ПАРАЛЛАКС 606. Том I - Ganymede Eossky

Братья поклонились и ушли. Стоило двери захлопнуться, как Задира издала боевой клич и принялась плясать ча-ча-ча.

* * *

Нуки сдержал обещание: уже на следующее утро он скинул нам координаты места встречи с господином Синигава. По правде говоря, в тот момент, когда он схватил меня за шкирку, как какую-нибудь провинившуюся псину, я хотела как следует начистить ему умывальник. А что? Нечего клешни распускать! Я бы с превеликим удовольствием размяла кулаки, но Тихоня меня бы потом на ноль поделила. Мы условились на том, что переговоры возьму на себя я: сестрица опять завела шарманку про то, что начнёт волноваться, беспокоиться и в итоге напортачит. Я была обеими руками «за». Лишь один вопрос мучил меня с самого утра: что надеть?

- Надевай что хочешь, - равнодушно изрекла Тихоня, пока я орудовала подводкой для губ. – Я прошу тебя лишь об одном: сделай всё так, как я тебе сказала. И не умудрись снова наломать дров.

- Да без проблем, мармеладка. Не переживай ты так, исполню всё по высшему разряду.

Нацепив фиолетовый сарафан и любимые многоцветные кроссовки, я накинула на плечо сумку с визером, воткнула в уши наушники и направилась на кульминационную встречу. Весь путь Тихоня молчала - переживала. Спустя три с половиной песни я вышла из подземки на окраине спального сектора UU-13 и устремилась к заброшенной, крытой прозрачным куполом, автосвалке – пережитку семилетней политики самоизоляции, начавшейся ещё задолго до Недели перерождения. Меня окружили проржавевшие остовы гравикаров, грузовых подъёмников и уборочных дроидов. Три бездомных вонючки, жарящих на разведённом в бочке костре то ли кролика, то ли здоровенную крысу, трепетно взглянули на меня и вернулись к процессу готовки. Раскалённый выцветший небосвод дышал убийственной жарой. Я осмотрелась и заметила стоящий в тени магнитного крана лимузин. Крутая хромированная тачка на фоне дистопичного пейзажа выглядела ну просто помпезно. Литые тазы подмигнули мне бликами. В то мгновение я осознала: назад дороги нет. Может, прав был этот нервный наркоша? Не зря же он тогда распсиховался.

Фух, была не была.

Выплюнув жвачку, я зашагала к лимузину. Водительская дверь открылась, и из машины вылез грозного вида дядька, одетый в тёмно-синий, словно лазурит, смокинг. Широченные плечи, мускулы, квадратное лицо с косичками и монголоидными чертами лица - фантазия моментально привела ассоциацию с Чингисханом. Я инстинктивно прикинула свои шансы в схватке против этого борцухи и попыталась проглотить вставший поперёк горла ком.

- Этот новомодный самурай меня чем-то пугает, - шепнула я Тихоне.

- Соберись.

Качок отвесил мне низкий поклон. Я опешила, но машинально поклонилась в ответ. Засадой вроде не пахнет.

- Господин Синигава ждёт. Но прежде я вынужден обыскать вас.

- Если это необходимо, то пожалуйста.

Водитель ощупал меня с головы до ног, после чего внимательно изучил содержимое моей сумочки. Убедившись, что оружия при мне не имеется, он открыл пассажирскую дверь. Бросив на него как можно более брезгливый взгляд, я тенью юркнула в салон. Дверь захлопнулась. Чутьё не подвело: внутреннее убранство тачки полностью соответствовало её внешнему виду. Инкрустированные золотыми панелями сидения из крокодиловой кожи; огромный аквариум, в котором плавали пираньи; жаккардовые шторки и странная картина, прикреплённая прямо к потолку.

- «Переселение Жичуана» Ван Мэна, - подсказала Тихоня.

Да хоть Папы Римского!.. Эта колымага со всей своей начинкой наверняка стоила просто бешеные бабосы. Я ощутила согревающий душу прилив уверенности. Присев на краешек дивана, я закинула ногу на ногу, положила сумку на колени и, наконец, осмелилась посмотреть в другой конец салона. Ютака был одет в твидовый тёмно-синий костюм. Он сидел в кресле неподвижно; лицо скрывала шляпа с широкими и ровными полями в стиле Лун Као. Из нагрудного кармана выглядывал уголок платка. Руки, сложенные крест-накрест, покоились на животе, а ноги были расставлены настолько широко, насколько это возможно.

- Если что, лупану его по бубенцам, - попыталась я разрядить обстановку.

Тихоня шутку не оценила и промолчала. Когда телохранитель вернулся за руль, автомобиль тронулся. Ютака медленно поднял голову и смерил меня безразличным взглядом. Привстав, он как ни в чём ни бывало подсел ко мне, и только тогда я смогла полностью разглядеть его лицо. Голова на фоне хрупкого тела казалась невероятно огромной, словно у инопланетянина. Немигающие глаза-бусинки напоминали взгляд притаившейся ящерицы, а нос выглядел настолько маленьким, что, казалось, его и не было вовсе. То же с губами: рот походил на тонюсенькую щёлочку-отверстие в копилке.

- Таким вы меня представляли, мисс Аоки? – вкрадчиво поинтересовался Синигава-сан.

Несмотря на внешнюю хрупкость, его голос звучал чётко и даже, если можно так выразиться, мужественно. Ютака приподнял брови, изображая вежливое недоверие. Чёрные глаза блеснули холодом. Я попыталась состроить улыбочку: мне стало ну очень не по себе.

- Нобуюки докладывал мне о каждом вашем шаге, начиная ещё со дня вашего знакомства. Ваша просьба остаться анонимом, увы, была проигнорирована. Не стоит винить его: я сам потребовал, чтобы он рассказывал мне всё. Мой сын никогда не научится отказывать... а ведь я так хотел, чтобы нашу встречу окутывал ореол загадочности... Хироки, оставь нас наедине.

Водительская перегородка задвинулась, и салон погрузился в тишину. Мне стало чертовски некомфортно. Ютака подсел ещё ближе; он задумчиво постучал кончиком пальца по носу и улыбнулся без особого юмора.

- Даже не знаю, с чего начать, мисс Аоки. Не поймите меня превратно, я ждал этого так долго. Ждал, пока вы отыщете меня. Когда мы встретились впервые, вам было всего шестнадцать. Уже тогда я понимал: наше знаменательное знакомство изменит мир. Вы с тех пор совсем не изменились.

Я смотрела на Синигава-старшего, как на сумасшедшего; даже язык отнялся. Совсем крыша поехала? Какие шестнадцать, дядя? У меня шестнадцатилетие через три недели. Если этот блатной мафиози решил напугать или запутать меня, то ему это однозначно удалось.

- Моя жена всегда верила