В паутине под лестницей - Анна Чайка

Чувствуя недомогание и жуткую головную боль, Кора вновь опустилась на подушку. Ладонью нащупала бархатный бок сумки у ножки кровати, вытащила смартфон из бокового кармашка. Перед ее воспаленным взором предстал длинный список пропущенных звонков. И ни одного от матери. Странно.

«Они знают, с кем ты связана. Знают, где живут твои близкие. Так куда они ударят первыми?»

Пальцы сами нажали на звонок.

Тягучие гудки.

− Ну же, ответь, − прошептала Кора, умоляюще пялясь в светящийся экран.

− Что-то случилось? − спросил Гвидо.

− Меня кто-нибудь искал? Приходил к калитке, может пытался попасть внутрь?

− Только твои дружки. Ульяна − ты ее знаешь, туманная девица − видела, как один из них бродил у ограды. Ушастый такой.

− Вовка?

− Я их не различаю. Помрут, тогда запомню…

Он прикусил язык и осторожно покосился на смотрительницу. Она была взвинчена до предела. Руки тряслись. С трудом набрав номер отчима, закричала, когда тот так же проигнорировал звонок. Происходило что-то страшное, неправильное.

Она поняла, что не может ждать. Ей необходимо убедиться, что все в порядке. При попытке встать на глаза набежала темная пелена, и Кора ухватилась за подоконник, чтобы не упасть.

Чего она ожидала? Исчезнуть прямо из когтей абаасов, не отставив даже клочка одежды и пропав на несколько дней… Что еще они могли придумать?!

Самый легкий способ выманить животное из логова − начать угрожать его детенышам. Или наоборот.

− Это просто совпадение, правда? Мама опять уехала отдыхать, а мне не сказала!− спросила она у Гвидо, пытающегося вернуть ее в постель.

Призрак отвел прозрачные голубые глаза в сторону и едва заметно пожал плечами.

− Не знаю, смотрительница.

− Я должна поехать и найти их…

− Ты не можешь. Не сейчас. В тебе жизни не больше, чем в этом месте. Очнись, ты же разваливаешься, Кора!

Она оттолкнула его руку, не удержала равновесия и упала, сильно ударившись плечом о спинку покосившегося стула. Из груди рвались рыдания, но девушка задавила их. Вместо этого тихо произнесла:

− У меня нет выбора.

− Даже если так, все равно успокойся. Тебе нельзя действовать поспешно. Не верю, что говорю это, − но, пожалуйста, будь благоразумнее!

Возможно, он был прав. Сколько раз Лиза теряла свой мобильник или забывала пароль от него? Ответ: сотни раз. А еще состояние Коры близится к нервному срыву, что не добавляет ей очков здравомыслия.

Со второй попытки она заползла на стул.

− Окей, я тебя услышала. Но проблема не перестанет существовать только от того, что я про нее забуду. Абаасы! Они хотят попасть в общежитие №37. Хотят завладеть им, а единственная ниточка к желаемому − я!

− Мы будем с тобой.

− Невозможно. Когда я выйду наружу, то, скорее всего, забуду об этом месте и… Почему ты сказал «мы»?

Гвидо кивнул в сторону дверного прохода. Перегородку украшали десятки голов, похожих на трофеи безумного охотника. Призрачные жильцы заглядывали внутрь, сочувственно смотря на бывшую смотрительницу. Когда они пришли?

− Ты была добра к нам, как никто другой. Если мы можем хоть чем-нибудь помочь, только скажи, − торжественно произнес Аркадий Аркадьевич, бывший директор Чеховского лицея, которому Кора поручала мелкие задания, слишком скучные для Гвидо.

Остальные подтвердили его слова синхронным киванием.

− Бедная девочка!

− Разве мы можем пройти мимо?

− Сделаем все. Под прицелом и наши семьи тоже!

Кора смахнула слезы с ресниц и сказала:

− Тогда не будем медлить. Для начала объявите собрание: соберите всех и расскажите о способностях абаасов. Они могут менять обличие, но и без этого легко втираются в доверие живым людям. Не выходите за периметр общежития. Не надо давать им шанс на подпитку. Гвидо?

− Туточки я! − Рыжий дух встал по струнке, украдкой почесываясь чуть пониже спины. В густых волосах гуляли искры.

− Ты как-то сказал, что готов сразиться с врагами смотрителя. Но я больше им не являюсь.

− Это уже не тебе решать. И не шишкам сверху.

− Тогда я возьму гвоздь с собой. Мне понадобится помощь, если они все же добрались до моей семьи.

− Может твоих смертных друзей тоже прихватим? − Гвидо оскалился, демонстрируя крепкие желтые зубы. − Один уже несколько часов снаружи торчит.

− Вовка все еще там?

54

Оказавшись снаружи, Кора с облегчением вздохнула. Память не исчезла. Она по-прежнему помнила, что делала последние несколько месяцев. Другим приятным открытием оказалось общежитие, оставшееся на привычном месте. Она больше не могла влиять на него изнутри. Но и никто не мешал зайти вновь «в гости».

Кору окликнули. Вовка бросился к ней, мертвым хватом вцепился в плечи. По лицу художника было видно, как сильно он напуган.

− Где ты пропадала? Я тебя кучу времени караулил. Почему не выходила на работу, даже на звонки не отвечала?

− Долго объяснять. Лучше скажи мне, что ты видел?

Он запнулся.

− Так ты все знаешь? Тогда зачем…

− Я крупно вляпалась, Вов. Очень крупно. Ты заметил, как сильно изменился Чеховск за последнее время? Кругом болезни и смертельная тоска, − Кора покачнулась. Чтобы не упасть, ей пришлось схватиться за друга и повиснуть на нем. Выражение Вовкиного лица тотчас сменилось на озабоченное.

− Выглядишь, словно только что сбежала из больницы. Или психушки. Что с тобой случилось? Я вчера заходил в кафе, и там мне сказали, что ты пропала. Вот я и пошел проверять. Плюс эта жуткая тетка − чуть не придушила меня, когда узнала, что мы знакомы.

Ой-ой!

− С длинными волосами, как из рекламы шампуня?!

− Да. Ты ее знаешь? Она тоже была в кафе. Услышала, что мы знакомы, пошла следом, затащила в переулок и наговорила всякой чуши. Я даже думал идти в полицию. Но потом вспомнил о твоей другой работе и решил сначала все разузнать.

− Что она сказала? − Хотя Кора понимала, что не хочет знать правду.

Ногти воткнулись мягкую кожу ладоней, оставляя полумесяцы, налившиеся алым, когда Вовка ответил:

− Сказала, что ты поступила нечестно. Что счет еще не сровнялся, и ей придется применить план «Б». Она сказала: «Ты знаешь, что нам нужно. Подари ключ от сокровищницы или мы съедим главное блюдо на свадебном столе. Больше не зови друзей. Играть надо честно» И добавила, что ты знаешь, куда идти. Как же там было… Ах да, − в место, которое ты никогда не назовешь домом! Кора, ты в порядке?