Луна-парк - Ричард Лаймон

– Эй, да успокойся. Все будет в порядке.

– Нет, я так не думаю.

– Мы по-прежнему будем видеться. По-прежнему останемся друзьями. Ведь между нами никогда и не было ничего большего. Возможно, нам обоим этого и хотелось, но ничего же не было. Так что давай остановимся на том, что есть.

Он покачал головой и вытер глаза.

– Давай сходим на следующей неделе в кино.

– Нет. Я не могу. Господи, мне не нужна твоя жалость.

– Ну и черт с тобой.

Он резко повернулся к ней. Мокрые глаза покраснели. На щеках блестели дорожки от слез. Он в упор уставился на нее. И вдруг расхохотался.

– Прими мою жалость, или иди на хер?

Он продолжал смеяться.

Телефон снова зазвонил.

– На этот раз я все-таки отвечу. А ты пока воспользуйся случаем и возьми себя в руки.

Он остался сидеть на диване, а Джоан бросилась в кухню и сняла трубку:

– Алло?

– Привет, это я.

– Привет, – сказала она, почувствовав приятное тепло где-то внутри. – Ну как?

– Никак. Приехал к ней домой, а ее там нет. Вообще-то я приезжал туда дважды. Первый раз до ужина, второй после.

– Думаешь, она до сих пор играет в эти игры?

– Не удивлюсь, если да. Я собираюсь ехать на променад и искать ее там. Просто хотел предупредить на всякий случай, чтобы ты знала, что происходит.

– Я начинаю волноваться. Эй, а что если я поеду с тобой?

– Боюсь, это только усугубит ситуацию. Если мы найдем ее, и она снова увидит нас вместе…

– Да, я понимаю. Блин.

– С тобой все в порядке?

– Да. Просто я очень скучаю по тебе.

– Ты скучаешь по мне?

– Нет, я ужасно устала от твоей физиономии. Конечно, скучаю. Я так надеялась увидеться с тобой вечером… Я звонила тебе не так давно.

– И я тебе звонил.

– Да, я так и поняла, что это был ты. Просто не могла ответить. Раз ты считаешь, что Глория может совершить какую-нибудь глупость, снова увидев нас вместе, то…

– Да плевать мне на это. Давай я заеду за тобой. Минут через десять тебя устроит?

– Может, хотя бы полчасика? Мне нужно принять душ.

– А может, перед этим дождешься меня?

– Ха-ха. Так вот о чем мечтает наш мальчик Дэви.

– Признаться, да.

– До встречи. – Она положила трубку и вернулась в гостиную. Гарольд продолжал сидеть на диване. Он больше не плакал.

– Ты в порядке? – спросила она.

– Вроде, да.

– Так что, свозишь меня в кинотеатр на следующей неделе?

Он выдавил жалкую улыбку:

– Ты намекаешь на то, что мне уже пора?

– Боюсь, что да. Мне нужно привести себя в порядок и уйти. Это звонил Дэйв, у нас чрезвычайная ситуация в Фанленде, и нужно спешить туда.

Кивнув, Гарольд допил свой бокал.

Он встал. Джоан взяла его за руку, и они направились к двери.

– На какой фильм пойдем? – спросила она.

– Не знаю.

– Тогда просто поедем туда и посмотрим то, что будет идти. Если, конечно, ты к этому времени не найдешь себе какую-нибудь красотку и не предпочтешь отправиться в кино с ней.

– Нет, моя дорогая, я прекрасно понимаю, что это ты с радостью хотела бы отправиться в кино не со мной.

Его слова словно ударили ее током. Она-то думала, что смогла успокоить его, что помогла залечить душевную рану. Но рана оказалась слишком глубокой. Сердце ее обливалось кровью.

Гарольд открыл дверь.

Джоан схватила его за руку, не давая уйти, и повернула лицом к себе. Страдания в его глазах не было. Он просто выглядел проигравшим, побежденным, и в глазах его была лишь пустота.

– Я хочу поехать в кино с тобой, – сказала она.

– Не обманывай себя. – Он отдернул руку и вышел в уличные сумерки.

Джоан закрыла дверь и, облокотившись на нее, глубоко вздохнула.

Чувствовала она себя прескверно. Хорошо, что он ушел. Хорошо, что все закончилось.

А все действительно закончилось. Он ушел, отказавшись принимать утешительный приз в виде дружбы.

И она была этому рада.

Это было как удар в челюсть Вудро Абернати. Радость и облегчение словно серым дождем приглушалось чувством вины.