Апокалипсис в подъезде - Николай Воронов

еще пешком под стол ходил. Давно это было, еще при начале строительства подобных домов. Вот только финансирование быстро урезали, а затем и вовсе отменили план постройки. Слишком невыгодно оказалось, строить, а затем и содержать подобные сооружения. Большинство уже построенных укрытий пришли в запустение, однако, конкретно этот бункер был законсервирован. Видишь ли, в нашем районе жило немало серьезных шишек из правительства, так что для своих семей они предпочли сохранить надежное укрытие.

Подойдя к окошку, Петр переговорил с поваром и уже через минуту, забрал со стойки выдачи два подноса, заставленных горячей пищей. Здесь были и каши, и соки, дольки сушеных яблок, даже хлебные сухари заняли свое место в углу подноса. Для меня, как для человека, последние четыре года питавшегося исключительно разбавленной плесенью бурдой, подобная еда была чем-то из разряда фантастики. Заняв свободный стол, я немедленно накинулся на любезно предоставленные мне блюда. Петр же на еду особо не налегал, продолжив говорить.

- Еды в убежище было законсервировано и рассчитано на пять лет автономного существования. С учетом полной загруженности бункера разумеется. Однако количество нынешних жителей, едва ли покрывает одну четвертую из рассчитанного количества жильцов. Так что еды у нас в избытке. При таком расходе, мы вполне можем протянуть более двадцати лет.

- Но почему вы не приняли к себе других людей? Вы знаете, что сейчас творится на этажах? Да если бы вы приняли к себе хотя бы четверть из общего числа людей, в доме воцарился бы мир и порядок! У вас ведь все есть: еда, оружие, медицина, удобные и главное - пустые помещения!

- Ты помнишь, что о нас говорят на этажах? – Серьезно взглянул на меня Петр, враз прекратив улыбаться.

- Но я не понимаю, почему…

- Да, это собственно та самая тема, о которой я хотел поговорить. – Петр на секунду задумался, сложив ладони вместе и уперев в них подбородок.

- За год до произошедших событий я был назначен начальником группы, отвечающей за сохранность и наполняемость убежища. В момент катастрофы часть персонала была в бункере, подготавливая его для начала эксплуатации. Если ты помнишь, ситуация в мире в тот момент накалилась до предела, война могла начаться в любой момент, и высокие чины хотели убедиться, что будут в безопасности в случае чего. Когда пришел туман, мы эвакуировали в бункер множество людей. Возможно, самой главной моей ошибкой был страх, что мы не прогнали все системы, не подготовили помещения, да много чего мы в тот момент не успели сделать.

- Но вы могли, сперва, заселить людей. У вас бы стало куда больше рабочих рук, да и специалистов, которые могли бы вам помочь. – С удивлением сказал я.

- Все мы хороши задним умом. Сейчас я это понимаю, но тогда бушевал хаос. Люди не понимали, что происходит, вокруг царили паника, крики, драки за продовольствие и спальные места. Я решил повременить с полным заселением. Раз люди выжили в доме, туман не распространяется за стены, значит у меня есть время, как следует подготовить убежище к массовому заселению жителями.

- Но что-то пошло не так, раз вы до сих пор этого не сделали. – Мрачно осведомился я.

- Зришь в корень! – Зло сверкнул глазами Петр. – Здесь и вступает в игру человеческая жадность, глупость и испорченность. В первые дни после катастрофы мы приняли у себя часть жителей, что в тот момент были в пристройке. Более того, параллельно с подготовкой убежища, мы максимально старались помочь оставшимся в подъезде людям. Именно тогда на «сцену» вышла знаменитая четверка - глава подъезда и трое глав отрядов. Конечно, тогда еще ни о чем подобном никто и не помышлял. Все только и думали, как обустроить нынешний быт людей. Скажу честно, работы тогда было много, адски много. Я прилагал максимум усилий, чтобы поддержать отчаявшихся и потерянных людей. В первое время все даже неплохо складывалось. Максим Лимонтьев показал себя неплохим управленцем, и смог быстро навести порядок. Армейцев и Воеводин старались во всем ему помогать, распределяя людей по квартирам, выстраивая очереди на получение пищи. Я объяснил им ситуацию и попросил сохранить информацию о существовании бункера в тайне, на пару месяцев, пока мы не закончим наладку.

- А как же нападение и похищение людей?

- Сплошная ложь! – Скривился собеседник. – Спустя несколько месяцев после катастрофы, кода ситуация более менее стабилизировалась, а в доме стали возникать иерархические слои, нам потребовались специалисты. Когда я обратился к нынешнему главе, он попросту проигнорировал мою просьбу. Мы несколько недель пытались добиться от него отправить нам на помощь электриков, однако все наши слова, словно натыкались на глухую стену. Тогда-то мы сами и вышли к людям, стараясь объяснить суть происходящего.

- На вас напали? – Догадался я.

- Молодец! Уловил суть. – Кивнул Петр. – К тому моменту Лимонтьев уже почувствовал вкус власти. А она только укреплялась, за счет вновь созданных отрядов, быстро прибравших к рукам оружие и ресурсы. Видимо в этот момент глава осознал, что едва обретенная власть может попросту уплыть сквозь пальцы. Когда мы возвращались в бункер, с согласившимися присоединиться к нам людьми, на нас напали. Уверен, те, кто рассказывали тебе эту историю, и кто был непосредственным участником тех событий, прекрасно все знали.

- Странно слышать от вас подобные слова, в то время когда не далее как сегодня утром ваши люди пытались убить нас.

- Убить? Очень в этом сомневаюсь. Когда вы по своей глупости и недальновидности спустились в сточные коллекторы, я отправил несколько отрядов на ваши поиски и спасение. Наши парни, прочесывали верхние уровни канализации, когда их встретила Инга Васильевна. Что было дальше, полагаю, вы знаете.

- Я видел, как ваши люди целились из пистолетов Макарова, готовясь пристрелить нас, как только мы покажемся из люка.