DARKER: Бесы и черти - Екатерина Белугина

– Да все нормально, она всегда так.

– В смысле, б… Что значит «нормально»?!

– То и значит, – буднично бросил председатель. – Что она так всегда. Я для кого стикеры пишу? Вы почтовый ящик открывали?

– Н-нет… – ответил я, совершенно сбитый с толку. – А надо было?

– А спички?

– Что спички?

Председатель вздохнул.

– Спички есть у вас?

– Было несколько. Но я не курю.

– Берегите их. Спички – вещь в хозяйстве незаменимая. Спичечки, – и бросил трубку.

Я вспомнил, как ходил с одногруппниками на квест, где мы искали подсказки, чтобы выбраться из тюрьмы и раскрыть заговор. Там еще ящики с квестовыми предметами выдвигались после решения головоломок.

Значит, бабка «всегда так». Ага. И спички еще нужны будут.

Я сходил на кухню и вытряхнул из банки все спички. Пересчитал тщательно – их оказалось восемь. Потом мерил шагами прихожую и тряс во вспотевшей руке свои восемь спичек – бережно, стараясь не уронить.

– Спички, спички, спичечки, – бормотал я под нос. – Спичечки-спичушки… Спи-спи-спички… Спичечки-и-и…

Побродив так, я пошел одеваться. Еще не хватало опоздать на работу из-за полоумной по соседству. Пересчитал спички еще раз, аккуратно сложил в банку. Потом поправил ее – так, чтоб стояла ровно.

На душе сразу стало как-то спокойнее.

Зашнуровав ботинки и закрыв квартиру, я устремился вниз по лестнице. В спину доносились крики и грохот – но она ведь всегда так.

Вернулся на следующий день жутко уставший – ночная смена на ногах, затем четыре пары. И как назло, препод по жилищной экономике строгий: засни у него на паре, и о зачете останется только мечтать.

Все, чего мне хотелось дома, – это лечь и вырубиться.

Уже во дворе я почувствовал, как в кармане вибрирует телефон. Достал его – звонил хозяин квартиры. Меньше всего мне хотелось с кем-то разговаривать, но ответить стоило – вдруг что-то важное?

– Алло?

– Вы в ящик смотрели?

– Что?

– Почтовый. Мне Игорь Алексеевич звонил, жаловался. Говорит, вы почтовый ящик не открывали еще.

Я остановился у подъезда. Мысли чиркали в голове одна за другой, моментально прогорая до угольков.

– П… Причем тут почтовый ящик?! – Я аж разозлился. – Что за хрень происходит?! То соседка в свою же дверь ломится, то этот председатель про спички затирает! Что за дур…

– Роман! – оборвал меня хозяин.

– Да? – рефлекторно ответил я.

Хотелось сбросить звонок, послав на хрен и хозяина, и председателя, и бабку. Но, наверное, я ожидал, что хозяин извинится, скажет, что все это розыгрыш, или объяснит, что у соседки проблемы с головой, а председатель занятой человек и что на самом деле…

– Вы в детстве ели спичечные головки? – спросил хозяин.

Я оцепенел. И выдавил сипло:

– Что, простите?

– Я спрашиваю: вы в детстве ели спичечные головки?

– Н-нет… Н-не ел.

– А я ел. Ам.

Я содрогнулся. Хозяин выкатил свое округлое тягучее «Ам», и у меня холодок побежал по коже. А следом из телефона донесся мягкий хруст – будто подошвой растирают о кафель огромную мокрицу.

– Алло? – позвал я. Капля пота ползла по виску.

– Вы же с пар возвращаетесь? – буднично продолжил хозяин. – На кого учитесь?

– Ф-факультет жилищного хозяйства.

– Это где такой?

– Это, э-э-э…

Сбитый с толку, я топтался на одном месте, пытаясь собрать мысли в кучку. Из трубки под тот же мелкий хруст донеслось снисходительное:

– А, ладно, не важно. Главное, учитесь хорошо. Пригодится.

Я понял, что ответить мне нечего. Хозяин послушал мое оглушенное молчание еще несколько секунд, а затем спокойно добавил:

– Почту проверить не забудьте. До свидания.

И бросил трубку.

Я еще несколько секунд посмотрел на телефон в своих руках – а потом в бессмысленных попытках переварить этот диалог зашагал к подъезду.

Уже внутри взглянул в сторону почтовых ящиков – и, выругавшись, пошел искать свой. Выудив из связки нужный ключ, открыл отсек и запустил туда руку, обшаривая стенки, – пальцы нащупали какую-то бумажку.

Вытащил руку, взглянул на находку – это оказался аляповатый рисунок рыбы. У рыбины из головы торчала дуга, с нее свисала какая-то сопля, от конца которой расходились волнистые линии – якобы свечение. Рыба-удильщик. Меня отправили к почтовому ящику, чтобы я нашел рисунок с удильщиком.

К черту.

Засунув листок в карман ветровки, я на тяжелых ногах поднялся к себе – и, быстро разувшись, свалился на кровать. Уже засыпая, подумал, что бабка так не всегда: ни криков, ни грохота слышно не было.

Следующее утро началось бодро и солнечно. Пока варилась овсянка, я достал из банки спички, пересчитал их на удачу и положил обратно. Сразу понял, что день пройдет хорошо.

В универе меня не спрашивали, мыслями я витал где-то далеко от проблем жилищных хозяйств и управления коммунальными системами. На семинарах слушал преподов вполуха, рисуя на полях тетради удильщиков. На лекции по основам функционирования ЖКХ задремал, и мне снилось, что я крадусь через темный подъезд, пряча за пазухой коробок спичек, а по лестнице спускается огромная рыба-удильщик. Я поднимался в квартиру, а удильщик плыл навстречу с верхних этажей; я видел одновременно лестницу и его, двойным зрением, как это бывает во сне.

Мы приближались к квартире синхронно, мне было ясно: если я не успею спрятаться за дверь, будет слишком поздно.

До двери я добрался первым. И когда я уже подносил трясущимися руками ключ к замку, раздался грохот и дверь затряслась.

– Откройте! – раздался из-за нее голос бабки.

Я подскочил и выронил ключи, а дверь продолжала грохотать.

Проклятая бабка, как она выбралась в тамбур, почему колотится в дверь квартиры?!

И куда делись мои спички?!

У меня же были с собой…

Я стал хлопать себя по карманам, пока дверь затихла. И тут же почувствовал, как моей спины щекотно касаются огромные острые зубы.

Дверь загрохотала.

С криком я проснулся. Одногруппники, расходясь после лекции, пытались меня разбудить – судя по их смеху, уже давно. Мой сосед стучал ладонью по парте, отчего она тряслась и грохотала, а девица, сидевшая сзади, скребла длинными ногтями по моей спине, уже взмокшей под рубашкой.

Я часто дышал и хватал воздух ртом, как рыба. Мне очень хотелось домой. Вернуться в квартиру, пересчитать спички, закрыть банку и лечь спать.

Из аудитории я вылетел, не слушая замечания препода, дрожа и оступаясь, добрался до дома, проверил по дороге телефон (Роман в этот раз не звонил), просмотрел доску объявлений (ничего нового, по-прежнему пропала собака(@) и председатель дома по-прежнему Игорь А.).

– А, а, а… а… Ам.

Я