Любимая - Кристин Каст

– Великая богиня! Да тебе восемьдесят восемь!

Его улыбка просияла еще шире.

– Ну да.

– Тебе повезло, что я всегда любила мужчин постарше, – фыркнула Афродита.

– Очень повезло, – подтвердил Дарий.

– Знаешь… мне надо было давным-давно расспросить тебя о твоих родителях. Дарий, прости меня, ладно? Мне стыдно, что я такая эгоистка. Я буду стараться стать лучше, честное слово.

– Я люблю тебя, моя красавица, вижу твое доброе сердце и знаю, что твоя доброта намного больше твоего эгоизма.

– Очень рада, если ты правда так думаешь.

– Я не думаю, а знаю.

Дарий бросил взгляд на часы на приборной доске: было двадцать две минуты седьмого.

– Рассвет наступит примерно через час. Мне побыть с тобой или уехать и забрать тебя позже?

– Ни то, ни другое. Я должна побыть с ней наедине. Подожду до рассвета, потом вернусь в школу пешком. – Увидев, что Дарий собирается возразить, Афродита умоляющим жестом вскинула руку. – Нет! Со мной все будет хорошо. Другой Джек сказал, что его народец еще более чувствителен к свету, чем наши красные вампиры. Они меня не тронут. Кроме того, у меня есть вот это, – она вытащила шокер из своего клатча от «Ив Сен-Лоран».

Дарий возмущенно фыркнул.

– У тебя своих дел по горло, – напомнила Афродита. – Ты должен думать о том, как избавить наш город от шайки плохих парней. – Она показала на свой шарф, все еще обвязанный вокруг его предплечья. – Помни, что на моем шарфе должна быть только чужая кровь!

Дарий остановился перед входом в больницу святого Иоанна и повернулся к ней.

– Ты твердо решила, что не хочешь, чтобы я пошел с тобой?

– Твердо. А ты даешь слово, что будешь в безопасности?

– Клянусь!

Афродита уже отстегнула ремень безопасности, поэтому Дарий без труда поднял ее с кресла и притянул к себе, чтобы поцеловать на прощание. Она обняла его руками за шею, прильнула всем телом к его груди и поцеловала со страстью, будто прощалась навсегда.

– Не позволяй ей сделать тебе больно, – попросил Дарий, когда они оторвались друг от друга.

– Постараюсь. Ты тоже не давай себя в обиду.

– И я постараюсь, как всегда. Береги себя, моя красавица, и знай, что ты забрала с собой мое сердце. Я отдал его тебе навсегда.

– Я люблю тебя, Дарий.

Афродита решительно захлопнула дверцу «кадиллака», наклонила голову, защищаясь от порыва режущего ветра, и побежала в больницу. Перед входом она остановилась и потопала ногами, стряхивая снег с зимних ботинок Sorel. Оглядевшись по сторонам, чтобы убедиться, что за ней никто не наблюдает, Афродита сунула руку в сумочку, вытряхнула две таблетки ксанакса из пузырька и проглотила, не запивая.

– Вот так-то лучше. Теперь я готова к битве… – Она решительным шагом направилась к посту медицинской сестры. – Здравствуйте, я Афродита Ла-Фонт, дочь Фрэнсис Ла-Фонт. Я хочу ее увидеть, с вашего разрешения.

– Удостоверение личности?

Афродита показала документы, сестра кивнула и вбила имя ее матери в компьютер.

– Фрэнсис Ла-Фонт перевели из отделения скорой помощи в реанимацию. Странно: ранение вроде бы несерьезное, состояние удовлетворительное. – Сестра сдвинула брови, вчитываясь в строчки на мониторе. – Мисс Ла-Фонт, я могу пригласить доктора Раффинга, он расскажет вам о состоянии вашей матери.

– Спасибо, в этом нет необходимости. Я знаю, как обстоят дела. Моя мать в курсе?

Сестра еще несколько минут молча читала написанное, потом вздохнула и покачала головой.

– Насколько я поняла, доктор Раффинг ожидал приезда родственников, чтобы сообщить вашей матери печальный прогноз. Сейчас она изолирована от окружающих, поскольку ее рана оказалась заразна.

– Значит, она не знает, почему ее изолировали и перевели в реанимацию?

– Простите, я не знаю. Но я могу вызвать доктора.

– Нет, спасибо, не стоит. Я ненадолго. Если мне вдруг понадобится увидеть доктора, я вызову его сама. На каком этаже реанимация?

– Третий этаж. Посетители должны отметиться на посту сестры, но я могу вам сразу сказать, что ваша мать лежит в палате 820.

– Спасибо, все поняла.

Афродита направилась к лифту. В этот ранний непогожий день в больнице царила зловещая тишина. Двери лифта распахнулись, в нос Афродите ударил стерильный запах реанимации. Она вздернула подбородок и решительным шагом подошла к посту медсестры.

– Здравствуйте. Меня зовут Афродита Ла-Фонт, я дочь Фрэнсис Ла-Фонт. Сестра в отделении скорой помощи сказала, что мою мать перевели сюда. – Не дожидаясь вопросов, она вытащила свое удостоверение личности и предъявила сестре.

– Да, мисс Ла-Фонт. Ваша мать в палате 820, ей предписан режим строгой изоляции. Людям, включая близких родственников, запрещено навещать ее без сопровождения. Я могу вызвать доктора или пригласить охрану, чтобы сопровождать вас.

– Спасибо, но в этом нет необходимости. Я не человек. – Поймав недоверчивый взгляд сестры, Афродита с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза.

– Я говорю совершенно серьезно. В прошлом я была отмечена и сделалась подлетком, но впоследствии стала Пророчицей Никс. Все сведения об этом есть в документах по делу моего отца, убитого год назад. Об этом много писали в прессе, помните? – Афродита порылась в сумочке, ища свой телефон. – Если хотите, я могу прямо сейчас нагуглить статью в «Талса Уорлд».

Глаза сестры выпучились, грозя выкатиться из орбит.

– Нет-нет, благодарю вас. Теперь я вспомнила. Спасибо, не нужно искать никакие статьи! Но вы уверены, что не можете заразиться? Все-таки у вас нет никакой Метки, а значит, вы не относитесь ни к вампирам, ни к подлеткам.

– Да, это так. Но нет, я не могу заразиться. Возможно, я непохожа на вампира, но я не человек. Можно мне увидеть мать?

– Да, конечно, но я советую вам приготовиться к худшему. Ваша мать не очень… – сестра замолчала, подбирая нужное слово, несколько секунд задумчиво жевала щеку, потом неуверенно выдавила, – любезна, я бы сказала.

– Моя мать никогда не отличалась любезностью. Спасибо, но я к этому привыкла.

Палату 820 Афродита нашла без труда, поскольку на ее двери красовался огромный ярко-оранжевый знак биологической опасности. Она дважды постучалась.

– Да-да, входите! – раздался из-за двери разраженный голос ее матери. – Надеюсь, вы принесли мою ночную рубашку и необходимые вещи? Только не говорите, что из-за снегопада вы не смогли доехать до моего дома! Пошлите кого-нибудь из медсестер потупее, от них все равно нет никакого толку! Моя экономка живет в гостевом домике, она знает, где лежит моя сумка с вещами первой необходимости и… – Гневная тирада миссис Ла-Фонт неожиданно оборвалась, когда в маленьком зеркальце, в которое она рассматривала укус на своем плече, она увидела входящую в палату дочь. – А, это ты, – кисло заметила она.