Рассказы - Бентли Литтл

Впереди было открытое пространство между двумя домами, и я увидел коричневую деревянную табличку с надписью "Гринбелт Трэйл[42]".

- А это что такое? - спросила Джун, когда мы подошли ближе.

- Это пешеходная тропа, - сказал я ей. - Мы часто играли на ней, когда были детьми.

- Это здорово! Давай пройдемся!

Держа меня за руку, она свернула направо и повела меня по грязной дорожке. Мы отошли в сторону, чтобы пропустить троих велосипедистов, мчавшихся на нас, а затем спустились по пологому склону, прячась от солнца в тени. Слева кто-то привязал веревочные качели к ветке дерева, и два мальчика по очереди качались на них.

- Я хочу жить в таком районе, - сказала Джун.

- Ну, - пошутил я, - когда мои родители умрут, я унаследую дом.

Она ударила меня по плечу.

- Как ты можешь говорить такое?

Холмы вокруг нас становились все выше, а дома - все дальше. Мы видели меньше людей, больше деревьев и кустарника.

- Что это такое? - спросила Джун, указывая налево. - Ручей?

Она бросилась к нему, очарованная, по ковру из сухих листьев.

- Скорее канава, - сказал я. - Я думаю, это для того, чтобы отводить стоки с верхних улиц.

Но в ее детстве такого никогда не было.

- Ручей, - сказала она. - Это так здорово!

Мы продолжали идти. Я не был здесь уже много лет, наверное, с тех пор, как закончил среднюю школу. Как только мои друзья и я начали тусоваться, слушать музыку и играть в видеоигры, мы вроде как забыли о тропе или решили, что походы доставляют больше хлопот, чем они того стоят. Но теперь я видел это все глазами Джун, и это было довольно круто. В наши дни такая первоклассная собственность не могла оставаться неконтролируемой; либо дополнительные дома были бы втиснуты в эту область, либо дворы домов, окружающие лесополосу, были бы расширены, захватив и тропу, чтобы застройщики могли взимать плату за очень большие участки.

Мы шли, держась за руки, не разговаривая, прислушиваясь к карканью птиц на деревьях и звукам ящериц, пробирающихся сквозь подлесок при нашем приближении. Впереди, слева, такой же белый и искусно сделанный, каким я его помнил, мост выгибался аркой над канавой и соединял две половины тропы.

- Ладно, - сказал я. - Пора возвращаться.

Она удивленно посмотрела на меня.

- Что?

- Здесь мы должны повернуть назад.

- Почему?

На этот вопрос у меня не было ответа. Потому что моя мама не разрешает мне? Потому что никто не должен переходить на другую сторону моста? Потому что я боюсь?

Но я подумал о Джонни Франклине и понял, что мне лучше что-нибудь придумать. Потому что я не собирался продолжать двигаться дальше.

- Уже поздно, - сказал я. - Ты ведь хотела сегодня поехать в Бальбоа[43], не так ли? С такими темпами мы доберемся туда только к ночи.

Она всматривалась на другую сторону моста.

- Джун?

Она неохотно уступила, и мы пошли обратно.

В целом, это был короткий отпуск. Хоть она и хотела, у нас просто не было времени снова пройтись по тропе. Я уж точно не хотел, и специально занимал нас разными поездками и визитами к семье и друзьям, пока наш отпуск не закончился, и мы не вернулись в Оберн.

*****

Летом мы снова съездили в Южную Калифорнию.

Джун преподавала в Летней школе, но она закончилась в первую неделю июля. Мы заскочили на несколько дней ко мне домой, чтобы повидаться с родителями, прежде чем отправиться в Финикс к ее родственникам. Я сделал ей предложение на выходных, проведенных в Сан-Франциско, и хотя мы отправили по электронной почте фотографии, ни одна семья не видела кольцо и не могла поздравить нас лично.

Мы разорились на отель на пляже, и после первого ужина с родителями я надеялся провести остаток нашего времени на берегу, купаясь и греясь на солнце. Я пригласил родителей провести с нами второй день, собираясь сводить их в "Краб Кукер"[44], но мама настояла, чтобы мы пришли к ним домой на обед.

- Зачем нам ехать туда только для того, чтобы поесть, - сказал я маме, - когда можно выйти на пляж и наслаждаться целым днем?

- Потому что, - ответила она тоном, не терпящим возражений.

- Я думаю, она хочет показать нас всем своим друзьям и соседям, - предположила Джун, когда я выразил свое недоумение.

Она была права. Когда мы приехали, нас ждала целая компания, и следующие два часа были заняты показом кольца и пересказом нашей истории разным людям, которых я не видел годами. Это было что-то вроде обеда в складчину: почти каждый что-то принес. Я попробовал слишком много всего, и хотел сесть и ничего не делать, но Джун была настроена как раз наоборот и предложила нам "проветриться". Я был за то, чтобы убраться подальше от всех, поэтому согласился прогуляться, позволив ей придумать какую-нибудь отговорку.

И вот так мы снова оказались на тропе.

Мне не хотелось туда идти. Я попытался предложить просто побродить по соседним улицам, разглядывая дома, но Джун была настойчива, а я не успел придумать причину, чтобы не идти по тропе.

Как и прежде, мы свернули направо и пошли между деревьями и кустами по расширяющейся  лесополосе, кивая и махая другим любителям пеших прогулок и бега, которые иногда проходили мимо нас. Я пытался придумать причину, чтобы снова около моста повернуть назад - мы слишком долго отсутствовали и нам нужно попрощаться с людьми... становится поздно, и я хочу вернуться на пляж, - но Джун словно угадала, о чем я думаю.

- Давай пройдем весь путь до конца тропы, - сказала она.

Паника нарастала внутри меня.

- Это за много миль отсюда, - сказал я ей, хотя понятия не имел, правда это или нет. - Мы не вернемся до самой ночи.

Она кивнула.

- Хорошо. Но мы пройдем немного дальше, чем в прошлый раз. Я хочу посмотреть, что там, за этим