Лотерея - Ширли Джексон

Остановившись перед холодильной витриной с мясными изделиями и сырами, она робко начала:

— Я ищу одного человека, который жил в доме тут рядом, и вот подумала: может, вы его видели?

— А почему бы вам не справиться у жильцов дома? — Продавец поглядел на ее, прищурившись.

«Не хочет говорить, потому что я ничего не покупаю», — решила она.

— Я справлялась, но никто ничего толком не знает. Говорят, он съехал с квартиры нынче утром.

— Не пойму, что вы от меня-то хотите? — сказал продавец и потянулся за своей газетой. — Я не нанимался следить за соседними подъездами.

— Я только подумала, вдруг вы случайно заметили. Он, должно быть, прошел здесь часов около десяти — высокий, в синем костюме. Обычно он носит синий.

— Как, по-вашему, сколько мужчин в синих костюмах проходит здесь каждый день? Или мне делать нечего, кроме как…

— Извините, — сказала она, поворачиваясь к выходу.

— Черт знает что! — прозвучало у нее за спиной.

Приближаясь к перекрестку, она подумала, что Джейми наверняка ходил к ней этим самым путем, благо он кратчайший. В каком месте он мог пересечь улицу? Сразу по выходе из дома? На полпути к перекрестку? Или на самом углу?

На углу стоял газетный киоск — там его могли заметить. Она устремилась к киоску, но пришлось ждать, пока какой-то мужчина покупал газету, а потом еще женщина спрашивала дорогу. Наконец киоскер взглянул на нее, и она спросила:

— Скажите, вы не заметили этим утром высокого молодого человека в синем костюме?

Киоскер молчал, но глаза его округлились, а рот приоткрылся — должно быть, он счел это шуткой или розыгрышем.

— Это важно, поверьте. Я вовсе не шучу, — быстро добавила она.

— Послушайте, леди… — начал киоскер, но она его перебила:

— Он писатель. Вполне мог покупать здесь журналы.

— И зачем он вам? — с улыбочкой поинтересовался киоскер. Тут она заметила, что за спиной у нее стоит еще один покупатель, так что улыбочка предназначалась и ему тоже.

— Это вас не касается, — отрезала она.

— Вроде был один такой, — сказал киоскер и перевел взгляд с нее на стоявшего позади мужчину, как бы приглашая того разделить веселье. Она только теперь вспомнила про свое легкомысленное ситцевое платье и торопливо запахнула пальто.

— Да-да, припоминаю, — продолжил киоскер с самым что ни есть серьезным видом. — Не скажу наверняка, но кто-то очень похожий на вашего приятеля промелькнул здесь сегодня утром.

— Около десяти?

— Как раз около десяти, — подтвердил киоскер. — Рослый такой, в синем костюме. Должно быть, он самый.

— В какую сторону он пошел? В сторону центра? — спросила она в нетерпении.

— Да, в сторону центра, — кивнул киоскер. — Именно что в сторону центра. Прямиком туда… Что вам угодно, сэр?

Она сделала шаг назад, придерживая полы пальто. Новый покупатель, придвигаясь к киоску, бросил на нее взгляд через плечо, а потом переглянулся с продавцом. Она подумала, что надо бы дать киоскеру немного денег в награду за сведения, но в этот момент оба мужчины рассмеялись. Круто развернувшись, она перебежала на другую сторону улицы.

Значит, Джейми шел в правильном направлении. Чтобы добраться до ее дома, надо идти по этой стороне и через шесть кварталов свернуть. На середине первого квартала ей попалась на глаза витрина цветочного магазина со свадебными букетами. Джейми вполне мог заглянуть сюда по пути — как-никак это день их свадьбы. На звук дверного колокольчика из глубин магазина явился сияющий цветочник — сама услужливость. Не дав ему рта раскрыть, она выпалила:

— Мне нужно найти человека, который мог зайти к вам сегодня утром и купить цветы. Это очень важно.

Она перевела дух, и цветочник поинтересовался:

— А какие цветы он купил?

— Не знаю, — удивленно сказала она. — Он никогда раньше не… — Тут она запнулась. — Высокий молодой человек в синем костюме. Часов около десяти.

— Понимаю, — сказал цветочник, — Но, боюсь, ничем помочь…

— Возможно, он очень спешил и немного нервничал, — подсказала она.

— Ладно, посмотрим, — сказал он, обнажая мелкие зубы в широченной улыбке, — чего только не сделаешь для милых дам.

Подойдя к конторке, он открыл гроссбух и спросил:

— Адрес доставки?

— Доставки? Вряд ли он стал бы их посылать. Думаю, он собирался принести и вручить их лично.

— Поймите, мадам, — сказал цветочник; судя по голосу, он был разочарован, а его улыбка стала чуть ли не жалобной, — я не могу ничего вам сообщить, если у меня не будет зацепок.

— Пожалуйста, постарайтесь вспомнить. Высокого роста, в синем костюме. Заходил около десяти утра.

Цветочник закрыл глаза, приложил палец к губам и впал в глубокую задумчивость. Потом покачал головой и сказал:

— Хоть убейте, не помню.

— Спасибо за помощь, — уныло пробормотала она и двинулась к выходу, но тут цветочник вскричал, от возбуждения переходя на фальцет:

— Постойте! Минуточку, мадам!

Она остановилась. Цветочник подумал еще немного и наконец задал вопрос:

— Это были хризантемы?

— О нет, что вы! — Голос ее дрогнул. — Хризантемы не годятся для такого случая.

Цветочник поджал губы и отвел взгляд, как бы теряя интерес к разговору.

— Разумеется, я не в курсе, о каком случае речь. Однако джентльмен, вполне подходящий под ваше описание, сегодня утром купил дюжину хризантем. Без доставки.

— Вы уверены?

— Да, — сказал он твердо, — теперь я в этом уверен. — И снова заулыбался, явно довольный собой.

— Благодарю вас, — сказала она, одарив его вымученной улыбкой.

Цветочник проводил ее до дверей, приговаривая:

— Есть чудные букетики на платье. Или, может, красные розы? Гардении?

— Спасибо, вы мне очень помогли, — сказала она.

— Ничто не красит даму лучше, чем цветы, — не умолкал он. — Как насчет орхидей?

— Нет, спасибо.

— Ну как хотите. Желаю вам отыскать пропавшего кавалера, — сказал он и гаденько хихикнул напоследок.

«Все надо мной смеются, — думала она, идя дальше по улице и стараясь поплотнее запахнуть пальто, чтобы из-под него выглядывала лишь оборка ситцевого платья. — А почему бы не обратиться в полицию? Так ведь положено делать, когда пропадает человек. Но и в полиции надо мной наверняка станут смеяться». Она представила себе, как рассказывает в полицейском участке о намеченной свадьбе и пропавшем женихе, а трое или четверо полисменов, глядя на ее платье и слишком яркий макияж, обмениваются понимающими ухмылками. И она не сможет сказать им ничего больше; не сможет, к примеру, сказать: «Я согласна, что это выглядит глупо — и мой наряд, и поиски человека, обещавшего на мне жениться, — но что вы вообще обо мне знаете? Во мне есть многое, чего вы не в силах разглядеть: и кое-какие таланты, и чувство юмора, и гордость, и нежность, и такт, и житейская мудрость, которые помогут мужчине стать счастливым и добиться успеха».