Против лома нет вампира - Галина Гончарова

— Нет!

Глаза вампира удивленно расширились. Я постаралась говорить медленно и спокойно. Получалось плохо. Все тело свело от желания, но поддаться ему сейчас? Дать управлять собой, как всеми остальными женщинами на его пути? Да никогда!

— Я приношу свои извинения. Я говорила не подумав. Но не стоит провоцировать меня. Я человек и живу гораздо меньше семисот лет. И все же мы с Даниэлем друзья. Мы спасли друг другу жизнь. Я имею право хоть на какое-то уважение. И не собираюсь терпеть ваши выходки.

Мечислав не размыкал рук, но объятие стало чуть менее интимным. Я чувствовала, как в его груди глухо колотится сердце — и мое начинает биться в такт с ним. Я ощущала путь крови в его теле так же четко, как и в своем. Как будто мы делили наши тела на двоих. Плохо, Юля, очень плохо! Соберись, или потом тебя не соберут!

— Я принимаю ваши извинения, Юля. Но не испытывайте мое терпение впредь.

— А вы — мое, — отозвалась я.

Вампир улыбнулся — и у меня весь низ живота стянуло спазмом. Мне так хотелось остаться с ним наедине. Стянуть этот дурацкий плащ. Гладить черные блестящие волосы. Коснуться руками его обнаженной кожи и попробовать его на вкус. Мне хотелось, хотелось… Юля! Нет!!!

— Скажите, вы всех так зачаровываете? Или это только я такая испорченная? И вообще, хватит меня обнимать!

Вампир послушно отпустил меня, и я вцепилась в спинку сиденья, чтобы не упасть. Зеленые глаза смеялись.

— Будь вы действительно так испорченны, как говорите, вы бы сейчас попытались заняться со мной любовью. И даже не подумали бы о том, что на улице холодно или о присутствующих здесь вампирах. У вас очень сильная воля. И я признаю вашу правоту. Даниэль не предупредил вас о моих особенностях?

— Нет, — отозвалась я. И повернулась к Даниэлю. Желание все еще гуляло по моему телу, но гнев — отличное противоядие. — Даниэль, ты мог бы и заранее сказать, что твой приятель действует на людей, как доза конского возбудителя!

— Фи, как грубо, — прокомментировал Мечислав.

— Вы еще и учитель хороших манер на пол-ставки? Вот радость-то! Даниэль, ты мне ответишь?

Вампир опустил глаза.

— Извини, Юля. Я хотел проверить твой талант — и насколько ты можешь управлять своим даром. Лучше всего это было сделать здесь и сейчас.

Меня передернуло от отвращения.

— Краш-тест решил устроить? Сволочь! Глаза бы мои на тебя не смотрели!

— Вы собираетесь ругаться и скандалить!? — голос Мечислава был заинтересованным.

Я развернулась и впервые посмотрела ему в глаза — сама. Плевать мне на всех гипнотизеров мира, когда я в таком бешенстве! Ярость волнами расходилась по телу, выжигая последние остатки здравого смысла и сексуального желания.

— А что — имеет смысл ругаться?! И так ясно, что вы меня… вы в лучшем случае воспринимаете людей, как домашних животных! Кто же будет советоваться с коровой или кошкой!? Но я-то не кошка, я — живой человек! Богом клянусь, еще до конца всего этого кошмара вы научитесь уважать людей!

— У вас есть святая вода, — напомнил мне Мечислав. Кажется, он тоже меня прощупывал. — Попробуете применить силу, чтобы мы вас больше уважали?

- А что — поможет!? — съязвила я. — Вас тут четверо, а я далеко не Жан-Клод-Я-вам-как-дам! Мне не справиться со всеми! И у меня рука болит! Вы мне чуть ее не оторвали вместе с пистолетом! Или я должна не заметить, как ваш Вадим следит за моими руками!? Он сломает мне кисть раньше, чем я вытащу пистолет или бутылку!

— Вы жестоко ошибаетесь, Юля, — зеленые глаза смеялись.

— Да неужели!?

— Он не будет ломать вам руку. Легкого вывиха вполне хватит, чтобы привести вас в чувство.

— Идите вы все к черту!!!

Я кое-как выпрыгнула из автобуса, поскользнулась и неловко упала на колени. Черт! Больно! Но врагу не сдается наш гордый «Варяг», пощады никто не желает! Кое-как я поднялась и зашагала в сторону турбазы. Если повезет, там можно будет получить ужин и ночлег. И даже прожить пару дней. Потом вернется дедушка — и все станет на свои места. И вообще, я действую по обстоятельствам! Я прошла достаточно далеко, прежде чем меня догнал Даниэль. Он словно соткался из ночной тени — и уперся ладонью в воздух передо мной. Я молча обошла его, как стенку, и пошла дальше. Не надо было во все это ввязываться! С самого начала — не надо!

— Юля!

Даниэль схватил меня за плечо.

— Куда ты!?

— Оставь меня! — я вырвалась из его рук. — Иди, пей, а то крови не хватит!

— Юля, ну прости меня пожалуйста! Послушай! Хотя бы минуту.

Даниэль ловко перехватил меня за обе руки и прижал к себе. Я попыталась ударить его ногой, но только поскользнулась. Почему-то вампир стоял на льду, как каменная скала. И это ужасно злило. Послушай! А что — есть выбор?

— Я говорил тебе, что я вампир. Это — одна из составных частей. Я говорил, что мы привыкли использовать людей в своих целях и относиться к ним, как к расходному материалу. Ты пропустила это мимо ушей! И теперь винишь — меня!?

Я захлюпала носом.

— Это действительно было так необходимо?

— Мечислав никогда не поладит с Андрэ. Это война. А на войне хороши все способы.

— И чем вы тогда лучше фашистов? — мертвым голосом спросила я.

— Юля, Юлечка, ну не надо! Прошу тебя, не надо обливать меня холодом! Я не вынесу этого!

Я удивленно подняла глаза на вампира. Лицо Даниэля было удивительно несчастным. Но гипноза тут и в помине не было. Серые глаза блестели, словно от невыплаканных слез.

— Что с тобой?

Даниэль расстегнул куртку и осторожно приложил мою ладонь к своей груди.

— Послушай!

Его сердце стучало раза в два чаще, чем у людей. Словно хотело прорвать кожу и мышцы — и вырваться наружу.

— Юля, я… ты ведь ничего не знаешь о вампирах! А я — я вампир уже в пятнадцать раз дольше, чем ты живешь на свете. Ты не представляешь насколько это ужасно — все время быть в темноте, повиноваться приказам, ждать каждого глотка крови, как милости, да и просто пить кровь! Жить — отнимая жизни других! И быть всегда одному! Всегда! Вечность! Многие могли бы разделить со мной постель, но никто не разделит моей души. Когда я увидел тебя, я так надеялся, что ты сможешь понять, что сможешь принять меня таким, какой я есть… — голос его дрожал и срывался. — Я знаю, что я поступаю некрасиво по отношению к тебе, но я давно даже не разговаривал с людьми! Я просто не умею по-другому!

Я выдернула руку. Тоже мне, дон Хуан нашелся! Что, теперь в вампиры принимают только после обязательного просмотра бразильских сериалов? Просто Хосе Лучи из какой-нибудь сеньориты или Хуаниты! Мамы здесь нет. Она все эти сопли любит…

Воспоминание о маме мгновенно охладило мою злость. Уйти-то я уйду. Но вот сколько продержусь? Мать не выдержит, если потеряет еще и меня. А если я и проживу до их возвращения — что делать дальше? Семейно партизанить? Хм…