Воскрешение - Брайан Кин

— А мне кажется, Он только ставит нам преграды.

— Нет, это не Он. «Бог помогает тем, кто помогает себе сам», помнишь? Вот он и помогает нам выкручиваться из передряг.

— А как Он помог Делмасу и Джейсону? Как помог моей жене и ребенку? Если это так Бог нам помогает, Мартин, то не обессудь, но пошел Он тогда нахрен!

Мартин на минуту умолк.

— Знаешь, — проговорил он, — мне доводилось слышать, как молодые люди шутят об аде, не имея понятия, что говорят. «Мне плевать, если попаду в ад. Там же все классные люди, крутая будет гулянка». И когда я слышал эти слова, мне хотелось то ли смеяться, то ли плакать. Иисус описывал ад как вечный огонь, исполненный скрежета зубов. Это место очень реально, и там происходит все, что угодно, но только не развеселая гулянка.

— И?

— Я хочу сказать, когда дело касается Господа, нельзя бросаться такими словами, Джим. Бог — он средоточие любви, но и Бог мести из Ветхого Завета.

— Тогда это уже похоже на раздвоение личности.

Мартин сдался, поняв, что дальнейший спор ни к чему не приведет. В сердце его товарища скопилось слишком много горечи. Говорить о вере с тем, в ком ее не осталось, тяжело.

Мартин закрыл глаза, притворившись, будто уснул, а сам тихо молился о вере Джима — и о своей собственной.

***

Наконец изнеможение вынудило Джима пустить Мартина за руль. Перед самым рассветом уровень бензина приблизился к нулю, и Мартин разбудил его.

— Нам нужно поскорее найти новую машину.

— Я могу перекачать, если надо, — сказал Джим. — Я так делал в школе.

Они остановились недалеко от Вероны, что в штате Виргиния, приметив рядом с магистралью заброшенную молочную ферму. Путники свернули на съезд и немного проехали назад по пыльной однополосной грунтовой дороге. Но, не успев добраться до цели, они услышали страшную пронзительную какофонию — звуки доносились из амбара.

— Коровы? — спросил оторопевший Мартин.

— По-моему, да, — ответил Джим, — но вряд ли они еще живы.

Поблизости стояли трактор «Джон Дир», огромный комбайн, мини-фургон со знаком «Инвалид» и старый ржавый грузовик.

— Думаю, где-то здесь мы сможем набрать бензина, — сказал Джим. — Если он, конечно, остался в баках.

Выйдя из «бьюика», они осмотрелись, нет ли поблизости признаков живых мертвецов. Затем, удостоверившись в их отсутствии, прислушались к жутким звукам. Дикий вой странным образом манил людей и они медленно подошли к амбару. Не успели они подойти к дверям, как в нос ударил резкий запах и Мартин закашлялся. Выставив перед собой оружие, Джим толкнул дверь и подождал, пока та распахнется. Петли громко заскрипели.

Коровы стояли аккуратными рядами в стойлах. Причина их смерти была очевидна. У одних, без фермеров, которые бы их доили, взорвались набухшие вымя. Другие умерли от голода. Теперь они стояли и гнили, запертые в своих загонах. По их шкурам и в плоти ползали насекомые.

Мартин закашлялся и поспешил прикрыть нос тыльной стороной ладони. Затем, поморщившись, попятился из амбара и его вырвало прямо на сорняки, что росли у стены.

Джим медленно прошелся между рядами, методично отстреливая коров и делая паузы только для того, чтобы перезарядить ружье. Закончив свою страшную работу, он тоже вышел на улицу. В ушах у него звенело, а глаза от оружейного дыма налились кровью.

— Давайте осмотрим дом. Поищем ключи от того грузовика или фургона.

— Может, нам лучше просто откачать бензина и убраться отсюда подобру-поздорову, — сказал Мартин, вытирая с губ желчь, но Джим уже пошел к дому.

Простучав ботинками по деревянным ступенькам, они приблизились к входной двери. Сбоку крыльца был установлен пандус для инвалидных колясок. Мартин вспомнил знак «инвалид», который заметил на фургоне.

Джим дернул за ручку — не заперто. Дверь со скрипом открылась, и они ступили внутрь. Джим щелкнул выключателем, но без толку.

— Здесь света тоже нет.

Они очутились в опрятной, симпатичной гостиной. Всё здесь покрывал слой пыли, но в целом дом выглядел нетронутым. Справа находился коридор, который вел на кухню, а слева — открытый проем, завешенный белыми кружевными занавесками. На второй этаж вела лестница, к перилам крепился моторный подъемник — он остановился на середине пролета, и Мартин предположил, что площадка застряла там, когда отключилось электричество.

— Эге-гей, — прокричал Джим, — есть кто?

— Перестань, — шепнул Мартин. — Что на тебя нашло?

Джим будто и не замечал тихих возражений пастора.

— Выходите. У нас для вас кое-что есть!

Ответом была лишь тишина. Джим принялся рыскать по полкам и столам, ища ключи. А повернулся к Мартину.

— Посмотрите, на кухне и в той боковой комнате, нет ли там ключей от фургона. Я буду искать наверху. Только осторожно.

Мартин, сглотнул комок, кивнул и прокрался по коридору, выставив перед собой винтовку и положив пораженный артритом палец на спусковой крючок.

На кухне все вещи также оказались покрыты толстым слоем пыли. В белых буфетах стояли фарфоровые тарелки и было разложено столовое серебро. Из холодильника доносился тошнотворно-сладкий запах гниющей еды, и Мартин заметил, что вокруг шва его дверцы тянулись тонкие нити белой пушистой плесени. Но желания заглядывать внутрь у него не возникло. У задней двери находилась вешалка, где на петлях висели дождевик и фланелевая куртка. Он проверил карманы, но те оказались пусты.

Сверху раздались шаги Джима, который обшаривал комнаты второго этажа, и Мартин вздрогнул от неожиданности. Затем он вернулся в холл, пересек гостиную и дулом пистолета раздвинул кружевные занавески.

Спальню окутывала темнота. Шторы на окнах были задернуты, и Мартин остановился, чтобы дать привыкнуть глазам. А спустя мгновение начал различать находившиеся в комнате предметы: кровать, шкаф, тумбочку… Дверь в глубине спальни была чуть приоткрыта — за ней виднелся туалет. Рядом вырисовывались очертания инвалидного кресла.

— Наверху ничего, — прокричал Джим со второго этажа.

Держа ружье на сгибе руки, Мартин обшарил тумбочку, сбросив на пол баночки с лекарствами и монеты. Затем его пальцы сомкнулись на связке ключей.

— Эй, Джим! Кажется, я нашел!

Он втянул носом воздух. С кухни воняло сильнее, чем ему показалось сначала. Теперь запах чувствовался везде. Он снова услышал шаги Джима — тот возвращался к лестнице.

Мартин повернулся, собираясь уходить, когда из туалета донесся электронный гул. Открылась дверь, и Мартин, вскинув ружье, увидел, как моторная инвалидная коляска резко вылетела из туалета и устремилась к нему. Сидевший в ней зомби улыбался беззубым ртом, показывая сморщенные белые десны, и размахивая перед собой одноразовой бритвой.