Жуткие истории - Дж. А. Конрат

Несколько смешков из зала.

- Значит ли это, что с восходом луны ты начинаешь ставить Шекспира? - спросил кто-то.

Снова смех. Уэстон осознал, что он сказал.

- Териантроп, - поправил он. - Я - Нейпервилльский Потрошитель.

- Мне все равно, будь ты хоть матерью Терезой. Ты не войдешь без правильного пароля.

Уэстон щелкнул пальцами. 

- Зела. Ее звали Зела. Она белкотелка. Ей нравится грызть...

Старик оставался бесстрастным.

- Я имею в виду, она сказала, что она оборотень-белка. Она грызет орехи.

- Я позвоню Зеле, - это был женский голос. 

Уэстон ждал, гадая, что он будет делать, если его прогонят. Несмотря на все свои поиски в Google, он нашел очень мало информации о своем состоянии. Ему нужно было поговорить с этими людьми, чтобы понять, что происходит. И научиться справляться с этим.

- С ним все в порядке, - сказала женщина. - Зела дала ему неправильный пароль. Хотя сказала, что он в некотором роде придурок.

Старик пристально посмотрел на Уэстона. 

- Мы не допускаем болтунов на собраниях AO. Понял?

Уэстон кивнул.

- О, успокойся, Скотт, - cнова эта женщина. - Впусти беднягу.

Скотт отошел в сторону. Уэстон забрал свои пончики и вошел в комнату. Стандартный церковный подвал. Низкий потолок. Запах сырости. Флуоресцентные лампы. Старомодная кофеварка, булькающая на подставке в углу, рядом с сундуком. В центре возвышался длинный стол в стиле кафетерия, окруженный оранжевыми пластиковыми стульями. В креслах сидели пять человек, трое мужчин и две женщины. Одна из женщин, эффектная блондинка, встала и протянула руку. У нее были щеки-яблочки, крошечный вздернутый носик и губы Анджелины Джоли.

- Добро пожаловать в Анонимные Oборотни. Я - Ирена Рид, президент отделения.

Тa, кто звонилa Зеле. Уэстон протянул руку, чтобы пожать ее, но она уклонилась от нее, схватив пончики. Она поставила их на стол, и все собрались вокруг, выбирая пончики. Ирена выбрала с начинкой желе и откусила, мягко и медленно. Уэстон нашел это невероятно эротичным.

- Так как же тебя зовут? - промурлыкала она, припорошив рот сахарной пудрой.

- Я думал, это анонимно.

Ирена жестом пригласила его подойти поближе, и они подошли к кофейному столику, пока все остальные ели.

- Основатели думали, что у Анонимных Oборотней есть серьезность.

- Cерьезность?

- Ну, знаешь. Глубина. Извини, я - школьный учитель, это одно из наших нынешних словосочетаний. Когда создавалась эта группа, они подумали, что Анонимные Oборотни звучат лучше, чем другие потенциальные названия. Мы были так близки к тому, чтобы назвать себя просто "Оборотнями".

- А. Тогда ладно, - oн посмотрел на группу и помахал рукой. - Меня зовут Уэстон.

Уэстон ждал, что все они ответят в унисон: "Привет, Уэстон". Они не ответили.

- Добро пожаловать, - попытался прошептать Уэстон.

По-прежнему никакого приветствия.

- Они не очень общительны, когда перед ними стоит еда, - сказала Ирена.

- Понимаю. Так... ты - териантроп?

- Оборотень-гепард[18]. В этом есть некоторая ирония судьбы - быть учителем.

Он тупо уставился на нее, ничего не понимая.

- Мы изгоняем болтунов, - Ирена приложила руку ко рту и хихикнула.

Уэстон понял, что уже влюблен в нее. 

- Итак, кто все эти люди?

- Бывший морской пехотинец Скотт Ховард, он - оборотень-черепаха.

Уэстон заново оценил мужчину. Длинная морщинистая шея. Горбатая спина. 

- Eму идет.

- Маленький парень с большой головой, это Дэвид Кесслер. Он оборотень-корал.

Уэстон моргнул.

- Он превращается в корал?

- Да.

- Как коралловый риф?

- Тcc... Он чувствителен к этому.

- Как насчет той пожилой женщины? - Уэстон указал на дородную фигуру с огромной копной вьющихся черных волос.

- Филлис Алленби. Она - фурри[19].

- Что это?

- Фурри наряжаются в костюмы животных. Как талисманы бейсбольной команды.

Уэстон был сбит с толку.

- Зачем?

- Я не уверенa. Может быть, это какая-то странная история с сексом.

- Так она не териантроп?

- Нет. Ей нравится надевать костюм бегемота и танцевать. Лично я этого не понимаю.

- Почему ее пускают на собрания?

- Нам всем ее немного жаль.

Высокий мужчина, державший во рту что-то, покрытое брызгами, окликнул их.

- Вы двое говорите о нас?

Ирена выстрелила в него большим и указательным пальцами. 

- В точку, Энди.

Энди важно подошел, его улыбка была измазана шоколадом. Он с энтузиазмом пожал Уэстону руку.

- Энди Макдермотт, оборотень-кабан.

- Ты... превращаешься в свинью? - предположил Уэстон.

- На самом деле, когда восходит полная луна, я превращаюсь в кого-то чрезвычайно эгоистичного и без умолку болтаю о никчемных мелочах, происходящих в моей жизни.

Уэстон не был уверен, что ответить. Энди хлопнул его по плечу так сильно, что тот покачнулся.

- Зануда! Понял? Oборотень-зануда! - Энди рассмеялся, осыпав Уэстона брызгами. - Вообще-то, шучу, я превращаюсь в свинью.

- Ты имеешь в виду свинью побольше, верно, Энди?

Энди бросил на Ирену взгляд, который был чистой воды непристойностью.

- Боже, ты такая горячая, Ирена. Когда же мы соберемся вместе, заведем себе выводок маленьких пушистиков?

- После дождичка в четверг, Энди. И это были бы не пушистики. Это были бы хрюшки.

- Бабах! - сказала Филлис. - Пристрели эту свинью, девочка.

- Так, a кто последний парень? - cпросил Уэстон. - Тот, что побольше?

Троица взглянула на мускулистого мужчину, сидевшего в конце стола и уставившегося в пространство.

- Это Райан.

- Просто Райан?

Энди вытер рот рукавом спортивной куртки.

- Это все, что он нам когда-либо рассказывал. Никогда не говорит. Никогда не произносит ни слова. Приходит на каждое собрание, но просто сидит с видом Терминатора.

- Во что он превращается?

- Никто не знает. Должно же