Охота на мамонта - Олег Ёлшин

Глаза подруги радостно горели, и Лея с ужасом продолжала ее слушать.

– …Он на мне уже почти женился. Очень скоро свадьба. Хотим в тот же день повенчаться. С батюшкой уже договорились. Но это не важно. Главное, не будет брачного контракта, сама понимаешь. Мне всего двадцать восемь, а ему полтинник… А какой вид из окна! А какой участок! Летом поедем в Грецию. У нас там свой остров. Представляешь – свой. Своя яхта! И все это мое!.. Ну как? Красотка? – и она в последний раз заглянула в зеркальце.

– Что это? – глаза ее округлились. Она потрогала шею и не могла отвести глаз. Потом задрожала всем телом. – Что это!? Боже! Он же меня… Подруга! Он меня…, – и бросилась к Лее, громко рыдая. А из-за стола раздался смех Казановы:

– Глупость человеческая не имеет границ. Женская глупость! Великая это вещь. Тоже ведь грех!

А Филлипок добавил:

– Женская глупость? Что за грех? Так ерунда. Грешок. Недолго пробудет с нами, красотка. Что с нее возьмешь?

– С этой? – переспросила Королева, – с этой ничего!

Оксана немного успокоилась, села на диван, устало глядя в одну точку, не отрываясь. Иногда всхлипывала. Лея обернулась. Наконец заметила Илью. Тот стоял у окна спиной ко всем. Как ей захотелось в эту же минуту исчезнуть, раствориться, сбежать. Фимка тут же подошел и произнес:

– Пойдем.

Он открыл заветную дверь, ту самую, за которой находился просторный зал или перрон. Там был целый мир, где помещались тысячи, может быть, миллионы людей, там гулял волшебный ветер, и она заворожено заглянула через его плечо.

– Пошли-пошли, – повторил Фимка. Лея робко переступила через порог, и какой-то человек, сидя у двери за столом, встал, улыбнулся и спросил ее:

– Вы готовы?

Лея вздрогнула, а Фимка, крепко держа ее за руку, сказал привратнику:

– Мы всего на пару минут. Можно?

– Не полагается, – возразил привратник.

– Ну, ты же меня знаешь. Туда и обратно. А девушка на экскурсию попросилась. Хорошо?

Тот не успел ничего возразить, как Фимка дружески хлопнул его по плечу.

– Конечно, можно! Спасибо, старина! Я знал, что ты позволишь. Тем более в такой день.

– Да-да. Поздравляю, – примирительно ответил тот. Хотел что-то добавить, но Фимка уже тащил ее дальше, а дверь, откуда они появились, закрылась.

Страшно не было. Наверное, это было то место, откуда не возвращаются. Но ей стало безумно интересно и так необычно, что, позабыв обо всем, она смотрела по сторонам, а Фимка стремительно тащил ее за собой. Огромное пространство обрамляла бесконечная стена, в которой находились двери. Тысячи дверей! Некоторые из них были полуоткрыты, и Лея видела каких-то людей. За этими дверьми находились такие же комнаты, как и та, из которой они сюда попали, – поняла она. – Люди были разными, разного возраста, цвета кожи. Одеты они были в странные наряды. Казалось, все они были из разных стран, континентов, даже из разного времени. Те, которые находились здесь, на этом открытом пространстве, были взволнованы, и все куда-то шли. Не было хаоса. Каждый знал, куда ему идти и что делать. Каждый знал свое расписание на этом странном перроне. У каждого было свое направление и час.

– Куда мы идем? – наконец спросила она.

– Сейчас увидишь! – воскликнул Фимка и открыл какую-то дверь. Они зашли в просторную комнату, и он громко спросил:

– Месье! Не помешаем?

– А Ефим? Заходи! – ответили ему почему-то по-французски.

– Мы на минутку.

– Кто эта очаровательная мадмуазель? Почему ты не представлял нам ее раньше?

Лея растерялась. В комнате находились несколько человек в старинных военных мундирах. Все они были ей знакомы. Еще в школе, изучая ту эпоху, она видела портреты этих великих людей. А разговаривал с Фимкой человек, изображенный на Коньяке Корвуазье, который теперь носил имя Наполеона. И еще ее поразило то, что каждый из них разговаривал на своем языке, но они прекрасно понимали друг друга. Это было абсолютное понимание.

– Представь нас, будь любезен! – воскликнул Император.

– Его высочество желает познакомиться с тобой, Лея! Мадмуазель Лея, ваше сиятельство.

– Какое удивительное имя! Какое милое лицо.

Она улыбнулась.

– Только за одну такую улыбку можно полюбить вашу страну, а не нападать на нее. Мадмуазель, где вы были раньше?

– Спасибо за комплимент! – ответила она по-французски. – Рада познакомиться с вами. Не каждый может об этом даже мечтать. Для меня это большая честь!

– О! Мадмуазель! У вас прекрасный французский! Я польщен!

– Рада говорить на языке, на котором разговаривал сам Император! – с восторгом воскликнула она.

– Да-да. На языке. Впрочем, теперь язык не имеет никакого значения. Теперь мы понимает друг друга без слов, – и кивнул на Фимку. А тот добавил:

– И больше не воюем!

– М-да! В этом месте начинаешь на все смотреть другими глазами… А знаете что? Заходите к нам еще, – пригласил он девушку. – Не стесняйтесь. Заходите чаще. По-соседски! По-свойски. Мы будем очень рады!

– Она не отсюда, – произнес Фимка.

– Нет? – удивился Император и брови его поднялись кверху. Неужели…

– У нее испытательный срок, – кивнул Фимка.

– Вы чудо! Вы избранная. Такого удостаиваются лишь немногие смертные. Вы Ангел! Это для меня большая честь быть представленным вам. Позвольте? – взял ее руку и поднес к губам. Император поцеловал ей руку. Этот поцелуй сквозь столетия согрел ее, отозвавшись в душе невероятным трепетом. Он долго держал ее, не выпуская и глядя в глаза. Этот, низкого роста человек в военной форме, глядел на нее с восторгом, он любовался, а она ему улыбалась. Она могла сделать только это, но больше ничего и не требовалось. Император был счастлив. Этот достойный человек, проведший в своей западне около 200 лет, казалось, забыл обо всем, и теперь с радостью созерцал чудо, случайно запорхнувшее в его скромную казарму. Отпустив ее руку, поклонился.

– Ах да! У вас сегодня праздник! – вспомнил он. – Большое событие! Такое нужно отметить!

Он щелкнул пальцами, и его товарищ, достав бутылку, лихо открыл ее. Шампанское брызнуло во все стороны. Лее протянули полный бокал. Она смутилась, а Император засмеялся.

– Не каждый день можно увидеть такое чудо, как вы, мадмуазель, но и не каждый день можно разыскать Шампанское дома Периньон от самой Мадам Клико. Даже в этом славном городе! Не правда ли? За вас, красавица! За вашу улыбку!

Люди в форме выпили и бросили бокалы оземь. Лея тоже отпила божественный напиток. Император произнес.

– Итак, сегодня праздник! Вам от нашего стола скромный подарок! – и в его руках появился ящик с бутылками, на котором стояло знакомое название «Корвуазье».