— Ты принадлежишь Ей!

— Ты должен смириться!

— Впусти Ее в себя!

Яр никак не мог понять, куда он должен Ее впустить. Ведь его сознание раздроблено, от него почти ничего не осталось. Но голоса опять требовали: — Впусти Ее.

— Не сопротивляйся.

— Разреши Ей войти.

Далеким эхом, будто нечто чужеродное, в его истерзанное сознание проскользнули слова. Слова матери из далекого детства: "Тьма входит только туда, где она уже есть. Не позволяй побегам зла прорастать в твоем сердце". Но образ Лады, настоящей, а не иллюзорной, так не вовремя возникший перед глазами, был тут же разбит в пыль.

Перед глазами снова появился Сат.

— Это я разрушил твой мир. Я сбросил на планету астероид. И вся твоя планета замерзла. Они все замерзли. Все твои зверушки замерзли. Ты помнишь? Помнишь, я знаю. И я снова это сделаю.

Внутри колыхнулось что-то похожее на ярость.

"Это он виноват. Сат. Он пытался уничтожить мой мир. И это из-за него я теперь здесь! Он отдал меня Ей. Он уничтожил мою жизнь. Я его ненавижу!" Злость уже вулканом клокотала внутри. Яру хотелось вцепиться зубами в ненавистного брата и долго рвать его на части. Фантазия услужливо подсовывала многочисленные картины пыток и казней, которым Яр желал предать своего среднего брата. В глазах Яра потемнело, но злость продолжала расти внутри его сознания, пока не заполнила собой все его существо. Холод уже не обжигал его тело, он поселился глубоко внутри и стал... привычным.

Яр падал в глубокий колодец. Ощущение времени исчезло, он мог бы сказать, что с того момента как он вошел во Тьму, пробежала всего секунда. А может быть тысячелетие. Стены колодца, вдоль которых с огромной скоростью падал Яр, были все из того же темного, холодного тумана.

Сил сопротивляться уже не осталось. Яр смирился с тем что его ждет. Ему было уже все равно. Из памяти вымыло все воспоминания. Лица родных виделись размыто, имена воспринимались как ничего не значащие слова, а голоса звучали глухо и невнятно, будто из забытого прошлого.

Наконец, Яр обнаружил, что лежит на дне колодца и смотрит вверх. На воображаемую светлую точку далеко вверху. Там не было никакой точки и не было ничего светлого, но ему очень хотелось, чтобы она там была. Он смотрел туда, где осталась его жизнь. Туда, где осталась его семья. И Лея.

"Я теперь — Падший?"

"Да", — ответил туман. — "Ты теперь мой".

Глава 18. Надежда.

1

— Младший, вставай. Хватит спать, соня. Все интересное пропустишь.

Яр с трудом открыл глаза, потянулся и, повернулся на другой бок. — Нет, я еще посплю.

— Какой сон? — возмутился Сат. — Ты забыл? Сегодня твой День Рождения. Скоро гости придут, а ты валяешься.

Лицо брата и комната в ковчеге затуманились и исчезли, появились колонны главного зала.

— Не так, Яр. Настройся. Тут не только руками надо махать, но и головой думать.

— Сат, я думаю, то есть представляю.

— Значит ты неправильно представляешь. Вот посмотри на этот камень. Сейчас это просто камень. Неровный, жесткий, грязный. А тебе нужно его превратить... Во что ты там его хотел превратить?

— В цветок. Из железа.

— Вот. Ты хочешь превратить его в железный цветок. Значит забудь о камне, его больше нет, и представляй себе железный цветок. Смотри на него, будто это железный цветок. Думай о нем будто это железный цветок. Ощущай пальцами лепестки железного цветка. Представляй себе как должен пахнуть железный цветок. И тогда у тебя все получится.

Следующая картинка из прошлого показывала Яру снова главный зал. Сат тогда научил Яра открывать телепорт. Три дня Сат терпеливо объяснял младшему все тонкости, показывал что нужно делать. И когда в зал вошел отец, Яр с радостным криком: — Пап, смотри как я теперь могу, — выпрыгнул из портала рядом с отцом. Свар был горд своим младшим сыном, искренне радовался его успехам. Его, Яра успехам! Яру даже в голову не пришло сказать, что это брат его научил. Что это его заслуга. Ни отец, ни Яр даже не обратили тогда внимания, что Сата в зале уже нет.

Все детство, которое помнил Яр, брат всегда был рядом. Он привык, что брат всегда рядом. Что он всегда поможет, научит, поддержит. К этому привыкли все. И как-то так получилось, что никто ни разу не поинтересовался, чего хочет сам, молчаливый и постоянно задумчивый Сат. О чем он думает, мечтает. Что у него на душе.

Сейчас, просматривая эти картины из прошлого, Яр наконец понял, что в их большой и дружной семье, Сат остался одиноким.

"Тьма получила его, потому что мы от него отвернулись. Я, отвернулся", — как совсем недавно Яр горел ненавистью к Сату, так же нестерпимо теперь его жгло сожаление. О том, что все так получилось и исправить уже ничего нельзя.

"Он прав. Это я виноват в том, что он стал Падшим. Это все моя вина. Все из-за меня."

И как ни старалась заглушить все звуки туманная пелена, как ни пыталась Тьма смутить разум дэва, всего три слова, сказанные шепотом, обрушились на нее словно небесный гром.

— Прости меня, брат.

И сразу все изменилось. Голоса замолкли, буря бушевавшая у него внутри затихла и стало спокойно. Яр понял, все что он до сих пор слышал, видел и чувствовал — все это обман. Иллюзия, наведенная Тьмой с единственной целью: чтобы он позволил ей войти в его сознание. В Его сознание! И нет никаких осколков. И даже холода нет. Она не может войти, потому что ей не за что зацепится в его душе. В нем нет больше ни зависти, ни тщеславия, ни злости. Последние темные качества сгорели в пламени раскаяния и любви. Последние частички Тьмы исчезли и она не нашла в нем СЕБЯ. Он ей не принадлежит. Она не получила Его.

Яр почувствовал как спокойствие обволакивает его разум и проникает внутрь. Страх ушел вслед за ложными голосами. И тем громче, в наступившей тишине, прозвучал в его голове отчаянный крик Тьмы. Крик разочарования и бессилия.

Яр понял что он так и висит совершенно обессиленный на поверхности темного тумана. И перед ним снова брат. Лицо Сата перекошено злобой.

— Я так и предполагал. Ты не