Бархатный Элвис - Грег Ф. Гифьюн

Как всегда, оказалось, что она была права. Я должен был сделать все эти вещи.

Но я не сделал ни одной из них.

Глава 4

Маленький бар «У пляжного бездельника Дэйва» на Главной улице приютился между магазином подержанной мебели и пунктом проката велосипедов. Известный дешевыми напитками и простой, но приличной едой, он был рассчитан скорее на местную клиентуру, чем на приезжих, но в жаркие месяцы, как и везде в окрестностях Эльзы, присутствие нескольких туристов время от времени не помешает. Бар должен был выглядеть как пляжная лачуга, ретро-бар, напоминающий что-то из старых фильмов с Фрэнки Авалоном и Аннет Фуничелло, но никто не считал это место способным зажигать мир своей атмосферой. За исключением нескольких столиков и музыкального автомата, длинная, сильно обшарпанная деревянная барная стойка занимала почти всю площадь зала. На кухне, расположенной на заднем дворе, подавали в основном закуски и несколько сэндвичей. Туалеты были помечены: «Бич Бойз» и «Бич Банни» и украшены силуэтными изображениями тех и других. Его тезка Дэйв, тучный мужчина лет шестидесяти, редко бывал здесь. Пристрастившийся к азартным играм, он предпочитал проводить время на ипподроме, делая ставки на собак, или в Коннектикуте, в одном из казино. Барменов было двое: сексуальная молодая женщина с брюнетистой стрижкой пикси по имени Бекки и Чайна, отбеленная блондинка, которая была вдвое моложе ее и подрабатывала официанткой. Португалец по имени Мэнни занимался готовкой, а Квинт, огромный тридцатилетний чернокожий вышибала с руками больше моих ног, составлял остальной персонал. В отличие от остальных, Квинт, который утверждал, что родители назвали его в честь охотника на акул из фильма «JAWS», работал только по пятницам и субботам. Когда он не убеждал тех, кто достаточно глуп, чтобы создать проблемы, в том, что это ужасная идея, его можно было найти на табуретке прямо у входа, одержимо играющим в нечто под названием Panda Pop на своем телефоне.

Ресторан «Бич Бам Дэйв» открывался в десять часов. Когда я вошел в дверь, было уже почти три, но, кроме команды, там был еще только один человек. Пожилой мужчина с копной белых волос, потягивающий напиток с маленьким бумажным зонтиком, взглянул на меня со своего места в дальнем конце изогнутой дугой барной стойки и безмятежно улыбнулся. Я видел его здесь несколько раз, но не знал ни его имени, ни чего-либо еще о нем.

«Сонни, — сказал Квинт, не поднимая глаз от своего телефона. «Как дела, игрок?»

«Как дела, Кью?»

Он ответил своим обычным ответом: «Безумно низко».

Я прошел мимо него и опустился на последний табурет перед изгибом барной стойки. Чайна наполняла контейнер для льда, но Бекки заступила мне на смену, как только я переступил порог, и приветствовала меня, сверкнув жемчужными белками и угостив моим обычным напитком — «Катти» с водой со льдом.

«Привет, малыш, — сказала она, ее большие коричневые глаза смотрели на меня так, словно я был самым сексуальным мужчиной, которого она когда-либо видела.

Бекки всех называла малышом, и каждый мужчина, который приходил сюда, получал такой же взгляд, но мне все равно нравилось, когда она бросала его в мою сторону. «Как дела, Бек?»

«Они рассказывают мне лучше, чем большинство», — сказала она, подмигнув.

В это было нетрудно поверить. Я поднял свой бокал. «Я выпью за это».

Она хихикнула больше, чем следовало, особенно если учесть, что подобный обмен мнениями происходил уже миллион раз. «Хочешь поесть, детка?»

«Этого пока хватит», — сказал я и сделал большой глоток. «Спасибо».

Бекки с подпрыгивающими чашечками, едва сдерживаемыми ее топиком с V-образным вырезом в декольте, отправилась за добавкой для старика. Ее маленькая попка, втиснутая в такие узкие джинсы, что их можно было нарисовать краской, выглядела, как всегда, потрясающе. Она была счастлива в браке и не склонна к изменам, но работала в основном на чаевые, а Бекки знала, как обеспечить их поступление.

Чтобы не чувствовать себя полным дегенератом, я оторвал от нее взгляд и сосредоточился на телевизоре над баром. Играли «Сокс», но звук был приглушен, что было как раз кстати, поскольку их просто уничтожали. На музыкальном автомате Боуи запел «Золотые годы», и я стал слушать его.

В планах было пойти посмотреть на Адель в клуб, где она работает, но он находился за мостом, так что без машины это было невозможно. Вместо этого я решил выпить пару «Катти», набить рот порцией картофельных шкурок или палочек моцареллы, а потом отправиться домой и стать единым целым с диваном, пока у меня не возникло никаких проблем.

Чайна, видимо, решила, что мне нужна компания, поэтому облокотилась на барную стойку и принялась рассказывать мне о каком-то фильме ужасов, который она смотрела прошлой ночью.

Не такая миниатюрная, как Бекки, Чайна была более похотливой. У нее были светлые волосы до плеч, фигура «песочные часы», она носила много темного макияжа глаз и имела растрепанный, но эротичный вид. Чайна всегда казалась мне такой, будто она только что с кем-то перепихнулась и не прочь вернуться, если только вы правильно разыграете свои карты. Иногда она упоминала о своем постоянном парне, но редко в хорошем свете, и, в отличие от Бекки, я видел, как она уходила с парнями раньше. Если бы не Бекки, Чайна была бы главной достопримечательностью, но играть вторую сексуальную скрипку перед женщиной, достаточно старой, чтобы быть ее матерью, очевидно, не смущало ее. А если и беспокоило, то она никогда не подавала виду.

Я притворялся, что слушаю ее бесконечный рассказ о фильме, когда вошел громадный парень с бритой головой. В тусклый бар на мгновение проник дневной свет, и я мельком увидел его в джинсах, ботинках, винтажной футболке с Роуди Родди Пайпером и легкой черной кожаной куртке. Как только он снял темные солнцезащитные очки и водрузил их на голову, он показался мне знакомым. Я не видел его здесь раньше и не мог определить его личность, но откуда-то он мне был знаком. Я был уверен в этом.

Он